Полное собрание романов, повестей и рассказов в одном томе

«Но уже был мертвец, и глядел, как мертвец. Так страшно не глядит ни живой, ни воскресший.» (Н. В. Гоголь, «Страшная месть»)

Из всех русских классиков, на мой взгляд, Андреев писал наиболее страшные рассказы и повести – с ним в этом плане может сравниться разве что Гоголь. Да, кошмары Андреева чаще всего иного толка, они сюрреалистичны и фантасмагоричны, в них меньше традиционных мифологических образов, на которых обычно строится литература ужасов. Но как минимум один из них можно назвать классикой мистического ужаса – и это «Елеазар».

Максим Горький писал, что Елеазар, возможно, является лучшим произведением о смерти в мировой литературе. И действительно, этот рассказ буквально пропитан фатализмом и ощущением страшной неизбежности. Большая часть рассказа – повторяющиеся, создающие эффект нагнетания описания Елеазара и его взгляда. И если внешность воскресшего наделяется подчеркнуто телесными, трупными чертами – «тяжелый», «тучный», «сине-багровая рука» и т. д., то взгляд Елеазара наоборот, воплощает нечто чуждое материальному миру – пустоту и бесконечность. Однако это сливается в едином образе смерти, как ее приметы в обоих мирах, физическом и духовном – то вдруг Елеазар, словно питаясь тьмой, становится больше в сумерках, то взгляд его наполняет людей физическим ощущением могильного холода. Подробно и многословно пытается автор передать невозможный ужас этого взгляда – в результате получаются почти стихи, в которых слышны отголоски Книги Экклезиаста: «…ибо не стало времени, и сблизилось начало каждой вещи с концом ее: еще только строилось здание, и строители еще стучали молотками, а уж виделись развалины его и пустота на месте развалин; еще только рождался человек, а над головою его зажигались погребальные свечи, и уже тухли они, и уже пустота становилась на месте человека и погребальных свечей…»

Нагнетание безысходности и неизбежности начинается с первых строк. Автор возвещает о «зловещих странностях» воскресшего как бы раньше, чем это замечают персонажи рассказа. С самого начала читатель подготовлен к явлению какой-то чудовищной тайны, которая и раскрывается неумолимо и пугающе, не в силах раскрыться до конца. В этом, пожалуй, и есть главное отличие «Елеазара» от типичного мистического рассказа ужасов: здесь нет грани, за которой заканчивается нормальная обыденная реальность и начинается сверхъестественный ужас. Точнее, граница эта вынесена за пределы повествования – оно об ужасе свершившемся и только о нем. Если провести аналогию с кинематографом – перед нами не стандартный фильм ужасов, в котором до условного «поворота не туда» или открытия «ящика Пандоры» все более-менее нормально, а артхаусный сюрреалистический кошмар, с первых кадров взрывающийся шокирующей фантасмагорией.

Впрочем, сюрреализм – это скорее о «Красном смехе», другом, не менее страшном и не менее замечательном произведении Андреева. «Елеазар», на первый взгляд, не так уж далек от реальности. Но не сгустил ли автор краски?

Дело в том, что, хотя обычно человек не думает о смерти, но и полностью абстрагироваться от нее не может. Да, никакой уверенности в своем бессмертии у человека, если он только не религиозный фанатик, нет. В глубине души каждый одержим танатофобией, ибо это проистекает из примитивнейших инстинктов. Отсюда и характерная жажда «оставить свой след в мире»; здесь берут начало побуждения и альтруиста и эгоиста; на осознании конечности бытия базируется мировая философия. Все, что делает в жизни человек, он делает перед лицом неминуемой смерти; и подсознательно он чувствует это, если даже не задумывается. Тем более, может ли человека ужаснуть отдаленная перспектива гибели человечества и Вселенной?

И не надо никакого страшного вестника смерти – мысль о конечности бытия элементарна. Просто человеческая психика хорошо защищена от таких мыслей – иначе люди давно вымерли бы от тоски и ужаса. И разве так непереносимо пугает людей Ничто, если некоторые добровольно уходят в него?

Или же все-таки Елеазар нес в себе какую-то иную тайну, кроме небытия, и три дня не стали для него одним мигом от смерти до воскрешения? Но если для автора «непостижимое там» — не просто небытие, то рассказ теряет всякий философский смысл и становится просто пугающим мысленным экспериментом, наподобие «Долгого джонта» Кинга. Максимилиан Волошин в статье о «Елеазаре» Андреева указывает на наиболее вероятный первоисточник подобной трактовки библейского образа – поэму Дьеркса «Лазарь». Но дело-то как раз в том, что у Дьеркса Лазарь за гробом познал божественную истину, знание которой и сделало для него дальнейшее существование в нашем мире непереносимым страданием. Его стремление к солнцу – стремление к обретенной и утраченной гармонии единения с Богом. Елеазар Андреева просто движется на свет солнца, слепо, как насекомое, потому что только его слепящий свет способен на время изгнать из его души холод могилы и дать ему возможность почувствовать реальность своего существования.

