Дух любви

Если мы хотим видеть Дженифер замужем, Берта, то, должна признаться, она не с того начинает. Ни одному благовоспитанному мужчине не придет в голову просить руки девушки, которая демонстрирует такую осведомленность в интимной стороне жизни. Он сразу почувствует к ней антипатию и заподозрит все что угодно.

- Вчера вечером она была весьма фамильярна с мистером Таптоном. Я наблюдала за ней.
– Ах, мама! Они всего-навсего разговаривали о коневодстве. Вполне безобидная тема.
– Безобидная? Рада, что ты так думаешь. Я же полагаю, что это весьма интимный предмет, особенно когда его обсуждают особы противоположного пола. Никогда не знаешь, до чего договоришься. Мужчина не упустит случая поиграть словами и наговорить двусмысленностей.

У людей создается впечатление, что она над ними смеется. Впрочем, и с теми, кого она знает, происходит то же самое.

В школе она проявляла усердие, когда имела к тому склонность, но всегда оставалась равнодушной к занятиям, словно получение образования было для нее не более чем способом времяпрепровождения.

Дженифер казалось, что война дала взрослым новое интересное занятие; они получили возможность строить из себя важных особ и, произнося самые серьезные слова, в глубине души радовались этому.

– Девочка избалована, – объявила она. – Чрезмерно избалована, и, полагаю, отцом. Впрочем, чего еще можно было ожидать? – Она пожала своими могучими плечами и усмехнулась.

Думаешь, что сможешь тянуть эту лямку работать не покладая рук без всякой надежды на повышение, да еще в Лондоне, где таких юнцов, как ты, пруд пруди?

Впредь Дженифер всегда пользовалась своей «робостью» как орудием защиты; она заметила, что если плотно закрыть рот и смотреть в пол, то никто не будет обращать на нее внимания, и она сможет свободно предаваться своим мыслям.

Теперь он понимал, что в том прошедшем далеко узостью взглядов отличался именно он, а не окружавшие его люди и что, забывая о себе и наблюдая жизнь людей, он открыл внутренний источник счастья, который был ему дотоле неведом.

Ты был рожден, чтобы стать неудачником, я часто говорил об этом твоему отцу. Значит, враги?
– Я бы никогда не мог быть вашим другом.
– Мало кто осмелится стать моим врагом, предупреждаю тебя раз и навсегда.

Он никогда не оправится, никогда не сможет восстановить и одной сотой того мира, который преднамеренно разрушил,

Страсть, как ты ее называешь, лишь одна сторона его чувства к ней, связанная с сотней других эмоций, и все они равно глубоки.

Как отвратительно должен себя чувствовать общественный деятель, когда его личная жизнь становится достоянием гласности и используется в политической борьбе, способной разрушить его карьеру.

Он был благодарен судьбе за то, что избавился от призрака голода, хотя едва ли гордился своим новым положением.

Если молодой человек смел, имеет голову на плечах и не лишен способностей, то учеба не займет много времени.

Странная, необъяснимая штука эта наследственность.

Раз цветы некому собирать, им придется завянуть.

– Если я возьму на себя смелость спросить, сколько вам лет?
– Только что исполнилось девятнадцать, капитан Кумбе, но люди говорят, что выгляжу я моложе, и это очень досадно.

Мужчине столько лет, на сколько он себя чувствует.

Он окончательно осознал, что в их отношениях не может быть ничего постоянного и подлинного. Муж и жена. Странно.