Дама с собачкой: рассказы

Не собираюсь петь очередные дифирамбы Антону Павловичу, хотя бы потому, что я их неоднократно уже исполнял. И все же, не могу не поражаться потрясающей ёмкости его произведений. "Дом с мезонином" по объему - рассказ, по форме - повесть, а по глубине и обширности поднимаемых вопросов и проблем - самый настоящий роман. Наверное, поэтому литературоведы до сих пор спорят - рассказ это или повесть, мне ближе вторая позиция, и я буду именовать произведение повестью, хотя, не будь оно столь миниатюрным, я бы рискнул определить его как роман. Однако, я понимаю, что для романа "Дому" не хватает многоплановости, но это еще больше подчеркивает невероятную ёмкость этого произведения.

Важное значение в повести имеет подзаголовок - "Рассказ художника". Художник понадобился Чехову, чтобы более ярко представить позицию человека, отстаивающего приоритет духовной деятельности, постоянного поиска правды и смысла жизни. И вся история показана глазами художника, видимо, поэтому в повести появляются очень обстоятельные и подробные описания природы, что в большинстве случаев совершенно не свойственно Чехову. Более того, рассказчик не просто художник, он - пейзажист, отсюда и тонкое чувствование натуры и поэтическое ощущение сменяемости времен года, сама описываемая ситуация, представленная читателю в качестве яркой и летней, на глазах начинает жухнуть, впитывая в себя осенние мотивы.

То, что рассказчик оказывается именно пейзажистом служит в какой-то степени нагнетанию главного конфликта повести - между ним и Лидой Волчаниновой. Девушка вообще не очень жалует художников и прочих "нахлебников", но, если бы главный герой писал картины, на которых изображал бы "народные нужды", возможно, она была бы готова с ним примириться, но пейзажист, какая от него польза для простых крестьян.

Противостояние между художником и Лидой составляет стержень повести. Лида - образец энергичной представительницы имущих классов, увлеченной просветительской деятельностью. Она всерьез размышляет об общественной пользе, пропагандирует теорию "малых дел", размышляет о прогрессе и о роли в этом процессе интеллигенции, и своей собственной в частности. Она до безумия серьезна во всех своих проявлениях, но излишняя серьезность без даже малейшей возможности для самоиронии, всегда отдает фальшью.

И художник, с его тонкой натурой, очень верно это почувствовал, но и Лида поняла, что он видит её глубже, чем другие, и, может быть, она сама. Это приводит к жесткому противостоянию, к полному неприятию рассказчика. А их напряженные и эмоциональные диалоги о народном быте, прогрессе и общественной пользе только подливают масла в огонь.

Художник носитель противоположного взгляда на положение вещей, который можно назвать созерцательным и даже, в какой-то степени, праздным. Он камня на камне не оставляет от обожаемой Лидой теории "малых дел", доказывая неэффективность и даже вредность, утверждая, что она способствует созданию новых поводов для труда.

Чехов не поддерживает позицию кого-либо из спорщиков, он, как всегда, остается в стороне. И все же, после выхода повести многие "прогрессивные" критики осуждали автора за пропаганду созерцательного подхода и уклонение от социальной борьбы, отождествив его с главным героем. Почему же так произошло? Наверное, потому что симпатии читателей оказывались на стороне художника, ведь в финале повести он становится жертвой произвола со стороны честной и правильной Лиды.

Но автор просто верно расставил акценты, тот, кто пытается активно воздействовать на жизнь - ею управляет, кто сосредоточен на наблюдении и восприятии, вынужден считаться с плодами деятельности деятельных. Лида проявила себя как "мелкий тиран", играющийся в благородство, но всерьез обеспокоенный только собственным тщеславием. Желание отомстить художнику и свести с ним счеты, не позволили ей даже задуматься о счастье младшей сестры, она - Лида - как всякая самоуверенная личность лучше других знает, что и кому нужно для счастья.

Женя, или Мисюсь, - младшая сестра - совсем иной типаж. Девушка тонкая, чувственная, открытая миру, ищущая красоты, в отличие от сестры не находящаяся в плену каких-либо догм. Её влечет поэзия, искусство, интересные личности. Именно созвучное восприятие красоты и стремления к ней, помогают главным героям лучше понять друг друга, способствует возникновению между ними чувства.

Чем-то Мисюсь напомнила мне другую литературную героиню - Наташу Ростову, есть что-то общее в их описаниях: тонкость, лёгкость, и... большой рот. Такая неожиданная деталь, но Чехов акцентирует на различии между сёстрами: у Лиды маленький рот, а у Мисюсь - большой. Не знаю как Антон Павлович относился в физиономике, но в этой псевдонауке маленький рот у женщины свидетельствует об обидчивости, неуступчивости и вредности, а большой о смелости и твердости.

