Der Fledermausmann

Вот парадокс: сначала они отняли у нашего народа гордость, а теперь боятся её задеть.

Он посмотрел на звездное небо. Бездна мигающих огоньков, которые кажутся живыми, если долго на них смотришь. Бесполезная красота.

Так многое успеваешь заметить в свободном полете, в шести тысячах футов над землей.

Слабость других - жить. Просто и счастливо.

— А сколько тебе нужно времени, чтобы как следует узнать человека?
<...>
— Самые протоптанные тропинки в этом тёмном и дремучем лесу находишь почти сразу. У кого-то эти пути прямые, ухоженные, с освещением и указателями. Кажется, они готовы рассказать тебе всё. Но именно тогда нужно быть осторожнее всего. Потому что лесные звери не живут на освещённых дорогах. Они живут в чащах и зарослях.

Иногда я думаю, что что-то знаю. А в следующее мгновение снова оказываюсь выброшенным в гигантскую путаницу.

Интуиция - это всего лишь сумма опыта.

Зачем быть вульгарной именно сейчас, когда жизнь так прекрасна?

Город просыпался, жужжал и гремел в окно, а оно лениво отмахивалось занавеской.

длинные, запутанные сны, которые как нам кажется, длятся всю ночь, на самом деле проносятся в мозгу за несколько секунд с фантастической скоростью

Вот я сижу в баре, — подумал Харри, — и слушаю, как педераст рассуждает об австралийской политике». Он даже было сравнил себя с Харрисоном Фордом из «Звездных войн», сидящим в космическом баре.

Наш противник - не человек. Поэтому и мы не можем позволить себе быть людьми. Надо все выдержать, надо бороться. - Лебье взял салфетку. - Но и поесть тоже надо.

Но по счастью, правда - штука относительная. И гибкая. Мы верим и гнем ее так, чтобы она умещалась в наши жизни.

Его тело начало падать. Оно все падало и падало, как взорванный небоскреб.

И дядя ответил, что хуже всего не измена, а то, что он остался безнаказанным.

Ну да. Но все-таки очарование прошло. Идеал исчез.

– Как это?

– Мне досталась девушка, которая бросила парня и ушла к его лучшему другу.

– А для нее ты стал беспринципным типом, который предал лучшего друга, лишь бы добиться своего.

– Вот именно. Это ощущение так и осталось. Конечно, не на поверхности, но где-то в глубине души у нас тлело невысказанное взаимное презрение. Как будто мы вместе совершили постыдное убийство.

И что? Думаешь, гомику не приходится спать с женщинами? Если этого требует общество? Если у него нет выбора? – спрашивал Отто, активно жестикулируя. – Если женщина – всего лишь заменитель, то почему бы нет? Ведь именно поэтому обычные люди, попав в тюрьму, начинают заниматься сексом с мужчинами.

– Одного человека я убил, другого на всю жизнь сделал калекой и все равно остался окруженным любовью и заботой. А оказавшись в общей палате, первым делом попросил соседа, чтобы его брат купил мне пол-литровую банку джина.

Биргитта улыбнулась немного грустно – и Харри понял, что с этой девушкой все будет намного серьезнее, чем положено.