Тайны последних монархов

Вот уж не знаю, что можно сказать о Радзинском как об историке, но публицист он прекрасный.
В его книге много субъективной, личной оценки сухих исторических фактов, а не простое их перечисление, но тем она и цепляет. Читалась "Жизнь и смерть Александра II" практически запоем. С остановками "на подумать".
Увлекательное получилось путешествие в эпоху - всестороннее. Тут вам не только, собственно, жизнеописание царя, о котором идет речь, но еще многое другое - то, из чего складывается общая картина: предтечи, последствия, умонастроения, люди. А в результате - живой и дышащий портрет, да нет, не самодержца даже, а его времени, этакий срез общества. И захватывает ничуть не меньше какого-нибудь художественного романа. И даже более - учитывая, что все это было на самом деле.
По прочтении ворох мыслей. Их еще нужно будет осмыслить. Но книга заставляет включать мозги и размышлять, а это еще один плюс. К тому же, она весьма информативна.
Немало интересного о литераторах того времени и об их влиянии на умы современников. Герцен, Достоевский, Некрасов, Чернышевский - и многие другие. Вот уж действительно, если где-то литература выражала мнение общества, то здесь она его формировала: словом действительно оказалось можно убить.
Очень много рассуждений о природе террора в исторической перспективе и результатах, в которые он вылился. Народовольцы встают перед глазами словно воочию - еще один портрет эпохи, молодые горячие идеалисты, жаждущие устроить революцию, но не имеющие никакого представления о том, как после нее устраивать жизнь. Для них, впрочем, никакого "потом", судя по всему и не существовало. Не знаю уж, у кого как, а у меня по прочтении книги симпатий к ним не прибавилось - жалко их, пожалуй, ибо молодые и глупые, но в остальном... но в остальном увы, "нет никого опаснее идеалиста", особенно если он радикал.
Впрочем, монархию Радзинский тоже не идеализирует - Александр в его трактовке - фактический отец первых террористов и далеко не идеальный "царь-батюшка", а человек, который умудрялся то производить грандиозные реформы, то совершать ошибки, влекущие трагические последствия в политическом плане.
А вообще, печальное столкновение идей и времени получилось. Если бы звезды сошлись чуть-чуть иначе, кто знает, куда бы покатилось это злосчастное "кровавое колесо" - в том же направлении или в другом. Но сослагательное наклонение - участь альтернативной фантастики и умозрительных заключений, а история его, как известно, не терпит. Но в этой книге и без этого есть над чем поразмыслить.

Есть что-то такое теплое и ламповое в Радзинском: то ли уютность высоколобого еврея на фоне книг и позолоченного стула, то ли характерная манера говорить. В любом случае при всей нелепости вышеуказанного меня это воспоминания из детства и отрочества. Воспоминания о том что вместо мультиков мтв, ты смотришь на то, как старый дед рассказывает о давно рассыпавшейся в труху старине. И даже если сделать скидку на то, что меня и так всегда безудержно тянуло на чтение энциклопедий, большую роль в моем тогдашнем интересе к этим передачам играл именно Радзинский.

Он, несомненно, артист, оратор, он умеет привлечь внимание, правильно расставить акценты и паузы, рассказать так, чтобы было и интересно, и предельно понятно широкому зрителю. Да, он автор своих текстов, но именно монолог в целом: и его слова, и подача, являются в данном случае единым полным произведением

И тут он пишет книгу. И книга без автора кажется немного неполноценной. Я даже не могла заставить себя не проговаривать про себя текст голосом Радзинского, когда читала. И до сих пор меня не оставляет мысль о том, что для полноты ощущений, его книги надо слушать в аудиоформате.

С другой же стороны из-за «монологовой» манеры написания произведения речь, которая видимо устоялась у автора в бытность его сценаристом, выглядит слишком экспрессивной, «расцветистой» для научно-популярной книги, написанной во всех остальных отношениях весьма и весьма спокойно. Иногда какой-то оборот буквально ударяет в глаза, а ты сидишь и некоторое время не можешь прийти в себя от недоумения. Причем автор придуманные им эпитеты и выражения холит и лелеет, употребляя раз за разом, что вызывает в какой-то момент серьезное раздражение. Тут интересно провести параллель со страдающим от той же болезни Фейхтвангером и его вислозадой герцогиней Маульташ: возможно этому недугу подвержены все историки?

При этом парадоксально, но при всей эмоциональности речи, Радзинскому удается оставаться беспристрастным, он не выбирает себе сторону в конфликте. Он говорит о убийцах-террористах так же спокойно, как о их противнике-императоре. Он не радуется успеху, не сожалеет о неудачах, не скорбит об убитых, лишь сообщает о том, что было то и то и воспринято оно было так и так. В его книге нет романтизации героев, ни главного героя книги Александра II, ни кого-либо другого, нет жуткого нагнетания ситуации, когда ты буквально готов орать: «зачем ты все это делаешь, а Халтурин, зараза?!». Ты как бы смотришь как происходит или происходило какое-то естественное явление, как формировалась Земля или как вымирали динозавры, и имеешь возможность увидеть их такими, какими они были на самом деле, а не через призму авторских чувств. Это нечастое достоинство для популярных книг о человеческой истории.

И все бы хорошо, но есть что-то такое в этой книге, что Радзинскому, как прощелыге-ростовщику, не очень-то доверяешь. Может все и хорошо, но что-то не так: то ли взгляд уж больно хитрющий, то ли сделочку он хочет провернуть как-то быстренько. Да, Радзинский историк, да я не сомневаюсь в том, что на таком уровне, который нужен для написании книги, он владеет прекрасно, но есть ощущение, что для красного словца он может и приврать. Я честно не могу привести ни одного факта, который был бы искажен, возможно их и нет вовсе, но осадочек-то остался.