Собственно, единственную нормальную реакцию на взгляд Елеазара мы можем видеть на примере Цезаря. Его поведение и чувства абсолютно психологически достоверны. Но как получилось, что раньше Елеазару попадались только ипохондрики и невротики?

Итог: очередная характерная для Леонида Андреева провокационная трактовка библейского сюжета. По сути – изложение идей Книги Экклезиаста в форме рассказа ужасов. Рассказ действительно обладает гипнотическим эффектом, внушающим чувство мистического страха – если не вдумываться в психологические тонкости. Один из самых страшных рассказов русской литературы, по нагнетанию зловещей атмосферы сравнимый разве что со «Страшной местью» Гоголя.

Оценка произведению: 9 из 10 (отлично).

Оценка «страшности»: 5 из 5 (шокирует).

Рецензия написана 21.11.2013.

Душераздирающий рассказ о предательстве, о боли , об убогости души человеческой. Впервые я прочитала "Кусаку" в школьном возрасте, рассказ тронул мое детское сердце , задел за живое, вызвал бурю эмоций. Как же мне было обидно и больно за эту собаку. Так же и сейчас, во взрослом возрасте, мне обидно и больно за таких вот Кусак, безымянных дворняг живущих на улицах наших городов . Для большинства людей это всего лишь тени, снующие возле мусорки. Покинутые, брошенные своими хозяевами, выброшенные как ненужные игрушки, а то и вовсе, рожденные на улице не знавшие тепла и любви, скитаются они по каменным джунглям волоча свое нелегкое существование.
Когда у меня будут дети я обязательно прочитаю им этот рассказ. Я должна это сделать, это мой долг - с ранних лет воспитать в своем чаде чувство сострадания, привить любовь и доброту, научить ценить верность и преданность.

Читать всем, не только детям, а и взрослым дабы не черстветь душой. Было бы прекрасно, если бы все мы следовали известным заветам Экзюпери.

Se questo è un uomo...

Если это Сатана, хотела я сказать, а то - человек, то нелепо бояться ада. Что-то прогнило в том царстве, как королевские фамилии вырождаются от поколений внутрисемейных браков, так и бессменный властитель столетней давности ада за столько веков правления выродился во что-то пафосное и жалкое, великое только в собственном воображении, неприспособленное к реальности, начинающее радостно вилять хвостом при виде человека, как наивная собачка с проблемами краткосрочной памяти. Мария! Идиот.

Сдается мне, будь эта история реально привязанной к действительности, товарищ Сатана явно бы поджал тот самый дружелюбный хвост свой после общения с Магнусом и потрусил в ад зализывать раны. А потом послушно принимал к себе толпы тех, кого ему присылал прошлый век. И не высовывался больше.

То есть все это, конечно, блестящая иллюстрация того, что редкий Сатана дойдет до того, до чего человек додумается без труда, да и эта глупейшая высокопарная наивность рассказчика наверняка специально кропотливо продумана (надеюсь), но факт извращенности человека очевиден и без необходимости читать унылое блабла. Зачем принижать интересный культурный образ до обыденности нашей.

Леонид Андреев
"Рассказ о семи повешенных"

"Над морем всходило солнце...
...
...Так люди приветствовали восходящее солнце"

Я никогда не задавался вопросом: "Чтобы я ощущал, зная точную дату своей смерти и то, как умру?".
Теперь буду задумываться... Благодаря Леониду Андрееву.
В этом рассказе перед нами предстают семб человек, приговорённых к смерти через повешение. И все семеро такие разные: террористы, убийца, разбойник...
Но люди разные, у каждого свой характер, каждый по-своему переживает приближение смерти.
Кто-то сходит с ума, другой выполняет разные физические упражнения, полезные для здоровья, у другого просыпается любовь к ближнему...
После каждой прочитанной истории хочется бросить книгу и пережить чувства этого человека, но оторваться ты не можешь, так как затягивает очень сильно. И вот ты уже сам находишься в камере и...
Опять атмосфера удушливого страха; приближающегося рока, нависшедшего над нашими героями; томительного ожидания.
И, знаете, мне было очень жаль их. ВСЕХ. Такого никому не пожелаешь.
В общем, дорогой читатель, читайте, чувствуйте, сходите с ума, погружайтесь в сумасшедший мир Андреева...

Рассказ Леонида Андреева «Губернатор» (1906) — глубокое психологическое исследование совести и ответственности власти на фоне революционных событий 1905 года. Центральный конфликт строится вокруг нравственных мук провинциального губернатора Петра Ильича, отдавшего роковой приказ о расстреле рабочих демонстрантов, что привело к гибели 47 человек, включая детей.

Андреев мастерски показывает эволюцию персонажа:

Изначально губернатор предстаёт как «часть государственной машины», слепо исполняющий приказы.

 Посещая раненых, он сталкивается с молчаливым осуждением, а сын-офицер лицемерно хвалит «твёрдость», но советует скрыться.

