Ваша оценкаРейтинг LiveLib
5,0
2 оценки
- 5100%
- 40%
- 30%
- 20%
- 10%
Ваша оценкаПрочитали 2Хотят прочитать 1
Цитаты
- agata_redo5 октября 2024 г.
Угадывая законы явления, он думал, что уничтожил и неведомую силу, давшую эти законы, только тем, что отвергал ее, за неимением приемов и свойств ума, чтобы уразуметь её.
077 - agata_redo4 октября 2024 г.
И она [Татьяна Марковна. — примеч. читателя], и Вера, обе привязались к Райскому. Простота его души, мягкость, искренность, глядевшая из каждого слова, и откровенность, простертая до болтливости, наконец игра, фантазии — все это несколько утешало и развлекало и ту, и другую.
054 - agata_redo4 октября 2024 г.Читать далее
— А зачем вы молчите? что у вас на уме? Я не понимаю вашего молчания и мучаюсь. Вы хотите что-то сказать и не говорите...
— Тяжело, Вера, говорить. Молись — и пойми бабушку без разговора...если можно...
— Пробовала молиться, да не могу. О чем? чтоб умереть скорей?
— О чем ты тоскуешь, когда все забыто? — сказала Татьяна Марковна, пытаясь еще раз успокоить Веру, и пересела с кушетки к ней на постель.
— Нет, не забыто! Моя вина написана у вас на глазах... Они все говорят...
— Что они говорят?
— Что нельзя жить больше, что ... все погибло.
— Не умеешь ты читать бабушкиных взглядов!
— Я умру, я знаю! только бы скорей, ах, скорей! — говорила Вера, ворочая лицо к стене.
Татьяна Марковна тихо покачала головой.
— Нельзя жить! — с унылой уверенностью повторила Вера.
— Можно! — с глубоким вздохом сказала Татьяна Марковна.
— После ... того?... — обернувшись к ней, спросила Вера.
— После того...
Теперь Вера вздохнула безнадежно.
— Вы не знаете, бабушка, ..вы не такая!..
— Такая!.. — чуть слышно, наклоняясь к ней, прошептала Татьяна Марковна.
Вера быстро взглянула на нее с жадностью раза два, три, потом печально опустилась на подушки.
— Вы святая! Вы никогда не были в моем положении... — говорила она, как будто про себя. — Вы праведница!
— Грешница! — чуть слышно прошептала Татьяна Марковна.
— Все грешны... но не такая грешная, как я...
— Такая же...
— Что?! — вдруг приподнявшись на локоть, с ужасом в глазах и в голосе, спросила Вера.
— Такая же грешница, как и ты...
Вера обеими руками вцепилась ей в кофту и прижалась лицом к ее лицу.
— Зачем клевещешь на себя? — почти шепела она, дрожа, — чтоб успокоить, спасти бедную Веру? Бабушка, бабушка, не лги!
— Я не лгу никогда, — шептала, едва осиливая себя, старуха,— ты это знаешь. Солгу ли я теперь? Я грешница... грешница... — говорила она, сползая на колени перед Верой и клоня седую голову ей на грудь. — Прости и ты меня!
Вера замерла от ужаса.
— Бабушка... — шептала она и в изумлении широко открыла глаза, точно воскресая, — может ли это быть?
И вдруг с силой прижала голову старухи к груди.
— Что ты делаешь? зачем говоришь мне это?.. Молчи! Возьми назад свои слова! Я не слыхала, я их забуду, сочту своим бредом... не казни себя для меня!
— Нельзя, Бог велит! — говорила старуха, стоя на коленях у постели и склонив голову.
— Встань, бабушка!.. Поди ко мне сюда!..
Бабушка плакала у ней на груди.
И Вера зарыдала, как ребенок.
— Зачем сказала ты...
— Надо! Он велит смириться, — говорила старуха, указывая на небо, — просить у внучки просить прощения. Прости меня, Вера, прежде ты. Тогда и я могу простить тебя... Напрасно я хотела обойти тайну, умереть с ней... Я погубила тебя своим грехом...
— Ты спасаешь меня, бабушка... от отчаяния.
022