On Chesil Beach

Анатомировать весь спектр самых сокровенных человеческих переживаний, разложить их по полочкам, проанализировать, систематизировать в определенной последовательности - такое под силу далеко не каждому писателю.

А вот Йену Макьюэну удалось. Удалось сделать зримым неуловимое, ясным - невысказанное, понятным - загадочное...

Удалось вплести телесное в строгие рамки рацио, причем сделать это не пошло и не вульгарно, ведь грань обычно очень тонка.

Короткая повесть (или роман?) о молодоженах (им по 22 года, вся жизнь впереди), только-только познающих друг друга и мир, получилась, на первый взгляд, незатейливой и абсолютно бесхитростной. Но только на первый взгляд. Сюжет крутится в основном вокруг их переживаний о первой брачной ночи, но мне кажется почему-то, что задачу автор ставил более высокую. Смысл и посыл книги более тонкие и, как ни странно, более глубокие. Показать отношения физические как продолжение близости духовной и душевной, как проявления истинного уважения и симпатии к другому человеку. Ведь проблема Эдварда и Флоренс совсем не физиологического толка: они просто толком не узнали друг друга до свадьбы, они ничего не знают друг о друге. Вот в чем трагедия книги, вот в чем печаль истории. Возможно, конечно, что они просто изначально не подходили друг другу - и такое бывает.

И опять, как в подобных книгах, куча сожалений и домыслов: а что было бы, если?...Если бы у каждого нашлось для другого чуточку больше душевного тепла и такта. Сложилось так, как сложилось. Не стоит ворошить прошлое, но отчего ж столько сожалений у Эдварда на седьмом десятке жизни?...Любовь оказалась не мимолетным увлечением, а любовью всей жизни, и судьба решалась именно там, на берегу...

До невозможности грустно читать эту небольшую книгу. особенно осенью - книгу о сожалениях, упущенных по глупости возможностях, совершенных ошибках...На свой манер она открывает нам правду жизни: порой второго шанса жизнь не предоставляет, поэтому так важно не упустить первый...

Страшно я боялась знакомиться с творчеством Иэна Макьюэна. Отчего-то мне казалось, что он мне не понравится. Потому вдвойне приятно, что эта его книга мне зашла с первых же страниц, и чем ближе я была к финальной главе, тем сильнее я проникалась произведением. Замечательная книга, очень тонкая, с множеством психологических деталей. И печальная. Хотя, казалось бы, что могло у героев пойти не так?.. Эдуард и Флоренс – молодожены, сразу после заключения брака приехали в прибрежную гостиницу; вот они ужинают (с дотошным описанием, что и как), ожидая наступления первой брачной ночи. Оба девственники, а так как на дворе замшелые (по мнению Макьюэна) 60-е прошлого века, оба толком не знают, как начать и как закончить. Сюжет, достойный юмористической пьески. Но у Макьюэна все максимально серьезно, ибо, где нормальные люди все отнесли бы к шутке, его главные герои раздувают трагедию чуть ли не до шекспировского масштаба.

«Почти чужие, они стояли в странной близости друг к другу на новой вершине существования, радуясь тому, что новый статус обещает избавление от бесконечной молодости…»

Эдуард – парень из не самой благополучной семьи – сумел, так сказать, «выбиться в люди». Флоренс, его избранница, – из образованнейшей семьи, ее мать преподает в высшем учебном заведении, отец занимается бизнесом. На лицо социальное неравенство. Несовместимы они и характерами. Если Эдуард – это такой простоватый юноша, хоть и умный, то Флоренс – возвышенная скрипачка, которая музыку видит единственным смыслом в жизни. Эдуард не понимает ее музыку, он лишь из вежливости (и влечения к ней) слушает ее классические упражнения, но это – не его Вселенная. Флоренс тоже не понимает его увлечений – историю сект и рок-н-ролл. Можно с уверенностью сказать, что у них нет ничего общего. Кроме взаимной любви, которая появилась скорее из внутренней потребности обоих обрести семью (и стать взрослыми, ибо без брака они – мальчишка и девчонка, как сами считают). Но никак не из понимания и умственного влечения.

Есть и другая проблема: Эдуард хочет свою любимую жену, а Флоренс к нему физически не тянет. Совсем не тянет. Ей не нравятся его долгие поцелуи. Даже мысль, что он с ней сделает в постели, вызывает у нее тошноту. Это не просто страх перед лишением девственности, это осознанное неприятие секса с этим человеком. Можно, конечно, не разобравшись в ситуации, обозвать героиню фригидной или асексуалом. Но, мне кажется, это поверхностная трактовка. Флоренс, в отличие от мужа, любила платонически – это так, но это не означает, что она не может испытывать сексуального влечения. Она изначально более зажатая. И есть объяснение:

«Мать никогда не целовала и не обнимала ее, даже маленькую. Она почти не прикасалась к дочери».

