Шарлатова літера

Чтобы оказаться среди инопланетян, совсем необязательно лететь в космос, иногда для этого достаточно обратиться к событиям вполне земной истории. "Алая буква" показывает нам американскую колонию середины 17 века, населенную походу самыми страшными людьми, которых могла породить культура - пуританами. О том, до чего могут дойти люди в своей жестокости, рассказывает нам трагическая история жизни Гестер Прин.
Современному читателю, наверное, сложно будет понять весь ужас ситуации, в которой оказалась героиня книги. Мы слишком привыкли к гуманизму, неприкосновенности частной жизни, всему такому. А четыре сотни лет назад было "ошибаетесь, уважаемый, это дело общественное", все, кому не лень, лезли в твою личную жизнь грязными руками и, прикрываясь напускным благочестием, предавали тебя суду, поруганию, позору, смерти, нужное подчеркнуть, устыдиться, пойти на костер.
Велико ли было преступление Гестер? С точки зрения века нашего, ей всего лишь хотелось любви в чужом краю. С точки зрения века того, она - ужасная прелюбодейка, достойная ненависти и презрения, вынужденная носить клеймо по гроб жизни.
Но вообще история довольно трагична.
Она о том, как под гнетом общественного мнения, жадного до зверств и демонстративно благопристойного при том, калечатся судьбы людей, попавших в жернова этой машины. Как люди, помешанные на религии, собственными руками создают дьяволов. Как человек превращается в безгласый символ - и это страшнее всего. Должны молчать и ходить, потупив взор, те, кто рожден для великих страстей. В мстительных гончих превращаются умные и благородные люди. Накал страстей в произведении таков, что подчас просто зашкаливает, но к моей печали, там практически отсутствует какое-либо действие.
"Алую букву" называют одним из основоположников мистики или даже ужасов, с чем я не могу согласиться. Это, скорее, психологический триллер, в котором нет абсолютно ничего мистического. Вся дьявольщина здесь имеет исключительно символические значение, но даже в таком виде она оказывает довольно сильное воздействие на читателя.

Классический американский роман 19 века, культовая книга из списка «обязательно прочти!», при жизни автора (и после) подвергавшаяся гонениям: ах, какая аморальная любовная история, падшая женщина, падший священник, как так можно, уважаемые, разве можно читать о таком приличным людям? Что интересно, Натаниэль Готорн своей «Алой буквой» и хотел высветить лицемерие современного ему общества, которое грешило себе и оправдывалось (как его герой священник), но не желало смотреть на свои пороки со стороны.

Многим нынче «Алая буква» не понравится – аннотация и обложка (и многим известная экранизация) обещают историю запретной любви в Новой Англии вопреки запретам консервативного большинства. Но как раз о любви в книге ни слова. Читателя ставят перед фактом: главная героиня Эстер согрешила с молодым священником, пока ее муж был в далеких Европах, плодом их близости стал ребенок, девочка, и отныне Эстер осуждена носить на платье алую букву А (по первой букве английского слова «прелюбодейка»). Как случилось, что порядочная, скромная замужняя женщина вступила в связь со своим духовником, Готорн не раскрывает. Была ли это любовь? Как она появилась? Или это было минутное ослепление страсти? Если попытаться оценить характеры виновников трагедии, начнет казаться, что главным... эм... инициатором неуставных отношений был священник – писатель описывает его как пылкого, впечатлительного человека. Эстер же слишком сдержанна и покорна, чтобы выступать соблазнителем. Оттого дальнейшее предстает двойной несправедливостью.

Увы, но именно на Эстер ложится клеймо позора. Ее... возлюбленный, уважаемый в обществе, благополучно избегает наказания. Из благородства Эстер не выдает, кто отец ее ребенка, возможно, ожидая от своего любовника добровольного признания. Но Эстер не учитывает, что священник слаб в сравнении с ней. Он может сколько угодно страдать в душе от совершенного греха, впадет в болезнь, но ни за что не признается, ни за что не унизит свой сан и самого себя. Его образ, трусливого и нерешительного мужчины, неприятно удивляет, и это на фоне терпеливой, сильной в своем достоинстве Эстер, которая переживает позор с высоко поднятой головой.