В повести есть и автобиографические ноты, так в одном из писем Чехов сообщает, что у него самого когда-то была невеста, которую он называл Мисюсь. Этот пассаж является одной из неразгаданных загадок его биографии. А вот с образом художника есть большая вероятность, что прототипом послужил друг автора - Левитан, который гостил в подобном "доме с мезонином" у сестер Турчаниновых в Т-ской (Тверской) губернии.

Кстати, повесть недаром носит название "Дом с мезонином", потому как дом Волчаниновых служит неким символом непостоянного и ускользающего счастья, неким "потерянным раем", хранителем нереализованных иллюзий и посредником в любовных переживаниях. И как он дичает и наполняется духом осени, с распахнутыми дверьми и пустыми комнатами, когда "адмирал" Лида отсылает сестру с матерью в Пензу. И в конце повести дом как бы сливается со своей прекрасной обитательницей, превращаясь в символ потерянной любви. Хотя автор оставляет герою лучик надежды: "Мисюсь, где ты?" Но мы знаем, что он ничего не сделает для возвращения своего счастья.

В заключение хочу напомнить, что именно в этой повести прозвучала фраза, ставшая популярнейшим афоризмом, которую знают и повторяют практически все, а вот откуда она взялась знают немногие: "Хорошее воспитание не в том, что ты не прольешь соуса на скатерть, а в том, что ты не заметишь, если это сделает кто-нибудь другой".

Как известно, у Чехова не бывает ничего случайного и лишнего. Вот и не просто так же в финале рассказа неоднократно звучат эти слова из басни Крылова: «Вороне где-то бог послал кусочек сыру…». Очень уж похожи они (как, пожалуй, и сама ситуация потери сыра в басне) на символическую параллель к основной сюжетной линии «Дома с мезонином». На мой взгляд, Ворона – это скучающий и праздный художник, а сыр – вдохновение и лёгкая влюблённость, посетившие его душу при общении с юной девушкой Женей (Мисюсь), комната которой находилась в мезонине большого дома. Ну, а Лисица - это, конечно, Лида (старшая сестра Жени), хоть она и использовала не лесть, а другие способы отъёма ценностей.

Если человек предпочитает плыть по течению и не хочет сам выбрать свою судьбу, то за него это сделают другие. В рассказе руководящее решение разлучить влюблённых приняла Лида, которая старше Мисюсь всего-то лет на 5. А Женя подчинилась сестре из-за слабости характера и неумения говорить "нет". Более того, у Лиды не было никаких реальных оснований командовать родными людьми, которые совсем не были стеснены в средствах и материально от неё нисколько не зависели. Но эта серьёзная и целеустремлённая молодая женщина сумела так себя поставить, что мать перед ней благоговела, а сестра считала священной особой. Женя (Мисюсь) – это уже 17-18-летняя девушка, хотя по уровню своего развития она, конечно, совсем ребёнок и, скорее всего, навсегда им останется, как и её мама. Чехов ведь не зря подчёркивал не раз их сходство и симбиотическую зависимость друг от друга. Они вместе с мамой горько плакали, но по строгому указанию Лиды покинули родной дом на долгие годы. И очень похоже, что при отъезде движимы они были не любовью, а страхом и слабостью, прикрытыми маской самопожертвования для облегчения страданий. Тут даже просматривается нелюбовь к себе. А если человек не любит себя, разве он способен любить других?

Мне кажется, что «Дом с мезонином» - это не столько история несостоявшейся любви, сколько история неудавшегося бегства от одиночества и скуки жизни. Художник, к сожалению, не смог найти в себе силы к действию для достижения цели, несмотря на то, что сложившиеся обстоятельства были вполне преодолимыми, так как Лида сообщила, куда уехали Мисюсь с мамой. Очевидно, у него не было и большого желания менять свою жизнь. По-моему, нечто подобное происходит и в рассказе «О любви». Так была ли тогда эта любовь настоящей? Или же герою-рассказчику просто удобно считать её таковой? Ведь (если честно признаться самим себе) прикрываем же мы порой своё нежелание действовать или душевную трусость какой-нибудь красивой маской, например - видимостью самопожертвования во имя любви. И звучит пафосно, и совесть успокаивается...

Важное место в произведении занимают горячие идейные споры героев о нуждах народа и земстве, не обнаруживающие победителя и заходящие в идеологический тупик, как это обычно и бывает у Чехова. Обе стороны не лишены как доли истины, так и иллюзий, заблуждений, но при этом отличаются излишней категоричностью и непримиримостью. Перепутав противоположные аспекты собственного Я, спорщики незаметно переступают зыбкую границу между спокойной уверенностью в себе и кичливой самоуверенностью. И тут же оба становятся смешными в своих претензиях на истину в последней инстанции и знание настоящей правды.

