Цитаты из книги A Conjuring of Light

– Стать королем хочет каждый. – Не каждый. Я, например, не хочу. – Значит, ты или лгун, или глупец.

– Бард, тебе когда-нибудь надоедало вечно убегать? – Нет. – Значит, позади ты оставляла не так уж много.

Много месяцев они осторожно ходили по тонкой черте между открытой ложью и правдоподобными умолчаниями, кружились на месте, и ни тот, ни другой не собирался раскрывать карты. Они берегли правду, как сокровище, и были готовы делиться ею лишь в обмен на такую же откровенность.

– С каких это пор мой стальной капитан превратился в высокородного нытика? – А с каких это пор моя лучшая воровка превратилась в занозу?

– Нельзя уходить, не взяв с собой кусочек своего дома. А то пути не будет.

– Я все сделаю быстро. – В прошлый раз ты не попал мне в сердце. – Мимо головы не промахнусь.

– Что толку в короне, если ее нельзя надеть?

– Я ценю жизнь. И даю волю смерти.

– Кем ты хочешь меня видеть: своим сыном или принцем Арнса? – Ты всегда будешь и тем, и другим. – Тогда я ни в чем не добьюсь успеха.

– Ты либо счастливчик, либо блаженный. Выбирай. – А что бы выбрала ты?  – Я? Я бы выбрала быть умной.

Быть слишком близко к магии – это не всегда хорошо. Если магия принимает облик не только бога, но и дьявола.

– Лично мне надоело умирать. Это занятие уже теряет свое очарование.

Одни задачи бывают для королей, а другие – для солдат.

Между магией и человеком есть большая разница – человек допускает ошибки.

– Мы оба много знаем и мало говорим. Мы оба стоим рядом со своими королями. Мы – правда, которая шепчет им на ухо. Мы – разум.

– Эта магия – не твоя. – Но она меня выбрала. – Магия не выбирает, Холланд. Она не принадлежит никому. Кроме тех, кто берет ее силой.

Магия так много дала Человеку, а Человек так много дал Магии, что их уже нельзя разъединить. Их нити переплелись, и невозможно сказать, где заканчивается одно и начинается другое. Они связаны воедино. Жизнь одного с жизнью другого. Они – половинки одного целого. Если их разделить, размотаются оба клубка.

Этот мир был ему рад. Этот мир хотел перемен. Этот мир знал, глубоко-глубоко внутри, что может достичь большего. И шептал ему: твори, твори, твори!

– Он демон. Осколок живой, дышащей магии. – Осколок магии, возомнивший себя человеком? – Нет. Осколок магии, возомнивший себя богом.

Именно так она и определяла степень опьянения, не по количеству выпитого, а по тому, насколько быстро удается превратить содержимое бокала в оружие.