Отчасти Готорн написал гимн силе – и освобождению – женщины в жестоком мире. Он полностью на стороне женщины, она у него – героиня, она обретает невероятную по тем временам самостоятельность, она торжествует близ слабых, косных, способных лишь осуждать и лицемерить мужчин. Женственность у Готорна – какая-то неведомая природная сила, более земная, нежели мужская. Кроме уважения, Эстер ничего не заслуживает. Схожее уважение вызывает и книга, несмотря на некоторые устаревшие приемы и общую назидательность повествования. Готорн сумел – пожалуй, лучшие слова тут.

Читала и все время вспоминала прекрасный фильм с деми мур, и реально удивлялась, насколько первоисточник отличается от киноверсии, причем, не в лучшую сторону. Эту книгу изучают в американских школах? Ну-ну. Очень интересно под каким соусом.
Ибо авторский взгляд на супружескую измену и прочие вопросы морали, ну очень интересный, то есть вполне себе в духе того времени. И вообще присутствуют весьма своеобразные интонации.

В книге история начинается со сплошного монтажа. Самого интересного нет и в помине. Как вообще случилось, что священник сошелся со своей прихожанкой. Что там у них за любовь была. Нету ничего. Чик-чик-чик. Нет, гестер прин сразу выпинывают из тюрьмы с младенцем на руках до позорного столба. Кушайте, граждане читатели, не обляпайтесь. Э? Э. Нда.

И пошло-поехало. Тетка ходит по селению с искусно вышитой буквой "а" на платье на пару с ребенком, который то ли плохо воспитан, то ли необычайно гиперактивный. И даже мать косится на плод грешной любви с легким ужасом, подозревая, что в дочери резвятся бесы. Ничего такая мать, блин. Короче, сплошное... сплошное... мракобесие.
Причем! Что меня поразило. Они там все пуритане, но гестер, значит, одевает ребенка как маленькую принцессу и все окей. Никаких вопросов и претензий. Нуда, то есть ага, то есть да щас прям, то есть вот так я взяла и поверила.

Но самый ахтунг там со священником. Боже, какой мерзкий, трусливый койот - этот святой отец. Значит, озлобленная толпа каждодневно фактически распинает его женщину, а этот слизняк молчит и страдает. И весь такой тает на глазах. И готорн так ему сочувствует, что реально хочется плеваться ядовитой слюной, ибо в отношении гестер нет и грамма того же сочувствия. Типа ей все-таки полегче, чем страдальцу, даже смеет предполагать готорн. Поэтому она, вместо того, чтобы уехать и начать новую жизнь ходит и своим позорным видом мучает бедного кобелину.

Теперь муж, который объелся груш. Я вообще засомневалась, что этот странный чувак - натурал. Потому что он положил всеми членами организма на изменницу и вцепился аки голодная пиявка в святого отца, потихоньку отравляя ему жизнь путем дурной энергетики. И прямо не мог надышаться на мужика. Нафиг мстить жене, когда тут такой отборный экземпляр в сутане, ага.
И когда тот ускользнул из-под его влияния, то дед прям усох на глазах, как будто потерял любимого человека. Пуританский цирк, одно слово.

И вот я не пойму, чего там изучать в школе? Гнилую точку зрения, что женщина - это сосуд греха, поэтому всегда и во всем виновата она, а кобеля, который блудил вместе с ней, надобно понять, простить и пожалеть? И для оступившейся женщины нет никакой надежды и только один путь - до смерти искупать свой грех? Нет уж, спасибо. У других стариканов-классиков можно найти хотя бы зачатки сочувствия, но не в этой книге, когда после весьма жиденького сочувствия гестер идет неистовое жаление ее любовника - по факту труса и предателя.

В плюс к повествованию идет разве что прекрасный слог и стиль готорна. Но содержимое. Нет, нет, нет, увольте.