Чехов никогда не выражает и не навязывает своего авторского мнения, оставляя читателю простор для размышлений, и при этом не делит своих героев на положительных и отрицательных. В его произведениях всё именно так, как и в жизни. А в жизни хотя бы иногда изречь истину, как и сморозить глупость, способен абсолютно каждый человек. И разница между умным и глупым, возможно, заключается лишь в частоте и вероятности подобных попаданий или промахов. В соответствии с реальностью Чехов разбросал в «Доме с мезонином» крупицы правды и мудрости по самым неожиданным местам, порой даже вложив их в уста каждого из непримиримых антагонистов.

Между параллельными сюжетными линиями рассказа (влюблённость и споры) прослеживается незримая связь, обнажающая жизненные позиции каждого из героев в целом. В спорах художника с Лидой прекрасно проявляются особенности их личностей: пассивность одного и активность другой. Возможно, Чехов ещё и для того ввёл в текст рассказа эти споры, чтобы показать связь мировоззрения со способностью любить. Причём это касается обеих сторон: и пассивного художника с его бездействием в общественной и личной жизни, и активной Лиды с её псевдодеятельностью и псевдолюбовью к сестре.

Лида, например, даже в семейном кругу могла говорить исключительно о взаимоотношениях интеллигенции и народа, ничто другое эту девушку не интересовало вообще. Она была ярой противницей искусства, не отражающего нужды народа. Поэтому сразу и невзлюбила художника-пейзажиста. Но сам Чехов скептически относился к дилетантскому и суетливому исполнению долга перед крестьянами непрофессиональными учителями и доморощенными лекарями, кем и была Лида.

Непродуктивная ориентация характера художника и пассивность накладывают отпечаток не только на его мировоззрение, но и на способность любить, ведь любовь – это, кроме всего прочего, ещё и труд, причём не только души. И она должна быть деятельной. Отсутствие же у героя воли к действию, конечно, проявляется не только в общественных вопросах, но и в личной жизни. Неспособность к действию превращает влюблённость (потенциальную любовь) в любовь несостоявшуюся. Хрупкое чувство гибнет, едва пробудившись. Вместе с ним умирают и посетившие художника очарование и вдохновение, желание жить и творить, уступив своё место привычной скуке и обыденности жизни.

«Среди мыслей и в сердце у неё была такая же пустота, как на дворе. И так жутко, и так горько, как будто объелась полыни»

Иронично-лиричный рассказ «Душечка», в моём восприятии представляющий собой глубокое художественное исследование психологии созависимой личности, сразу после публикации имел большой успех и вызвал горячие споры, которые не прекращаются до сих пор. Но множественность толкований, как один из признаков классики, лишь подчёркивает гениальность Чехова. Возможность разностороннего понимания центрального женского образа заставила современников и плакать, и смеяться над ним. Авторская ирония на страницах «Душечки» органично соседствует с его же состраданием к героине Оленьке. Читатели замечают в рассказе и обидную насмешку над женщиной, и сочувствие к ней, и её возвеличивание, а в самой героине видят как образец для подражания, так и пример нездорового поведения. А лёгкий чеховский сарказм, пронизывающий весь рассказ, удивительно переплетается с изображением заботы и нежности Душечки по отношению к объектам её привязанности, что придаёт повествованию неоднозначный характер.

Например, М.Горький считал Оленьку безликой рабой своих привязанностей. Ну, а В.И.Ленин называл её непостоянным, беспринципным существом и использовал образ чеховской героини во внутрипартийной полемике в статье «Социал-демократическая душечка». Л.Толстой же видел в Душечке идеальное воплощение истинного предназначения женщины. Однако при публикации рассказа в своём сборнике «Круг чтения» Лев Николаевич отредактировал его, убрав из текста отрывки с явной авторской иронией. В частности, под удаление дважды попали очень важные, на мой взгляд, слова о горькой траве полыни. (Цитаты со знаковой полынью приведены в начале и в конце рецензии.) Кроме того, Толстой написал «Послесловие к рассказу Чехова "Душечка"», отметив, что писатель хотел посмеяться над Душечкой, но в результате, сам того не желая, её же возвеличил. Но в целом Лев Николаевич признавал, что этот рассказ, оставаясь прекрасным, может производить различные эффекты.

«Она постоянно любила кого-нибудь и не могла без этого»

Любовь для героини – это неизбирательная привязанность к человеку, который совершенно случайно оказывается рядом. В рассказе по одному и тому же сценарию сменяются четыре привязанности Оленьки: антрепренёр, лесоторговец, ветеринар и его сын-гимназист. И всякий раз самым важным и нужным на свете для Душечки становится присваиваемое ею мнение каждого из них, порой вступающее в прямое противоречие с её же прежними высказываниями (о театре, лесе, здоровье домашних животных и учёбе в гимназии).