Кроме того, возможно, заставь автор читателя больше сочувствовать историческим персонажам, ему удалось бы выправить еще один недостаток своего повествования: ощущение случайности происходящего, беспричинности, бессмысленности. Например, иногда не осознаешь, что некоторые политические шаги были продиктованы необходимости, а не сделаны по прихоти власть имеющих. Да, Радзинский искренне старается дать полный, логически выстроенный рассказ, даже начинает повествование о царе очень издалека – начиная с Петра I, как бы давая понять, откуда уши растут. Но выходит у него это как-то плохо. Ситуацию усугубляет то, что автор явно играет на публику, вытаскивая на поверхность мелкие факты, провокационные цитаты и пикантные подробности, за которыми порой сложно углядеть полную картину происходящего. Да, беспристрастность хороша, да, замечательно давать читателю возможность самому делать выводы, но все же для выводов нужны основания и их читателю нужно дать.

В целом, как набор определенных интересных фактов эта книга интересна, как литературное произведение – читаема, но несколько скучна. Как просветительская литература – слишком ориентирована на недалекого читателя, которому будут более интересны интрижки, чем сама история, да и недостаточно цельна. В конечном счете читать можно, но абсолютно не обязательно, и, если честно, я бы хотела почитать что-нибудь лучшее по указанному историческом периоде.

Эдвард Радзинский известен мне был очень давно, с тех пор, как стали выходить его исторические передачи. Сейчас, он редко появляется на телевидение, но его деятельность очень хорошо запомнилась лично мне. Поэтому я не удивилась, увидев на полке книжного магазина данное произведение. Поскольку раньше я увлекалась историей расстрела царской семьи, то книгу я приобрела.

Эта тема интересовала меня долгие годы, и была подогрета новостями о том, что были найдены останки царской семьи. В 2008 году – официальное захоронение и судебные заседания о признании права на реабилитацию. Всё это поддерживало мой интерес. Со временем ореол тайны и таинственности спал, и факты предстали в совсем другом ключе. Это не романтическая история, не история со счастливым концом, а преднамеренное и запланированное убийство, поражающее своим цинизмом. Нет здесь ни чудесного спасения, ни какого-то счастливого избавления. Есть документы, есть дневники, есть зафиксированные показания очевидцев и участников. Обнародованные документы, с которых спал гриф секретности, детально и почти поминутно показывают то, как развивались события.

И события эти, в понимании человека, живущего в 21 веке, больше напоминают записки хладнокровного убийцы, который детально описывает совершённое преступление. Что бы ни говорилось о личности Николая II правитель с кровавыми руками, жестокий человек, он явно не заслужил такой ужасающей смерти. Как-то я читала записки одного из партийных деятелей города Вологды, жившего в как раз тот период, который описывается в данной книге и он сказал одну вещь. Она звучало так «мы создали поистине гуманное общество, свергнув царскую власть». В Англии гильотина действовала вплоть до 1921 года, и Революции там не было. В это же время, в так называемом «гуманном» обществе, где, казалось бы, что казнь должна стать прошлым, расстрелы всё же были популярны. Гуманизм ли это? Вряд ли. Только об этом, задумались почему-то только 4 года назад, когда произошло захоронение, когда стал подниматься вопрос о том, что царская семья стала жертвами. Да и то, интересно то, что все суды отказывают поднимать дело, «за истечением срока давности», или «нет состава преступления». Интересно, что трупы есть, жертвы есть, а преступления, как такового нет. Ведь дело не в том, чтобы наказать тех, кто это совершил за их поступки, дело состоит всего лишь в том, чтобы было признано, что семья Романовых, стала безвинными жертвами. Ну как говорится бесполезно кому-то что-то доказывать.

Другой вопрос, который всплывает в ходе размышлений, кто же был Николай Романов. Можно конечно говорить, что он был тираном, что его руки были в крови. Но лично мне хочется поставить жирную точку. Есть понятие деятель, и есть понятие семьянин. Как деятель – он не реализовал себя. Как семьянин – да. Здесь, в данной книге, упор больше делается на долг Николая II, как отца семейства и любящего мужа. Судьба играет с людьми странную шутку. Николаю Александровичу не повезло со временем рождения. Родись он не правителем, а простым и самым заурядным человеком в наши дни, то он, скорее всего, занимался бы домашним хозяйством вместе со своей семьёй, а не лежал бы в могиле. Но он родился правителем, и судьба распорядилась с ним таким образом, что ему пришлось отвечать за все свои ошибки самым жутким образом.

В книге рассказывается о последних днях из жизни семьи Романовых, приводятся выписки из их дневников. Это были самые страшные и вместе с тем самые приятные дни в жизни Романовых. Страх заключался в том, что все, кроме детей, догадывались о том, что их ожидает, по знакам, символам, наблюдая за своими охранниками. И самые приятные дни – потому что никогда, кроме как тогда, семья не была настолько сплочена, сплочена любовью, страхом, надеждами. Хоть это может и неправильно говорить в таких обстоятельствах, но Бог позволил им в последние минуты своей жизни быть одной любящей семьёй. Все были вместе, рядом, и умерли в один день. Возможно, это жестоко, но у многих людей нет такой возможности увидеть дорогих людей в последние минуты своей жизни. А у них была эта возможность. Они погибли, но их семья, их любовь к друг другу сохранилась. Это так редко бывает, что отношения в царской семье крепкие и тёплые. Они, пожалуй, так же как Франц Иосиф и его дорогая супруга Сиси и королева Виктория с принцем Альбертом, занимают нишу «вечных возлюбленных». Если в двух последних случаях супруги хранили верность до своей смерти, то здесь Ники и Алексис умерли вместе.

