Разрушенный дворец

В каждой темной туче всегда есть просвет.

- Ты самый сильный человек из всех, кого я знаю,- шепчет он мне в губы. - Будь сильной для меня, ладно? Мы не будем убегать. Мы останемся и будем бороться.

- Ты считаешься одним из лучших адвокатов штата, - раздраженно говорит папа.

• А ты просишь меня сотворить чудо, - так же раздраженно отвечает ему Гриер.
• Нет, - вмешиваюсь я. - Мы просим вас выяснить правду. Пусть я и не против получить удар в челюсть, но мне не хочется попасть в тюрьму за то, чего я не делал. Я еще тот засранец, но я никогда не поднимал руку на женщин и уж чертовски точно ни одну не убивал.

По-моему, даже если мы злимся и обижены, что наши мамы подвели нас, это не делает нас предателями.

Как-то я пошутил, что она держит меня на поводке, – и это правда. Рядом с ней я становлюсь лучше: более собранным, более сто́ящим. К тому же после всего того, что ей пришлось сегодня пережить, я не хочу причинять Элле еще бо́льшую боль, избив ее отца.

Потому что моя цель – сделать так, чтобы Элла Харпер была счастлива каждую секунду каждого дня оставшихся нам нескольких недель.

Ты не сможешь заставить меня перестать волноваться поцелуями.

Это не история, это правда.

Я ломаю челюсти, но не женщин.

Те  сложные чувства, которые мы испытываем к своим матерям, их слабости и хрупкости, внутренней силе и любви, что они дарили, к их эгоизму, который повлиял на нас, - все это запутало, сломало нас изнутри, но случилось так, чир узелки распутались, и мы снова стали целыми

Его грубый голос едва проникает сквозь окружающий меня жар блаженства.