«Она не могла прожить без привязанности и одного года»

Оленька, на мой взгляд, ошибочно принимает за любовь свою патологическую зависимость. А самой героини, как отдельной личности, просто не существует. Она настолько растворяется в партнёре, что полностью теряет себя. Но подобное слияние вряд ли можно назвать любовью, поскольку оно считается здоровым и нормальным только в естественном и временном симбиозе матери и младенца с обязательной дальнейшей сепарацией, необходимой для правильного развития. Во всех остальных случаях - это путь в никуда. Ведь подлинная любовь всё же предполагает сохранение целостности и индивидуальности, а также наличие любви к себе. А привязанность героини больше похожа на очень нездоровые отношения, которые в итоге не доведут до добра и никого не осчастливят.

Душечка постоянно делает единственным смыслом своей жизни кого-то другого. Но поступать так нельзя даже с собственным ребёнком. Причём это вредно для обеих сторон, поскольку быть смыслом чьей-то жизни – очень тяжёлая ноша, которую не стоит взваливать на плечи любимых людей (как взрослых, так и детей). Может, именно этой тяжести и не выдерживали партнёры героини, неосознанно убегая в разные стороны от удушающего слияния с Душечкой? Ведь созависимый умудряется построить нездоровые отношения даже с психологически здоровым человеком. А вцепиться в чужого ребёнка мёртвой хваткой и жить в постоянной тревоге и страхе, что его в любой момент может забрать родная мать (и это, несомненно, произойдёт), – несколько странноватый поступок Оленьки с возможными нежелательными последствиями и для психики самого мальчика. Хоть Душечку с не растраченным ею потенциалом материнской любви и можно, конечно, понять в данном случае, но всё же так навязчиво вмешиваться в чужую семью и жизнь вряд ли допустимо. Однако все личные границы у героини размыты, что всегда и бывает при созависимости.

«Она без него не могла спать, всё сидела у окна и смотрела на звёзды. И в это время она сравнивала себя с курами, которые тоже всю ночь не спят и испытывают беспокойство, когда в курятнике нет петуха»

Героиня совершенно не способна жить одна. И её ритуальная скорбь после смертей супругов длится совсем недолго (3-6 месяцев), так как возникает настоятельная потребность срочно к кому-то привязываться. «Другую бы осудили за это, но об Оленьке никто не мог подумать дурно». Но прежде чем вступать в серьёзные отношения (а уж особенно – в повторный брак), хорошо бы научиться быть счастливым одному и отыскать источник счастья внутри себя, чтобы потом этим счастьем делиться. То есть важно получить положительный опыт одиночества, понять и полюбить себя, а также освободиться от механизма созависимости в себе, если он обнаружен. Иначе можно легко попасть в сети первого встречного проходимца. И Душечке очень повезло, что не оказалось рядом настоящего токсичного манипулятора, который легко выпил бы из неё всю кровь. Однако, к сожалению, созависимый человек и сам неосознанно разрушает свою личность и жизнь. Но есть и хорошая новость: созависимость, как психологическое расстройство, достаточно успешно корректируется при желании на то её носителя. Главное – осознать наличие проблемы и помочь себе обрести внутреннюю гармонию, работая над собой.

«А как это ужасно не иметь никакого мнения!»

Душечка может жить исключительно чужой жизнью. А собственные потребности у неё подавлены и вытеснены настолько, что она их совсем не осознаёт. Но, полностью в ком-то растворяясь, человек теряет себя. А у каждого из нас есть долг и ответственность не только перед другими, но и перед самим собой. И заключается он, в частности, в самопознании и поиске себя, но никак не в потере своего Я. Если же человек совсем не думает о себе, то у него, пожалуй, нет и любви к себе, которую, кстати, не следует путать с нарциссической самовлюблённостью. Ведь под собственным Я здесь, конечно, подразумевается не ложное Я (раздутое эго), а Я истинное (душа). Но если человек не любит себя настоящего, способен ли он любить других? На мой взгляд, вряд ли.

«Сама Оленька постарела, подурнела; летом она сидит на крылечке, и на душе у неё по-прежнему и пусто, и нудно, и отдаёт полынью, а зимой сидит она у окна и глядит на снег»

Самые долгие и важные отношения в нашей жизни – это отношения с самим собой. Но героиня как раз их и не сумела правильно выстроить. Поэтому, оставаясь наедине с собой (что временами неизбежно для каждого), она никогда не бывает счастлива и страдает от внутренней пустоты.

«И так день за днём, год за годом, - и ни одной радости, и нет никакого мнения»