А смерть действительно была ужасной. Это не смерть в минуту, раз и нет. Их жестоко добивали прикладами и штыками, расстреливая уже мёртвых людей. Это ли справедливая казнь? И после этого все украшения, которые хранились у них, были с усмешкой поделены между участниками. Я не понимаю этого, не понимаю жестокости людей, если ты хочешь отыграться, а Фёдор Лукоянов в своих воспоминаниях, так и говорит «мы хотели отыграться на царской семье за все наши неудачи», то убей, похорони, но не глумись над телом. Более того, в книге, всё представлено в свидетельствах, документах и показаниях, вплоть до того, как затиралась кровь после расстрела. И я не вижу тут, особенно в воспоминаниях и показаниях участников, что они на минуту сожалеют о случившемся, да и где им, когда человек с усмешкой и детально говорит, как убивал «людского изверга».

Ужасно звучит то, как описывается смерть других членов царской семьи. «Он попросил меня попрощаться со своим секретарём, а я с усмешкой нажал на курок. Выстрелом разнесло ему пол головы. Собаке – собачья смерть». «Их посадили в сани. Тех, кто оказал сопротивление, били прикладом. Остальных же живыми, вместе с трупами вывезли к шахтам и сбросили в них. Затем, шахты закидали и подожгли. Некоторое время из шахт были слышны молитвы». И это можно назвать гуманной казнью? Кому это было нужно? Партии? Народу? Никому, кроме тех, кто отдал приказ, кто привёл маятник в действие. Верховная же власть просто закрыла глаза, не говоря ни да, ни нет. Но то, что всё это планировалось, было рассчитано до мелочей. Ложные обвинения, заведения дел, по несуществующим фактам – всё это привело приговор в силу.

Знал ли бывший император о том, что его ждёт? Да, знал. Это видно из записей его дневника. Он готов был понести наказание, готов был принять смерть, лишь бы не трогали его семью. Он знал, что делая запись в дневнике, послужившей поводом для финального акта, он обрекает себя. Он считал и верил, действительно верил, что, быть может, его семью всё же пощадят. Но со смертью, к сожалению, невозможно договориться.
Но интересно не только это, интересно ещё и то, что стало с теми людьми, кто считал, что творят правое дело. Они говорили «Собакам – собачья смерть». Маятник, раскачивается то в одну, то в другую сторону. Нанеся один удар, он вернётся и нанесёт второй. Многие из тех, о ком шла речь в книге, умерли отнюдь не своей смертью, не в тёплых постельках и даже не в больнице. Как они расправились с невинными людьми, так и с ними поступили впоследствии. Почти всех расстреляли. Причём расстреляли не кто-нибудь, а та власть, которую они уважали и ради которой окунали руку в кровь. Став палачами их самих казнили. Любая агрессия имеет своё обратное действие, зло возвращается к тем, кто его совершает.

Это была довольно отрезвляющая книга, которая основана на реальных документах, реальных фактах. Которая написана человеком, который провёл много времени в архивах, а не просто взятая с потолка красивая легенда и сказка. Это документальная книга, которая всё расставляет по полочкам и я рада, что она попалась мне именно сейчас, а не в период моего увлечения данной историей. Сейчас это воспринимается мною достаточно спокойно, без обвинений, без детского «фанатизма». Невозможно сейчас наказать тех, кто совершил и продумал всё это деяние, к ним уже применено суровое наказание. Нужно жить тем, что есть – оценивать ошибки и уроки прошлого. А ещё, нужно помнить о том, что есть ещё хранители дома Романовых, есть потомки, живущие во Франции, Мадриде и Великобритании. Самое главное – история продолжается.

Великолепная книга от великолепного исследователя, хоть и именуемого профессиональными историками популистом. Пусть популист, зато благодаря ему мы узнаём о вещах, за которыми сами никогда бы не полезли в пыльные фолианты и забытые документы.

Но несмотря на все достоинства есть у этой книги один очень существенный недостаток. Ошибка ли, опечатка ли, но приведшая в заблуждение огромную массу народа (и вот тут минусы популистики и вскрываются).

Всем известно, что Николай II отрёкся от престола в вагоне своего поезда, находившегося на путях железнодорожного вокзала Пскова. Но когда однажды я привезла своего тогда ещё даже не жениха, а просто любимого человека, весьма подкованного в исторических науках молодого человека, в родной свой город Псков и похвасталась тем, что вот такое историческое действо у нас в своё время свершилось, он посмотрел на меня, как на полоумную, и возопил о том, что отречение на самом деле произошло на станции Дно, что в Псковской области. Пришлось показывать памятную табличку на стене вокзала, но и тогда сомнения его не покинули. А пару лет назад мы обнаружили, что и таблички уже нет, а в Дно установлен памятный знак в честь того, что Николай II именно там подписал своё отречение.

Табличка в Пскове, если мне память не изменяет, уже вернулась, но памятный знак в Дно так и остался. И теперь не всем уже известно, что Николай II отрёкся от престола в Пскове, многие свято полагают, что произошло всё в Дно. А всё почему? А всё потому, что об этом в своей книге написал Эдвард Радзинский. Популист настолько авторитетный, что к его словам прислушались даже муниципальные власти города Дно, поторопившись установить свой памятник. Не заметив даже противоречий, мелькающих относительно спорного места в самой книге. Мы вот с мужем всё собираемся уважаемому Эдварду Станиславовичу написать с целью исправить-таки злосчастную ошибку, но руки пока так и не дошли.

Ну а теперь, собственно, к фактам. Слова ведь - это всего лишь слова.

Итак, из книги: «1 марта, среда. Ночью повернули с М(алой) Вишеры назад, так как Любань и Тосно оказались занятыми восставшими. Поехали на Валдай, Дно и Псков, где остановился на ночь» (Из дневника Николая II). Утром, когда проснулся в Пскове, Николай II узнал, что ехать некуда.

