Цитаты из книги Lost Boy

Остальные так и не научились бы ладить, если бы кто-то постоянно их мирил бы.

Я вдруг подумал: а каково это – быть взрослым? Может, ты всегда ощущаешь на себе груз, чувствуешь, как заботы давят на тебя, словно ноша, которую нельзя стряхнуть? Тогда не удивительно, что Питер может летать. У него нет забот, которые прижимали бы его к земле.

Это тоже часть взросления? Когда смотришь на все плохое, что ты сделал, а не только на хорошее, и понимаешь, что у всех твоих ошибок были последствия?

Питеру захотелось быть героем, и потому кому-то пришлось стать злодеем.

Горе не могло меня затопить, потому что навсегда стало частью меня

"Это тоже часть взросления? Когда смотришь на все плохое, что ты сделал, а не только на хорошее, и понимаешь, что у всех твоих ошибок были последствия?"

Все дети вырастают, или умирают — или и то, и другое. Все дети, кроме одного

Неестественно, когда мальчишки вечно остаются мальчишками. Нам положено расти, заводить собственных мальчишек и помогать им становиться мужчинами.

Детство всё ещё дружелюбно протягивало нам руку, если нам хотелось к нему вернуться, а впереди лежала неизведанная страна, которая звала нас прийти и посмотреть, какие новые радости там найдутся.

Жаль, что я не мог пообещать ему, что с ним ничего плохого не случится. Такие обещания нельзя было давать - ни на острове, ни в Другом Месте. С мальчишками всегда что-то случается. Они падают. Они разбивают друг другу носы. Они обзывают друг друга. Иногда их съедают крокодилы. Иногда их протыкают пираты. Я не буду врать Чарли. Но я могу пообещать, что я его не брошу.

Нет ничего хуже криков, когда никто на тебя толком внимания не обращает.

Я вдруг подумал: а каково это – быть взрослым? Может, ты всегда ощущаешь на себе груз, чувствуешь, как заботы давят на тебя, словно ноша, которую нельзя стряхнуть? Тогда не удивительно, что Питер может летать. У него нет забот, которые прижимали бы его к земле.

Это вовсе не чудесное место, где мальчишки могут играть, находить приключения и всегда оставаться маленькими. Это место убийства, а мы все – просто солдаты в войне Питера.

Питер был для веселья, для игр, для приключений. А я – я помогал товарищам его игр выживать, даже когда они становились ему не нужны.

Нашими игрушками были нож и сабля, палка и камень – все, что кусалось.

Сейчас мне нужна было от него всего одна улыбка – узкая красная полоса там, где улыбке быть не положено.

Все это место, все игры, все мальчишки - это было только для тебя. Я все делал для тебя.

Поцелуй тоже может состоять из волшебства.

И вот тут я впервые увидел, как он летит.

Они все одинаковые. Все считают себя особенными, а на самом деле особенным был только я. Я был первым – и никому из них этого у меня не отнять. Я был первым, и лучшим, и последним, и был всегда. Питер мог обходиться без них – но не без меня. Без меня – нет.