Осознав неизбежность возмездия, герой отказывается от охраны, начинает замечать красоту природы и бедность окружающих, что символизирует прозрение. Его прогулки по городу без защиты — акт покаяния.

Большинство горожан воспринимают предстоящее убийство губернатора как свершившийся факт, обсуждая его в абстрактно-теоретическом ключе. Лишь юная гимназистка пишет ему сочувственное письмо, становясь символом остатков человечности в охваченном ненавистью обществе.

Через историю провинциального чиновника Андреев предсказывает судьбу всей монархической системы. Как отмечают исследователи, страдания губернатора метафорически отражают муки царя Николая II, чьё убийство станет логичным итогом отрыва власти от народа.

Письма с угрозами и поддержкой, которые получает герой, создают многоголосую картину общества.

Белый платок, нечаянно ставший сигналом к расстрелу, — аллегория роковой случайности в механизме государственного насилия.

Сцена убийства губернатора лишена патетики. Три выстрела, слившиеся «в один протяжный вздох», подчёркивают неизбежность расплаты и тщетность индивидуального сопротивления системе.

Критики отмечали некоторую искусственность сюжета, однако сила рассказа — в беспрецедентной для русской литературы попытке показать трагедию властителя, осознавшего свою вину. Как верно заметил рецензент 1906 года, Андрееву удалось создать не «прокламацию», а вневременное размышление о цене человеческой жизни в контексте истории.

Ах, какое начало! Какие обещания сулила эта история. Какие потрясающие отзывы.

Но мне совершенно не понравилась книга. Поток абсурда. Всю книгу я ждала глубоких мыслей и откровений. А получала подслушанный разговор сумасшедших людей.

Не поверила ни одному персонажу, Сатана вообще невнятный. Пришел на землю лгать и играть. Но неправдоподобно быстро он впитал в себя всё человеческое и никаких сатанинских поступков не случилось. Остальные персонажи плоские. Бесконечное пустословие.

Замучилась читая. И разочаровалась.

Я поняла, что у нас с Андреевым будут интересные отношения ещё после "Рассказа о семи повешенных". И "Иуда Искариот" значился следующим в списке.
Не смотря на все трепетные чувства, я бралась без страха. В конце-концов написал же Булгаков "Мастера и Маргариту" и все живы в моём читательском лице.

Какой же у Андреева живой и образный язык. Мне определённо нравится погружаться в мир его героев. Так и эта повесть затягивает и не отпускает. А когда отпускает, оставляет за собой невероятный багаж размышлений.
Вот на самом деле получилась очень живая история, переложенная на понятный язык для любого круга читателей. Что немаловажно, получилась очень объёмная история, где нет правых и виноватых, есть живые люди. Даже Иисус (как бы это не звучало с привкусом оксюморона). История в хорошем смысле лишена условностей текста определённой направленности.

Бывают моменты, где в человечность Христа побаиваешься верить и всё же веришь, это как бы "закулисье" проповеди и многое человечное. И Иуда очень человечный, а не синоним предательства, хотя и наделён выдающимися чертами, как полагается антагонисту, но это ничуть не мешает воплощению авторского замысла. Если отступиться от главных действующих лиц одной из самых больших трагедий, то я хотела бы отметить прекрасно ожившего на страницах Фому. Вот все мы знаем крылатое про "Фому неверующего", а здесь он живой в своих этих сомнениях и его просто невозможно забыть.

В общем, Андреев снова покорил моё сердце и точно вошёл в плеяду любимых классиков.

Мне нравится творчество Леонида Андреева. Он пишет честно и проникновенно про жизнь. Пишет без прикрас, но качественно, наделяя персонажей характером, привычками, какой-то внутренней силой, в минус или плюс это уже зависит от контекста. В его героях есть жизнь, они вызывают эмоции.

В рассказе "Ангелочек" я увидела мальчика-волчонка, обозленного на судьбу, но ещё не потерянного. Он привлекает к себе внимание через всё то плохое, что он творит. Мать его избивает и наказывает, а как известно, жестокость порождает жестокость. И мальчик Сашка зол и груб со всеми вокруг.

Восковой ангел, которого он выпрашивает в подарок, становится для него зацепкой за жизнь. Это символ того внутреннего света, который ещё не погас в подростке и трепетное любование этим ангелом открывает Сашке самого себя в лучшей версии.

Я не верю, что это временное просветление способно надолго изменить мальчика, но иногда достаточно даже искорки, чтобы огонь души не погас.

Автор не дарит читателю счастливой концовки, а оставляет место на домысливание продолжения истории.

Я, например, вижу для Сашки появление наставника как лучший исход. Он поступает в ремесленное и там встречает авторитетного и заинтересованного в его судьбе человека. А фигура истаявшего ангела, открывшего в нём его же внутренний свет, становится поддержкой среди жизненных неурядиц.

Мне рассказ понравился именно тем, что вся душевная работа читателя по осмыслению текста уходит за границы описанного. Я не осталась в чувстве жалости к мальчику, а захотела подумать о его лучшем и возможном будущем.