А это уже ремарка Радзинского: "Да, все свершалось быстро… Этот непроходящий ужас: Аликс, одна с больными детьми, и он, запертый в поезде на станции Дно (каково название!)".

Чтобы не возникло предположение, будто отречение вырвано, Николаю II предложили поставить под ним не то истинное время, когда он его подписал, а то, когда он сам принял это решение… И он согласился. И подписал: «2 марта, 15 часов», хотя на часах уже была полночь.

Из дневника, 2 марта (окончание):
«Из ставки прислали проект Манифеста. Вечером из Петрограда прибыли Гучков и Шульгин, с которыми я переговорил и передал им подписанный и переделанный Манифест. В час ночи уехал из Пскова с тяжелым чувством пережитого. Кругом измена, трусость и обман».

То есть, следуя логике Радзинского, Николай II подписал отречение на станции Дно в полночь, а уже в час ночи выезжал из Пскова. Даже сейчас ехать на поезде от Дно до Пскова не меньше 3 часов. А царский поезд смог преодолеть это расстояние менее, чем за час? Да даже если бы каким-то образом и успел, какой смысл проезжать мимо Дно в Псков, потом возвращаться туда, подписывать отречение, возвращаться в Псков и выезжать уже из Пскова?

Но к чему домыслы, когда можно обратиться к свидетельствам очевидцев?

1) "Как я сказал выше, свитский поезд шел сзади «собственного», но на ст. Дно, которую прошли совершенно спокойно, мы обогнали царский поезд, дабы к Пскову подойти раньше.
Когда мы проходили на ст. Дно мимо «собственного» поезда и некоторые из нас стояли на площадке вагона, то дворцовый комендант вышел из своего вагона, стал на подножку, приветливо помахал нам рукой и улыбаясь громко крикнул в мою сторону: «Надеюсь, вы довольны, мы едем в Псков». ...
Первое марта, проклятый и позорный день для России, уже кончался, когда мы после 7 часов вечера стали подходить к древнему Пскову. ...
К 12 часам мы вернулись в поезд и узнали, что Родзянко не может приехать на свидание к государю императору, а к вечеру в Псков прибудут член исполнительного комитета Думы В. В. Шульгин и военный и морской министр временного правительства А. И. Гучков....
Вот собственно с формальной стороны и все, что произошло на свидании депутатов Думы Гучкова и Шульгина с его величеством 2-го марта в Пскове". (Генерал-майор Дмитрий Николаевич Дубенский, чиновник канцелярии министерства двора, описывавший в издаваемых периодически книжках пребывание государя в действующей армии)

2) "К генералу Рузскому и его прежнему, до генерала Дашлова, начальнику штаба генералу Бонч-Бруевичу его величество, как и мы все, относился с безусловно меньшим доверием, чем к своему начальнику штаба, и наше прибытие в Псков явилось вынужденным и совершенно непредвиденным при отъезде.
Тогда была послана и новая телеграмма Родзянко, уведомлявшая о перемене маршрута и снова предлагавшая ему выехать навстречу в Псков. В этом городе находился штаб северного фронта, генерала Рузского, и оттуда можно было связаться прямым проводом с Петроградом, ставкой и Царским Селом и выйти, наконец, из той тревожной неизвестности, которая нас окружала с вчерашнего вечера....
Наступило утро 3-го марта. Наш поезд, вышедший в три часа ночи из Пскова, уже двигался по направлению к Могилеву, в ставку". (Полковник Анатолий Александрович Мордвинов, флигель-адъютант царя)

3) "Я расскажу вам подробно весь ход событий, сопровождавший отречение царя. Я знал 28 февраля, из телеграмм из Ставки, что царь собирается в Царское Село. Поэтому для меня совершенной неожиданностью была полученная мною в ночь на 1-е марта телеграмма с извещением, что литерный поезд направился из Бологого через Дно в Псков.
Он передал мне подписанную им телеграмму об отречении; я положил ее в карман и вышел, чтобы, придя в штаб, отправить ее. Совершенно неожиданно в штабе мне подали телеграмму за подписью Гучкова и Шульгина с извещением, что они в 3 часа 35 мин. дня выехали во Псков.
Пребывание царя во Пскове было известно всем, но поразительно, с каким хладнокровием и невниманием на сей раз отнеслось к этому факту население и войска. Царь часто гулял совершенно один по перрону вокзала, и никто из публики не обращал на него внимания. Время он проводил исключительно в кампании нескольких сопровождавших его свитских генералов. Я лично, как я уже сказал, избегал долго оставаться в его обществе, и наши беседы с ним носили чисто деловой характер". (Генерал Николай Владимирович Рузский, генерал-адъютант, главнокомандующий Северным фронтом (из беседы с журналистом В. Самойловым об отречении Николая II))

4) В. В. Шульгин, ездивший вместе с А. И. Гучковым в Псков для переговоров с бывшим императором Николаем II, передает следующие подробности об обстоятельствах, при которых произошло отречение:
– Необходимость отречения, – рассказывает В.В. Шульгин, – была единогласно принята всеми, и только исполнение этого решения затягивалось. А.И. Гучков и я решили отправиться в Псков, где по полученным Исполнительным Комитетом Гос. Думы сведениям, в это время находился царь.
Около 10 часов вечера мы приехали в Псков, где предполагали первоначально переговорить с генералом Н. В. Рузским, который был извещен о нашем приезде. (Василий Витальевич Шульгин, депутат, член исполнительного комитета Думы, монархист, участник белого движения)

