Цитаты из книги Шекспир и Компания

Маргарет пришла в восторг, когда однажды жарким воскресным утром увидела в Первой Пресвитерианской церкви, как моя сестра, усевшись на нашу скамью в первом ряду, открыла огромный веер с изображением черного кота и названием известного в Париже кабаре Au Chat Noir [фр. Чёрный кот]

У него была постоянная потребность следовать повсюду за своими друзьями. Однажды, когда Ларбо не открывал свою дверь, Фарг раздобыл лестницу и добрался до окна. Ларбо рассказал мне, как, сидя за столом, внезапно увидел Фарга, вперившегося в него.

Джордж подарил мне ценный совет, как избавиться от моих книг. Он предложил всем книгам, выставленным на витринах, присвоить более притягательные названия. "Они тут же продадутся", -- пояснил он. Когда я услышала некоторые предложенные им названия (крайне неприличные), я и в самом деле подумала: вполне вероятно, что продадутся.

Прево был весьма твердоголовым. Я не имею в виду в делах, а в буквальном смысле. Его голова была крепка, как скала. Он доказывал это, биясь головой о железную трубу в моем магазине. И труба, и я при этом вздрагивали.

Бедняга Скотт зарабатывал столько своими книгами, что ему и Зельде приходилось потреблять огромное количество шампанского на Монмартре, чтобы избавляться от денег. Он потратил весь чек от издателя на колье для Зельды. Она же подарила колье негритянке, с которой танцевала в одном из ночных клубов, но девушка вернула его на следующее утро.

Некий молодой человек, зайдя в магазин по дороге в Рим и купив один экземпляр, написал мне, что папа невольно благословил "Улисса". Он сказал, что пронес книгу в Ватикан скрытно под пальто.

Хорошие писатели настолько редки, что, будь я критиком, я попыталась бы указывать только то, что по моему мнению, делает их заслуживающими доверия и интересными. Ибо как можно иначе объяснить таинство творчества?

Велико было наше уважение к клиенту, который не только регулярно посещал магазин, но и тратил деньги на книги -- черта, льстившая владелице небольшого книжного бизнеса.

Однажды он попросил меня: "Принеси пожалуйста "Деву Озера". Когда я навести его в следующий раз, я принесла "Деву". "Открой ее и прочти любую строчку". Я прочла из открытой наугад страницы. После первой строчки я остановилась, и он процитировал всю страницу и следующую за ней без единой ошибки. Я убеждена: он знал на память не только "Деву озера", но и целую библиотеку прозы и поэзии. Он, вероятно, прочел все до своего двадцатилетия и потому мог найти нужное место, не открывая книги.

"Улисс", как все остальные произведения Джойса, целиком написаны от руки. Он использовал незаостренные черные карандаши -- нашел те, что хотел, а магазине Смита -- и карандаши разного цвета, чтобы различать части, над которыми он работал. Авторучки он не понимал совсем. Они смущали его. Однажды я застала его, пытавшегося в отчаянии заправить авторучку, -- он весь был в чернилах.

Любопытно, что Ларбо, такой миролюбивый человек, обладал огромной и всё увеличивающейся армией игрушечных солдатиков.

Страх Джойса перед многими вещами был неподдельным. Хотя я думаю, страх как бы частично культивировался им самим, как противовес его бесстрашию там, где речь шла о его творчестве.

Джойс испытывал удовольствие, когда Нора обзывала его бездельником -- то был своего рода отдохновение от уважительного отношения других.

Мы пожали друг другу руки, точнее, он вложил свою слабую руку в мою крепкую лапку -- хотите, зовите это рукопожатием.