Или - пуританская мораль
Давно слышала об этой книге - с моим-то родом занятий. Но много крайне противоречивых отзывов слышала: и - скучно и затянуто (?), и - слишком страшно (???). Но знаю, что в Америке эта книга и ее персонажи считаются очень знаковыми...
Если вы не бросили в начале, вы - большой молодец и настоящий книгочей. Потому что вступительные страниц 40, если не 50 сэр Натаниэль - желает просто представиться, познакомиться и рассказать о себе. И рассказывает: как служил в таможне, как поживала его семья, какие нравы царили в его время. И читаешь с все угасающим вежливым интересом, когда он признается, что самое ценное, что он почерпнул из работы в таможне - старинная рукопись, завернутая в таинственный лоскут материи с вышитой на нем яркой буквой... Красивая легенда)
Автор и сам относится к представителям весьма почтенным - 19й век. Но поведет речь о временах и того древнее: одни из первых поселенцев и пуритан, заселяющие Бостон, штат Массачусетс. Здесь и развернется эта история веке в 17м, когда главная героиня Гестер (Хестер, Эстер - переводы)) Прин подвергается обвинению в адюльтере. Она приехала в Новый свет уже замужняя, потом, по классике, муженек уехал в поездку и растворился в закате, а она - понесла... Скандал, кошмар и алая буква А, клеймом отметившая ее дальнейшую жизнь. Меня позабавила фраза из описания "Довольно легкое наказание". Если в смысле "камнями не побили, ничего не отрубили" - тогда конечно. Но - стоит учитывать разницу веков. Это сейчас мы соседей порой едва видим, а любой скандал забывается дней через 7-10, унесенный более свежими новостями. Но в 17 веке люди и собрались в небольшое поселение, которое окружено лесом, индейскими стоянками и времянками охотников, чтобы быть вместе. А быть изгоем в таком поселении... Где все друг друга знают, и будут помнить "позор Гестер" - годы. А ей - предстоит с этим жить...
И это оказалось - самой лучшей частью. Потому что книга о проступке и вине претворилась в произведение - о силе воли. Гестер - живет. Рожает дочку Перл - жемчужинку ее жизни. Конечно, Перл растет, как маленький волчонок или эльфийский подменыш, что запускает в поселении слухи, что дитя не иначе нагуляно от самого дьявола. Но пуританские кумушки в накрахмаленных чепцах и юбках и их благовоспитанные отпрыски могут... сделать то, что им больше нравится.Автор словно сам слегка иронизирует над этим

Хотя и бросает ремарку, что в его время нравы - ее строже. Еще?
Так вот, Гестер в ее-то положении, когда алая буква жжет не меньше осуждающих взглядов, начинает - жить. Помогает беднякам - совершенно бескорыстно. Нет, не из-за позора - просто раньше ее особо и не замечали, а теперь к ней приковано пристальное внимание. Доказательством этого может послужить и то, что в "преступлении" вообще-то участвовали двое - но своего "подельника" Гестер так и не открыла. И лучшей сценой книги считаю буквальное противопоставление сломленного и уставшего священника и Гестер, призывающего его собраться и жить дальше. Я бы весь ее монолог в цитаты выносила - но надеюсь, что вы сами прочитаете) А помножьте на обильный, витиеватый и умилительно восхитительный стиль автора...
Я думала - будет больше мистических ноток. Но, видимо, это уже легенды, которыми обросла книга.
*"Ведьма" тут очень забавная - такая классическая американская старая карга)
Поэтому буду советовать - любителям классической литературы. Те, кто стоически выдерживает, когда книга делает ему прекрасное изо всех сил (порой даже слегка избыточно). Ну и - никогда не помешает здоровой мотивации и глотка свободы в нашей непростой жизни. Ведь ошибка - это не повод страдать и посыпать голову пеплом даже в обществе самых строгих нравов.

Бывает так что о некоторых книгах я узнаю  в фильмах , которые посмотрела и запомнила . Данную книгу  очень горячо рекомендовала героиня фильма " Отличница лёгкого поведения" .