5) "Я знал, что со стороны некоторых, стоящих на более крайнем фланге, чем думский комитет, вопрос о добровольном отречении, вопрос о тех новых формах, в которые вылилась бы верховная власть в будущем, и вопрос о попытках воздействия на верховную власть встретят отрицательное отношение. Тем не менее, я и Шульгин, о котором я просил думский комитет, прося командировать его вместе со мной, чтобы он был свидетелем всех последующих событий, – мы выехали в Псков. Я телеграфировал в Псков генералу Рузскому, о том, что еду; но чтобы на телеграфе не знали цели моей поездки, я пояснил, что еду для переговоров по важному делу, не упоминая, с кем эти переговоры должны были вестись. Генерала Иванова мне не удалось тогда увидеть, хотя дорогой пришлось несколько раз обмениваться телеграммами; он хотел где-то меня перехватить, но не успел, а вечером, 2-го марта, мы приехали в Псков. Я хотел сначала повидать генерала Рузского, для того, чтобы немножко ознакомиться с настроением, которое господствовало в Пскове, узнать, какого рода аргументацию следовало успешнее применить, но полковник очень настойчиво передал желание государя, чтобы я непосредственно прошел к нему". (Александр Иванович Гучков, лидер партии «Союз 17 октября», член Думы, военный и морской министр Временного правительства)

6) "Утром 1/14 марта от председателя Государственной Думы получена была телеграмма, что в Псков, куда выехал со станции «Дно» государь император, отправляется депутация от имени комитета Государственной Думы в составе А. И. Гучкова и В. В. Шульгина, что им поручено осветить государю всю обстановку и высказать, что единственным решением для прекращения революции и возможности продолжать войну является отречение государя от престола, передача его наследнику цесаревичу и назначение регентом великого князя Михаила Александровича.
После приезда государя в Псков генерал Рузский доложил ему все телеграммы". (Генерал Александр Сергеевич Лукомский, генерал-квартирмейстер Ставки, генерал-лейтенант, видный деятель белого движения)

7) Герцог Н. Н. Лейхтенбергский при низложенном императоре Николае II нес обязанности флигель-адъютанта в дни государственного переворота. Он дежурил в последние две недели при царе и был свидетелем всего происходившего, как в ставке верховного главнокомандующего, так и в Пскове в момент отречения царя от престола.
"Мы приехали в Псков 1-го марта. Сейчас же по приезде в царский поезд пришел ген. Рузский с докладом. Я нес тогда дежурство. В момент прихода Рузского в свитском вагоне был ген. Воейков". (Герцог Николай Николаевич Лейхтенбергский, флигель-адъютант, полковник, пасынок Николая Николаевича)

8) "Прошли два томительных дня. Пожар в Петрограде разгорался. Движение царского поезда по Московско-Виндавско-Рыбинской дороге, переход на восток на Николаевскую дорогу, возвращение на «Дно»; движение на запад на Северо-Западную дорогу; прибытие в Псков. Пребывание в Пскове. Отречение". (Генерал Николай Михайлович Тихменев, начальник военных сообщений, генерал-майор)

Такое вот собственное небольшое историческое (псевдо)исследование... :-)

После прочтения последнего абзаца книги я вышла на улицу, посмотрела вокруг и подумала: "А ведь всё могло быть иначе!" Вдруг бы в один момент в Российской Империи предприняли такой шаг, который смог бы без всякой крови умерить пыл революционеров?! И правил бы сейчас страной ещё один Романов, далёкий потомок Петра Первого, Александра Второго... Ведь ограниченная монархия остаётся в любом случае монархией. Как будто и наша связь с историей стала бы крепче. Нынче рассказы про великих императоров похожи лишь на отдалённые красивые картины, трудно представляемые в наше время. А порой из-за этого становится так обидно! Это же огромная история целого рода, обладавшего и властью, и харизмой, и чувством роскоши. Хотя сейчас бы оно, наверно, уже и не выглядело так ярко, да и история всегда складывается правильно, как бы оно ни казалось.

Сбылась моя мечта: я наконец-то получила качественные знания по истории девятнадцатого века! Вся книга читалась в приподнятом настроении, в ощущении приближения к ранее неизведанному. Вместе с тем процесс был крайне волнительным, ведь я постепенно приближалась к печальной развязке, которая многим известна. В этом заслуга автора, которого я для себя посмела открыть. Оказывается, Эдвард Радзинский действительно хорошо пишет. Я поражаюсь, как один человек смог проделать такое колоссальное количество работы. Это ведь сколько исторических источников нужно изучить, прежде чем составить у себя в голове полную картину событий, окружавших жизнь императора Александра Второго. И даже немного стыдно от того, что я получила всё в готовом виде. Однако такова была цель автора, так что имею право себя не осуждать. Я прошла огромный путь сквозь целую книгу: начала с Петра, закончила Советским Союзом. Тут есть буквально про всё. Э.Радзинский постарался не только показать деятельность Александра, но и раскрыть исторические причины многих его решений. Кроме того, здесь ещё явно можно проследить и влияние императора на будущее развитие событий. Причём информация подана в виде художественного романа, что даёт возможность перенестись в те времена, почувствовать, чем жила императорская семья, что было на уме у зарождающегося поколения социалистов. Я прошла это всё, став на пару дней частью истории.

Претензии, правда, тоже есть... Мне как будто не хватило самого Александра Второго. Да, это прекрасно, что столько внимания уделено истории рядом происходящей, но много эта информация и забрала. Наверное, от историка и не требуется глобального исследования всех личностных характеристик героев прошедшего времени, но ведь Радзинский больше чем просто историк. Да, основные факты, свидетельствующие о внутренней оснастке Александра Второго даны, а всё равно чего-то не достаёт! А быть может, это я предвзята... Хотя всё равно есть осадок.

