Человеку свойственно желать невозможного.

Хорошо говорить, что Европа мало похожа на рай, когда точно знаешь, что завтра окажешься там и будешь есть булочки с корицей. А тем, кто остался на родине, придется вновь и вновь сталкиваться с религиозными распрями, политической нестабильностью и терроризмом.

Разве в Египте женщина может пройтись по улицам одна и не подвергнуться сексуальным домогательствам? Даже днем, не говоря уже про вечера! Я лично знаю женщин, к которым приставали во время паломнических поездок. В святых местах! Средь бела дня! На глазах у саудовской полиции. Женщины молчат о таких вещах, потому что им стыдно. Но почему должно быть стыдно нам, а не тем, кто нас унижает?

Быть может, это первый признак надвигающейся старости – сохранять имена покойных друзей и родственников в своих адресных книгах, продолжая тем самым их призрачное существование. Потому что настанет день, и ты сам превратишься в такое же имя с записанным рядом телефоном.

Быть может, Бог – это просто игра для тех, чье детство было счастливым и безмятежным?

Если после окончания университета они будут рассуждать точно так же, как и до приезда сюда, это будет означать лишь одно: в Оксфорде они зря потратили время и деньги своих родителей.

Если учесть, что осьминоги с возрастом становятся только умнее, их с полным правом можно назвать самыми совершенными созданиями на земле. А вот Аристотель, величайший из всех философов, считал их глупыми тварями. Любопытно, что бы осьминоги сказали об Аристотеле?

Надо сказать, интеллектуальный снобизм Пери распространялся исключительно на молодежь. К невежеству представителей старшего поколения она относилась более снисходительно, считая, что у них не было возможности получить знания. Но любой человек ее возраста, смотревший на книги как на деталь интерьера, переставал для нее существовать.

До чего меня бесит, когда люди обижаются на слово «психика». Уверена, скажи я, что у тебя геморроидные проблемы, тебя это ничуть бы не задело.

Представь, однажды я слышала, как девочка жаловалась своему папе, что в супермаркете сегодня бедный выбор свежих ягод. Мир кипит, как котел, Берлинская стена рухнула, а ей, видите ли, свежих ягод не хватает!

Я большой поклонник духовных традиций бекташи, мавлави или маламати, с их гуманизмом и юмором. Они отвергали любые проявления нетерпимости и предвзятости. Но кто сегодня помнит об их наставлениях? В нашей стране древних мыслителей считают давным-давно устаревшими и ненужными. И не только в нашей стране. Во всем мусульманском мире. Современные проповедники стоят на иных позициях. Во имя религии они убивают Бога. Во имя власти и могущества забывают о любви.

Образование… Не университетский диплом, не будущая профессия, а именно образование. Слово, имеющее почти сакральное значение для бесчисленного множества родителей, в свое время не имевших возможности учиться, но свято верящих в то, что образование и есть главный залог жизненного успеха.

– И что случилось?
– Случился профессор Азур! – провозгласила Ширин. – Он повернул мне глаза зрачками в душу, как говаривал старина Шекспир. Научил, как обрести душевный покой.

...страх – самое могущественное оружие. Страх заставляет встать на колени самых заносчивых и высокомерных.

Люди часто ценят в других те качества, которых не хватает им самим.

– Я считаю, диктатуры с человеческим лицом не существует, – твердо произнесла она.

– Отчего же? – осведомился архитектор.

– Оттого, что любой диктатор рано или поздно начинает считать себя богом. А когда человек играет в бога, интересы других людей представляются ему ничтожными.

Гости, которым надоело обсуждать интриги большого футбола, перешли к другой теме, весьма популярной на стамбульских званых обедах: политике. Стоит нескольким туркам собраться вместе, они непременно начнут искать ответ на вечный вопрос: куда мы идем?

– По-моему, ты превращаешься в типичную восточную интеллектуалку, – заявил ее друг. – До такой степени влюблена в Европу, что позабыла о собственных корнях.

Она никогда не могла понять, почему корни ценятся намного выше, чем ветви или листья. Деревья, как известно, пускают новые побеги, пытаясь захватить новые пространства. Если даже деревья отказываются пребывать в неподвижности, зачем требовать этого от людей?

А разве она сама не такая же пленница? Сможет ли она убежать от своих ежедневных привычек, давних знакомств, обязательств и пристрастий? Выйти из налаженной колеи? Человека, решившего изменить свою жизнь, ожидает слишком много трудностей. Мы, словно узники, привязываемся к своей тюрьме.