Дух любви

Похоже, нынче молодые люди не уважают ни себя, ни других.

Джанет было непривычно, что к ней относятся как к женщине, как к своей, ведь еще совсем недавно ее осуждали и корили за неподобающие девушке манеры.

Ее шафрановый кекс не хуже, чем у матери, так заявил Томас, и сердце его билось сильнее от гордости за жену.

– Да, смейтесь, смейтесь, но у меня есть и собственный дом, и муж, который работает ради меня, тогда как у вас нет ничего, кроме льстивых парней, которые по воскресеньям выгуливают вас по тропинке между скалами.

Что значит быть мужней женой! Конечно, она изменилась, разве это не естественно? Теперь она женщина и хочет лишь того, о чем просит муж.

Если любишь, то бояться нечего.

– Если тебе страшно, Джени, отыщи священника и попроси его успокоить твою душу. Он лучше знает, оттого что по ночам читает Библию.

Все еще стоя на вершине холма, Джанет смотрела на море, и ей казалось, что душа ее разрывается надвое: одна ее часть хотела быть женой, хотела заботиться о муже и нежно его любить, другая жаждала слиться с кораблем, слиться с морем и высоким небом, быть радостной и свободной, как чайка.

Совсем недавно превратилась она из ребенка в девушку, но ей уже надо стать женщиной, стать навсегда.

«Господи, пожалуйста, сделай меня мальчиком, пока я еще не выросла», – молила крохотная девочка с кудрявыми волосами до плеч.

Для нас нет разлуки, для нас нет ни начала, ни конца: мы неразлучны, ты и я, как звезды неразлучны с небом.

Я вовсе не робею перед мужчинами, они мне нравятся. Они гораздо лучше женщин, совсем как собаки.

... жизнь не более чем миг между рождением и смертью, движение на поверхности воды и затем ровная гладь, покой.

Гимн во славу Рождества,
Вознесенный райским хором
Над ликующим простором?
Иисус на свет рожден —
Мир спасен и грех прощен.
Пой же с ангелами всеми:
Царь родился в Вифлееме!
Лейся, полный торжества
Гимн во славу Рождества!

Я боюсь вовсе не за себя, - прошептала она, - а за тех, кто придет после нас. Может быть, там, далеко-далеко впереди, есть много живых существ, которые будут зависеть от нас.

На другой день одетая в белый халат Дженифер помогала пожилому человеку с грустным лицом, когда тот, тоже облаченный в белый халат, делала инъекцию жалобно мяукающему коту, которого за несколько минут перед тем переехал автомобиль. Ветеринар спросил ее, может ли она это вынести.

– Странно думать, что наши отцы и матери тоже любили, и наши деды и прадеды… возможно, они произносили те же слова, что мы говорим друг другу, здесь, на вершине Плинского холма, в такое же солнечное утро.

Почему она так решительно качает головой? Разве она не видит, что он кладет к ее ногам саму жизнь свою?