Всё же самые удивительнейшие вещи в нашей жизни всегда происходят случайно! Ведь я вовсе не думала покупать эту книгу, даже не знала о её существовании... Всему виной оказалась скидка в тридцать процентов, которую я успела использовать за пару часов до её исчезновения. И вот я уже чувствую себя вполне осведомлённой личностью с приличным багажом знаний. А кроме того, я получила пищу для размышлений. Каким бы был этот несуществующий двадцать первый век, сохрани некогда монархия свой престол? А вдруг однажды царская семья сама бы пришла к полному забвению своего рода? Тогда получается, что революционеры спасли чету Романовых от подобного краха, оставив их в нашей памяти несчастными жертвами социалистов. Нет, всё оно произошло так, как и должно было. Судьбу не изменишь и не переплюнешь. Некоторые ошибки даны нам во благо. Мне же хочется перечитывать и перечитывать тот самый последний абзац книги, не в силах понять, что эта великая история невероятной семьи сто лет назад всё-таки подошла к концу...

Больше 70 лет тема последней царской семьи России, была под большим запретом. Вся информация об этих событиях была сокрыта, лишь были известны какие-то негативные факты в основном сфабрикованные, нелицеприятные карикатурные изображения, которые очерняли последнего царя и его семью. Я уже не раз говорила, что мне нравится как пишет Э. Радзинский, эта книга не исключение. Когда автор писал эту книгу, уже многое было доступно, он постоянно проводил много времени в архивах, также к нему стекалась информация по всему миру, многие хотели лично рассказать о известных им событиях. Через всю книгу проходит дневник Николая ll, который он писал 36 лет. Также представлена переписка царя со своей женой, множество писем, документов и т.д.Всё это систематизировано, пропущено автором через себя. Материал преподнесён в высшей степени проникновенно. Царская семья была не просто расстреянна, а по моему мнению жестоко убита. Читать о последнем вечере царской семьи, очень трудно. Всё было восстановлено в мельчайших подробностях, благодаря архивным документам и рассказами людей, которые каким-то образом были связаны с этими событиями, или слышали всё со слов очевидцев. Да и сами участники расстрела, не стеснялись, а гордились своим поступком. Есть аудиозапись, в которой убийцы в подробностях рассказывают как это было... Просто мороз по коже, они с таким удовольствием об этом рассказывают, что волосы встают дыбом, иначе не скажешь. Мне очень понравилось, как Радзинский раскрыл личность Николая ll. Я с ним полностью согласна, что Николай Александрович, не был создан для управления такой огромной страной. Слишком мягкий характер, безволие государя, неспособность самостоятельно принимать решения и их отстаивать, привело к известным нам событиям. Последний царь был хорошим мужем и отцом, именно в этом он видел своё призвание, но был плохим правителем. Конечно и его окружение было отвратительным, чиновники только обогощались и искали свою выгоду, а не благо для страны. Давали никчемные советы, которые и привели к гибели Российской империи. Про Николая Второго я хорошего ни в одном учебнике  не припомню: кровавое воскресенье, ходынское поле, три революции, гражданская война, русско-японская война, которую мы проиграли. Но вот мало кто задумывался, какой личностью был последний русский император, Радзинский предоставляет нам такую возможность, он показан в хорошем свете, так что проникаешься симпатией к нему. Конечно он был рожден не для правления, как я писала выше, но он родился в царской семье, править он был обязан по праву рождения. Но по сути правили страной тогда его жена и Распутин. Но даже это не оправдывает расстрел царской семьи. Как относиться к последнему российскому императору - это дело каждого.
Лично мне его очень жаль, если рядом с ним были бы достойные политики, которые давали царю верные советы и решения, может ничего этого и не было бы. Хотя рядом с ним были достойные люди такие как Витте и Столыпин, но царь под давлением Александры Федоровны намеренно отдалял их от себя, знала бы царица, что своими действиями толкает свою семью на гибель... Ну это лично моё мнение. Книга мне очень понравилась, советую к прочтению

Зверский расстрел царской семьи кажется сейчас неправдоподобным, ужасным. Я очень старый человек и я застал то время. Зверства, озверение, остервенение - они были всеобщими. Убийство царской семьи лишь дополняет эту картину, не более.
Из письма Блохина.

Я бы сказал это довольно большой труд, посвящённый изучению жизни (и смерти) царя Николая Второго, а в особенности его последних лет жизни. 1917-ый и в особенности 1918-ый разобраны практически пошагово, если не по дням, то по неделям. Использованы как дневниковые записи бывшего императора, так и записи членов его семьи, воспоминания и свидетельства всех тех лиц, которые оказали влияние на судьбу царской семьи.

Для меня в первую очередь познавательно было почитать о периоде от февраля 1917-го года до вселения царской семьи в Ипатьевский дом, потому что этот период жизни в Тобольске прошёл мимо меня. Царь с семьёй в Тобольске проживал в более просторном доме, в более просторных и свободных во всех отношениях условиях (разве что в город на прогулку не отпускали, был запрет). И якобы в этот период ещё была возможность побега (потому что даже и гарнизон, который охранял их, и его командование, были более дружественно настроены, нежели потом в Екатеринбурге), но Николай и Аликс отвергли её.

Была целая история с интригами вокруг перевозки царской семьи из Тобольска. Сначала по замыслу конечным пунктом должна была быть Москва (суд), но красный Урал просто так отпускать бывшего императора не пожелал. В итоге конечная точка Екатеринбург. Сначала там оказался Николай с женой и дочерью Марией, затем перевезли всех остальных.

Сама ночь расстрела разобрана досконально, с приведением показаний нескольких непосредственных исполнителей. В те годы она конечно не выглядела настолько дикой. Потому что подобное происходило по всей России. Чернь, которой развязали руки, казнила и издевалась над офицерами, насиловала и убивала как нечего делать. Зверствовали как красные, так и белые. Но первые были в этом отношении более успешны, как мы видим. Хотя как бы большевики не упорствовали как в эти, так и более поздние годы, в разливании крови, даже так власть их не продержалась и 80-ти лет. Сравните с периодом правления тех же Романовых, что называется.

