Илиада

Жребий победы находится, в воле богов всемогущих.

Не было мужа, о нем не радевшего; каждый над падшим
Выпуклый щит в оборону простер; а друзья, Приамида
На руки скоро подняв, из борьбы понесли, поспешая

К коням ретивым, которые сзади сраженья и смуты
С храбрым возницей и с пышной его колесницей стояли.
Кони ко граду помчали стенящего тяжко героя.

Между собой говоря, наслаждались беседой взаимной....

Кто на боях благороден душой, без сомнения, должен
Храбро стоять, поражают его или он поражает!

не сдержал бы героя никто, кроме бога

Там, по земле распростершися, сном засыпает он медным

.... в чело поразил его камень жестокий;
Брови сорвала громада; ни крепкий не снес ее череп;
Кость раздробила; кровавые очи на пыльну землю
Пали к его же ногам; и стремглав, водолазу подобно,
Сам он упал с колесницы, и жизнь оставила кости.

Страшную брань меж троян и ахеян оставили боги...

Стал перед ним и воззвал, устремляя крылатые речи:
«Ревностно, царь Посидаон, теперь поборай за данаев!
Даруй ты им хоть мгновенную славу, пока почивает
Зевс громовержец: царя окружил я дремотою сладкой;
Гера склонила его насладиться любовью и ложем».

Ты предлагаешь теперь, в продолжение боя и смуты,
В море спускать корабли, да желанное сердцу троянам,
В брани и так торжествующим, сбудется всё? а над нами
Грозная гибель над всеми обрушится! ибо ахейцы

Боя не выдержат, если суда повлекутся на волны:
Вспять озираться начнут и оставят вои́нскую доблесть,
И твои нас советы погубят, правитель народа!