Сочинения. Том второй

На берегу пустынных волн
Стоял он, дум великих полн,
И вдаль глядел. Пред ним широко
Река неслася; <...>

И думал он:
Отсель грозить мы будем шведу.
Здесь будет город заложён
Назло надменному соседу.
Природой здесь нам суждено
В Европу прорубить окно,..

Когда лес сбрасывает последние листы, когда холодный дождь мелкими колкими каплями падает с серого неба вниз, я беру эту книгу, сажусь с ней на мягкий диван и погружаюсь в завораживающий мир Александра Сергеевича, в мир его Санкт-Петербурга.
Нева грозит людям наводнением, дождь на улице нагнетает атмосферу. Чувства, будто я сама оказалась там в то страшное время, и я же спасаюсь от разбушевавшейся стихии. А если за окном гремит гром, то впечатления ещё более полные, более объёмные.

Люблю тебя, Петра творенье,
Люблю твой строгий, стройный вид,
Невы державное теченье,
Береговой её гранит,
Твоих оград узор чугунный,
Твоих задумчивых ночей
Прозрачный сумрак, блеск безлунный,
Когда я в комнате моей...

И я вспоминая Санкт-Петербург со всеми его каналами, галереями и дворцовыми тайнами. Нева, Мойка, Фонтанка - всё будто просыпается после сна и предстоёт передо мной в живом нарядном блеске. Я ощущаю золотой блеск Адмиралетейской иглы, отражение серого неба в широкой Неве, множество мостов, далёкий голубой Финский залив - всё, что только запомнилось мне в Петербурге.
Пушкин умеет воскрешать воспоминания, даже воздух при прочтени поэмы становится другим, петербургским, разряженным, немного затхлым. Стены вокруг меня вдруг становятся панарамами царственного Петербурга. Это не просто книга - это реальный мир!
Моё восхищение не передать словами. Читайте эту книгу, и желательно в ненастную осеннюю погоду.

Кто и когда вдруг решил, что Пушкин - великий поэт?! Не, ну серьезно! Меня в школе столько лет учили, что он фактически создал русский поэтический язык. Богатый, красивый, и при этом понятно-разговорный. Вот читаю "кавказского пленника". От рифм "младость-радость-сладость" начинаю нервно похихикивать. Они буквально на каждой странице! Только порядок меняют. То радость-младость, то сладость-радость, а то и все три подряд. Большинство остальных рифм - примитивно глагольные, либо из серии луна-она-одна. Ей богу, Стас Михайлов с его "свет-рассвет", "с тобой-с собой-с другой" точно такой же великий поэт.

Что касается героев и сюжета. Это просто плоские картонные... даже не люди, а типажи. Молодой грустящий русский, попавший в плен. Это всё, что мы о нём знаем. Он молодой, он грустит, он в плену. Когда был не в плену, было хорошо (младость-радость, ага). А в плену грустно. Грустно молодому пленному русскому. А вторая героиня - молодая черкешенка. Красивая. Она любит грустного пленного русского. За что? Почему? Вот прям пришла в ночи и каааак полюбила. Но он её не любит, пот***вает и грустит. Потом она помогает ему сбежать и бросается в воду. Мать моя, как поэтично! Мы в девятом классе такие же трагические стишки с подружками сочиняли, как Он и Она любили друга, а потом умирали. Романтишно, сил нет. Вот у Пушкина герои уровня прописанности примерно как наши школьные безликие "Он" и "Она".

Что понравилось ( ну я ж не зверь, что-то мне и понравилось). Описание того, на что смотрел русский. Пейзажи, нравы и быт кавказцев. Это было интересно. И даже действительно хорошим языком написано. Вырезать эти куски и сделать отдельными произведениями - и будут хорошие стихи о Кавказе.

Вот. Если сравнивать, "пленников" Толстого и Пушкина, то Лев Николаевич в моём персональном рейтинге однозначно побеждает. Впереди еще два пленника для красивого завершения челленджа.

Произведение на 20 страниц легко и быстро читается. В принципе каждый может с ним ознакомиться и составить собственное впечатление. И подумать над тем, зачем в школьников пихают Пушкина.