Очень запутаны были следы принятия решения о ликвидации царя и его семьи. Вся эта переписка между Москвой и Екатеринбургом, конспирация... Москва просто не хотела брать на себя ответственность за это решение. Лидер большевиков понимал КАК после этого новая власть будет выглядеть в глазах международного сообщества.

Радзинский, на мой взгляд, больше чем нужно уделяет внимание полумистическим версиям о том, что кому-то из членов семьи удалось спастись, что появлялись люди, выдававшие себя то за Алексея, то за Анастасию. Сейчас понятно, что всё это ерунда. Да и в те времена, зная что произошло в доме Ипатьева, здравомыслящие люди вряд ли могли всерьёз воспринимать эти теории.

[Аудиокнигу прослушал в начитке Сергея Чонишвили. Поначалу казалось, что выбран далеко не лучший чтец для этой книги (но не потому что плохо читает, нет). Но в целом, слушая далее, я остался вполне доволен исполнением. Хотя не исключаю, что нашлись бы и более подходящие исполнители, повторюсь, именно для этой книги]

"... Я не готовлюсь специально к выступлению. Иначе это будет лекция, а должна быть импровизация… Я просто думаю на тему. Но у меня беда: я все помню. Это ужасная вещь. Мне хочется рассказать и это, и это, и это… И начинаешь умирать от столпотворения тем." - говорит Эдвард Радзинский в одном из своих интервью "Российской Газете". Читая книгу "Александр II: Жизнь и смерть" я часто ловила себя на мысли о том же.

Рассказывая, автор, то и дело переключался на другие истории, другие биографии, и в итоге, книга получилась не просто биографией Императора, а полноправным историческим романом со множеством сюжетных линий и героев. И именно как роман воспринималась мной эта книга, ведь я прожив 25 лет, никогда не интересовалась историей Российской Империи и Радзинский стал проводником для меня в этот невиданный доселе мир. Читая книгу, я всё больше и больше зарывалась в историю царской семьи, но при этом не чувствовала себя профаном в теме, так просто и легко Эдвард Станиславович вводит нас в эпоху второй половины XIX века.

Дальше будут спойлеры...

Книга "Александр II" разделена на четыре части, но уже с первых страниц первой главы, автор рассказывает, как должен погибнуть главный герой. Он приоткрывает нам завесу, но при этом оставляет интригу, этакое заманилово, после которого, хочется читать и читать дальше. И я с удовольствием погрузилась в чтение. Фактически вся первая часть оказалась эдакой прелюдией к биографии Александра II, историк начал рассказ издалека и пересказал довольно подробно жизнь предков Александра, начиная с любовных похождений его пробабки Екатерины II, вставляя долю пикантных деталей и интересные мысли "от себя":

Путаясь в постоянно повторяющихся именах рода Романовых, я узнавала интереснейшие подробности из жизни императоров, о которых никогда и не слышала раньше. Вот Радзинский мучается загадкой, был ли Павел Первый сыном Петра Третьего или всё таки, это незаконнорожденный сын одного из многочисленных любовников Екатерины, на котором и прервался истинный род Романовых? Дальше - больше, вот уже через несколько страниц автор выдвигает мнение, что внук Екатерины, Александр Первый не умирал от горячки в далеком от столицы городке, а просто решил "слиться" с престола, когда ситуация в стране стала неспокойной.

События текут неспешно, но захватывающе, незаметно для себя я преодолела еще одну многостраничную часть и вот, наконец, началось повествование о правлении самого Александра II. Здесь я не буду упоминать все значимые исторические события, которые произошли со страной в период его правления, я думаю все и так знают и об Отмене крепостного права, о создании Третьего отделения, о Балканской и Турецкой войне (с таким позорным для России и Императора исходом), знала об этом и я - человек, далекий от истории. Однако, что для меня стало поистине неожиданностью, так это тот факт, что термины террорист и якобит родом из того времени. Также меня удивило, что еще в далеком девятнадцатом веке, нашей стране уже пришлось столкнуться с гневом восточных исламистов - мюридами, столь "популярными" в веке двадцать первом...

Однако преодолев рубеж в 50% мне стало как-то скучновато... История начинала затягиваться, а всё новые и новые лица и биографии сливаться в один безличный поток людей. Радзинский освещает культуру как-то однобоко и например, не словом не упоминая о музыке и искусстве, подробно описывает литературу того периода. От главы к главе, он восхищается Достоевским, часто цитирует его и пересказывает биографию, кое-где даже повторяется дважды, а то и трижды... Он проводит параллель с историей террористов и романами Достоевского, называя его, едва ли не прародителем всех российских нигилистов. Часто упоминаются и другие великие писатели Толстой и "бизнесмен" Некрасов, который унизился перед главой Третьего отделения. Дальше также подробно описывались все любовницы Императора, все участники террористической партии и все, кто был замешен в покушениях на Александра II (а покушений было аж 7!), при этом, были это не просто упоминания людей, а полноценные их биографии начиная от старых предков и кончая внуками героев, живших зачастую уже в будущем СССР...

Когда я читала все эти переплетающиеся факты и истории, я порой задавалась вопросом: "А какое отношение к этому имеет император Александр?", и сама же себе отвечала через несколько минут "да самое, что ни на есть прямое!", все эти рассказы, так или иначе связаны с правлением Государя, а значит и с Государем лично. И я сделала для себя удивительное открытие: Эдвард Станиславович, хоть и был в чем-то зануден и долог, но он оказался именно таким писателем, каким бы я могла стать сама, надумай я написать чью-то биографию. Да, мы действительно с ним похожи в суждениях и часто я думала о каких-то второстепенных деталях, которые писатель через несколько страниц озвучивал сам!