Надо сказать ,что  очень редко в фильмах рекомендуют плохие книги , чаще всего - хорошие , достойные внимания . И в данном случае  - рекомендуемая книга лишний  раз это доказывает.

Тема супружеской измены давно уже не новинка , но новинкой она становится только когда её преподносят в новом исполнении , как например в " Алой букве" .

Я мало ,что знаю о культуре пуритан , но думаю ,что будет интересно изучить этот вопрос глубже. Но те знания , которые у меня уже есть по этой теме  дают больше поводов ценить то ,что мы живём в более менее адекватном государстве , где общественное порицание , моральная полиция и прочая лябудистика не так уж имеет значение для отдельного человека.

А вот главной героине книги пришлось совсем не сладко . Но - у этой книги есть и вторая сторона медали , которая  заставляет пересмотреть  произведение иначе .

Знаете когда  смотришь фильм , то да Эстер жалко , она вызывает  сочувствие  . Но когда начинаешь читать книгу , то понимаешь  ,что особых сильных моральных терзаний девушка то не испытывает . Пуритани больше " давят" на  мораль нежели чем на психику человека и поэтому их якобы извращённые понятия о жизни это всего лишь просто хороший  морализатор и не более того.

Изначально кажется ,что Эстер сломается под таким моральным натиском , а потом -  как цыганка - пошла в пляс  с бубном за поясом . Точнее даже изменив мужу , ей было совершено наплевать на эти устои жизни.

Так ,что никаких положительных эмоций  девушка у меня особо не вызывала при прочтении книги , но чисто чтобы закрыть гештальт - книга прочитана .

Чисто для того чтобы понять всю суть вопроса лучше почитайте " Адьюльтер" Пауло Коэльо - там есть реально  над чем подумать.

Спасибо большое что прочитали мой отзыв ❤️

Можно подняться над любым страданием, кроме чувства вины. (c)

Всё далеко не так просто, как кажется на первый взгляд, да и на второй тоже. Заглянув в аннотацию, вы можете подумать, что эти слова про чувство вины я привела здесь, имея в виду главную героиню, изменившую мужу и родившую внебрачного ребёнка, за что пришлось ей, согласно законам того времени и той местности, носить всю жизнь на груди алую букву.
Нет.

Говорят вокруг, да и автор говорит, что история эта — она о делах давно минувших дней, когда, представляете!, были вот такие "нравы", вот такая жизнь, мол, загляните за занавесочку и подивитесь! Ну надо же, у нас-то, у нас-то теперь всё окей, у нас за измену не развешивают красные буквы и не сажают девушек в тюрьму вместе с новорождённым ребёнком.
Тем временем, расслабив нас такими вот уверениями, автор как бы исподволь рассказывает нам о нас же самих. А и то правда, берёт книгу читатель со спокойным сердцем (мол, это вам не Достоевский какой-нибудь, в душу лезть не будет), настроившись на некую увлекательную историю о тёмных недоразвитых веках, потешить своё любопытство, может быть, собирается, да и отдохнуть пару часиков. Но тут (нет, не внезапно, не "из-за угла", а постепенно) приходит понимание, что не сюжет как таковой в этой книжке важен, и что вообще-то в его (читателя же) душу таки залезли и под шумок, так сказать, преспокойно в ней ковыряются.
Поэтому обсуждать дикие пуританские обычаи мы тут не будем, с ними и так всё предельно ясно. Поговорим о нас.

Поговорим?

Несмотря на то, что на кострах теперь вроде как бы и не сжигают, по большому счёту мало что изменилось, ведь люди, поступки, чувства, ощущения, скажем так, они остались прежними — просто такими же человеческими.
Да, теперь нас не могут принудить носить на груди своей вырезанную из ткани букву позора, как Гестер, зато никто не мешает нам самим вырезать у себя в груди такую букву и сгорать в собственноручно разожжённом костре позора, как священник Димсдейл. Вот он — по сути, главный герой романа (повести?), вот он — герой безвременной современности. Вот — человек, умирающий, в прямом смысле этого слова, от гнёта вины, от непереносимой тяжести невысказанного, тайного греха.
Итак, священник Димсдейл, скрючившийся от страданий, от всё увеличивающегося чувства вины; Гестер, заклеймённая позором, отвергнутая, но пытающаяся жить, пытающаяся делать всё, что от неё ещё зависит; обманутый муж, обуреваемый жаждой мести, мести изощрённой и коварной; и между ними всеми — маленькая Перл, нагоняющая периодически мурашки своим детским прозорливым взглядом.