Оттого у Флоренс так обстоят дела с прикосновениями, с вторжением в ее личное пространство. Нужно быть чутким, ненавязчивым, чтобы справиться с этим отторжением. Эдуард же (и по характеру, и из-за отсутствия сексуального опыта) не может быть хорошим первым партнером. Он не знает реальную Флоренс, в его голове живет вымышленный образ. И несоответствие Флоренс его сексуальным фантазиям больно его ранит. С таким отношением бессмысленно ожидать от женщины истинного экстаза.

И тут же появляется проблема №3 (и вытекает она из самой первой): невозможность героев просто… поговорить! И не нужно валить все на консервативное время (что пытался сделать писатель). И в 60-е 20 века, и намного раньше влюбленные занимались сексом и даже (о боже мой!) получали от него удовольствие. Герои Макьюэна не могут договориться не из-за консервативности своего времени, а из-за отсутствия доверия в их отношениях. Флоренс не может проговорить свои желания, потому что боится показаться неловкой, проиграть сравнение с другими женщинами (другим-то секс нравится!) Отчего этот страх показать свои чувства любимому мужчине? Неуверенность в себе – и в нем. Эдуард боится показаться неопытным, он даже не сказал любимой жене, что у него раньше не было секса (словно это преступление), оттого только ухудшает ситуацию. Откройся они друг другу, насколько все было бы лучше! Они убежали из своих семей (и обоим в семьях не хватало любви), но потащили за собой множество комплексов. И молчали, как партизаны. Конечно, намного легче обвинить супруга во всех грехах, чем обговорить взаимные проблемы.

Макьюэн много говорил о плохих 60-х, которые зажимали человека в нелепых рамках. Но, знаете, если взглянуть на 21 век… разве что-то поменялось? И сейчас многие вступают в отношения, не могут поговорить о сексе, множество женщин симулируют оргазм в постели (посмотрите статистику), супруги терпят друг друга, а потом с облегчением расстаются. А женились-то по любви! Финал, хотя и оставляет тягостное чувство, воспринимается как единственно возможный. Что бы ни говорили в итоге герои, все сложилось именно так, как и должно было. Тоска. Но закономерная. Но хотя бы мучения героев закончились – это ли не хорошо?..

Флэшмоб-2012 Я не знаю, насколько это характерное произведение для творчества автора в целом, но даже по этому небольшому роману (а я бы сказала повести) прочувствовала: Макьюэн - истый британец.

Плачевная недосказанность, разрушительная привычка домысливать за другого, печальная неотвратимость развития событий, их будущих последствий - тоска заныла внутри меня, я уже понимала, к чему всё идёт. Какая великая ценность - свобода. Всякая. Внутренняя, психологическая, нравственная, физическая, можно продолжать дальше.

Заранее оговорюсь, внятного отзыва у меня не получится. Читалось в целом ровно. Хотя мысли книга всколыхнула, но не новые - собственные давние уже выводы укрепила.

Несколько "кипящих" строк...

Вот я не зря буквально ненавижу и считаю одной из главных бед и причин разрушения любых отношений (неважно, дружба, любовь или более деловая сфера) то, что люди додумывают за тебя, предполагают твои мысли и поступки. Кто даёт им (нам) моральное право на это?! Почему мы вдруг позволяем себе определять, что ближний подумает/решит/сделает? Особенно когда это касается спорных, неоднозначных, неприятных или просто трудных вопросов. Я всегда в в таких ситуациях говорю - поставь себя на место этого человека. Ты сам-то подумал бы так, поступил бы так, в чём пытаешься "заподозрить" ближнего? Поверьте, после этого почти всегда становится всё проще и понятнее. А еще понятнее - сказать/спросить прямо. Хотя прямота - тяжелое оружие, пользоваться им надо уметь, понимать его недостатки, знать, где можно применять, а где не стоит.

Люди, разговаривайте друг с другом! Признавайтесь, открывайтесь, высказывайтесь, даже накипевшее, тяготящее. А тем более сомнения. Развеять, загладить проще. Не копите, не наслаивайте одно на другое. Не стоит делать ремонт, не отодрав старых обоев, новые плохо лягут.