В конце этой длинной рецензии, хочется отметить и то, что уже писали часто до меня... Возможно Радзинский не передает всей истинности событий того времени, возможно его точка зрения отличается от взглядов именитых историков, но лично для меня (человека заурядного в плане истории), он оказался интересным автором, написавшим интересную книгу, по биографии интересного человека. Он проделал огромную исследовательскую работу и уже за этот огромный труд, а так же за легкость в повествовании я полюбила его, обязательно позднее почитаю и другие его книги из серии "Жизнь и Смерть", а пока высшая оценка и список "избранных".

Моя любовь к династии Романовых, а точнее к отдельным ее представителям: Екатерина II, Александр II и Николай II – просто необъяснима. Но сложилось так, что о судьбах Екатерины и Александра я знаю достаточно много, а вот о Николае II ужасно мало, основные знания сводятся к тому, что это последний император России, расстрелянный в Екатеринбурге вместе со своей семье.
Первая книга Радзинского, с которой я познакомилась, была «Александр II. Жизнь и смерть». После нее осталось легкое разочарование, поэтому брать следующую книгу из цикла «Три царя» было страшновато. Мои опасения не оправдались, эта книга полностью захватила меня, при первом удобном случае я старалась вернуться к Николаю и его семье.
Не сложно догадаться, что главное действующее лицо книги - Николай II. Эдвард Радзинский проводит нас по страницам жизни героя, начиная от цесаревича Николая и заканчивая Николаем Александровичем Романовым, расстрелянным в Ипатьевском доме в Екатеринбурге.
В основе книги лежат записи из дневников представителей императорской семьи, записи из архивов. Мы встречаем Алису Гессенскую, будущую императрицу Александру Федоровну, женщину, сыгравшую немалую роль в истории нашей страны. Ведь послушайся Николай отца, императора Александра III, и женись на французской принцессе, все могло бы быть по-другому. Но нет, Николай был упрям, он выбрал Аликс и ждал, когда родители смирятся с его выбором. И они смирились… Чем больше страниц книги было мною прочитано, тем больше злости и негодования вызывала во мне личность Алисы Гессенской. Она пыталась контролировать все дела императора, и она стояла горой за «Старца», слепо веря во всё, что он говорил. Возможно, эта слепая вера в Распутина и сыграла злую шутку с императрицей. Она во всём видела веление Господа и благословение «Старца». Ведь даже проезжая родную деревню Распутина, Аликс видит хороший знак, его благословение. Благословение на что?! Только если на смерть, ведь обратной дороги им уже не было. Но всё это было еще впереди, а пока Николай и Алиса (в православии Александра Федоровна) венчались на царство. Они любили друг друга на протяжении всей жизни, и их переписка полна нежности и любви, они были полны надежд на светлое будущее. Но всё это было ДО. До того как Россия вступила в Первую мировую войну, до того как Николай стал Верховным Главнокомандующим, до того страшного дня, когда он подписал Манифест об отречении.
Правление Николая не было легким, его даже прозвали в народе Николай «Кровавый».

Именно то, что было после отречения, читалось мною особенно тяжело. Мне приходилось делать паузы и собираться с духом, чтобы осмыслить всё написанное. Весь тот ужас происходящего прошел сквозь меня. Да, несомненно, вина Николая перед Империей есть, но чем лучше новая власть?! Большевики плетут паутину, хоть то же письмо, в котором говорится о возможности побега. Всё это делается с одной целью, чтобы обвинить Семью в «монархическом заговоре» с целью побега. И ведь Николай не скрывает ничего, пишет в дневнике о письме с предложением организовать побег. Всё это в надежде спасти свою семью, о себе он не думает, т.к. знает, ему спасения не будет. Но спасения не было никому... Ни заключенным в Доме Ипатьева, ни Алапаевским мученикам, ни многим другим представителям рода Романовых.
Эдварда Радзинского достаточно часто обвиняют в надуманности, за все его книги не берусь говорить, но книгу «Николай II. Жизнь и смерть» упрекать в этом не могу. Несмотря на большое количество записей из дневников, всё читается очень легко. Нам предоставляется возможность взглянуть на одни и те же события с разных сторон. Единственный минус этой книги – это, как мне показалось, слишком идеализированные личности Николая и Александры Федоровны, ни при каких обстоятельствах автор не критикует и не высказывается против их поступков. Но и этот минус для меня оказался не существенным.
Читать ли эту книгу? Если вы любите историю и вам интересна жизнь последнего императора, то однозначно да. Только будьте готовы, что читать ее будет тяжело.

Я никогда не интересовалась историей царской семьи , знала лишь некоторые общие факты. Эту книгу начала читать случайно. И этой случайности очень рада.
Во-первых, поражает глубина анализа и масштаб проведенной Э. Радзинским работы. Надо отметить, что такие вещи, безусловно, нужно перечитывать. В первое прочтение уловить все нюансы, связи, оценить все факты невозможно. Книга насыщена ими, она требует внимательности. Это не развлекательное чтение, хотя и очень увлекательное.
Во-вторых, благодаря этой книге я совершенно иначе взглянула на историю последнего императора и его семьи. Действительно, эта история крайне тяжелая. Трагедия тем серьезнее, что все это - не выдуманные герои, а реальные люди, которые когда-то любили, мечтали, страдали и во многом были жертвами обстоятельств. Прекрасно раскрыт характер как Николая, так и Александры Федоровны, а также отлично прорисована картина ближайшего их окружения. Это же хочется отметить и в отношении большевиков, появляющихся в последней части книги.
Она дается тяжелее всего. И развязка, естественно, не приносит никакого облегчения, как не дает и ответов. Но такова жизнь. Что уж точно мне дала эта книга , так это массу тем для размышлений, а также знания об одном из самых важных в истории нашей страны событии.