За простым сюжетом данного рассказа, за лёгким, слегка даже улыбающимся, слогом кроется нечто, почти мистически страшное. Может сложиться впечатление, что автор, оперируя такими словами как Бог и дьявол, не верит в существование этих сил, однако при этом наделяет их жизнью и, извините за тавтологию, силой. Почему так? Потому что через них он хочет выразить то всё, что самое светлое и то всё, что самое тёмное есть в человеке?

Непростую работу предлагает нам автор, непростые решения предлагает нам принимать. В этой книге нет людей более грешных или более праведных, есть несколько ракурсов, скажем так, с которых можно посмотреть на одно и то же событие, будучи при этом, например, его участником. Казалось бы, невероятная тяжесть и боль — стоять перед лицом презирающей тебя толпы, а затем ещё всю жизнь предстоять пред всеми и перед самим собой с клеймом позора на груди. Да. Но человек, который избежал участи открытого людского презрения, человек, оставшийся с грузом своего греха наедине с самим собой — он завидует, искренне завидует тому, кто страдает "открыто", кто, быть может, такой же грешник, но живёт своим наказанием искренне и честно.

И вот, представьте, где же правда? Не будем вдаваться в подробности определений и частностей — что есть грех. Или будем? Знаете, у нас в школе были уроки богословия. Несмотря на то, что прогульщиком я была знатным, и мне вообще отказывались ставить порой оценки в тех же полугодиях, яростно крича о более 50% пропусков, богословие я не прогуливала. Верила я в Бога или не верила — посещаемость этого предмета была у меня отменная, и священник на каких-нибудь педсоветах не мог взять в толк, почему это вообще остальные учителя меня ругают, я же — вот, одни пятёрки, прогулов вообще нет. Предмет был очень интересным, а священник — один из тех незабываемых людей, которые остаются в жизни такими светлыми, яркими пятнами. Настоящий проповедник, он ещё был (и есть) учёным, пришедшим к вере уже лет после сорока, а до этого геолог (если мне не изменят память относительно его основного вида деятельности), ревностно и глубоко изучавший физику, математику и проч., отчего лекции его были чрезвычайно интересны и порой вообще потрясающи. Так вот, простите меня за это отступление, однажды, уже в старших классах, выдалась у меня тяжёлая размыслительная ночь. Помню, задала я себе и такой вопрос: а что же есть "грех"? Какого-то определённого ответа я не нашла, а на следующий день был урок богословия; я ничего не спрашивала, однако, выходя уже из класса, я заметила на себе задумчивый взгляд нашего учителя, остановилась, а он и говорит: "Грех — это то, что приносит боль". Возможно, говорил он это не мне, возможно, это совпадение, и вообще, ребята, мы сейчас не на богословии и даже говорим-то не о религии. Наоборот, я как раз бы хотела этим прекрасным определением греха увести мысль от восприятия этой книги только лишь через призму "этих дремучих религиозных взглядов".

Что-то, что приносит боль, — то, из-за чего так стыдно и так плохо, когда кажется, что простить себя ты не в состоянии.
Можно пытаться убедить себя, что этот эпизод, этот поступок, который мучает тебя, он останется не-узнанным, а в дальнейшем ты будешь вести светлую и правильную жизнь, ты не повторишь ошибок, ты не оступишься больше.

А можно ещё, например, всю жизнь бичевать себя. Можно мысленно, а можно и не мысленно. Можно об стенку, например, бичеваться. Или об пол. Или об асфальт с тринадцатого этажа. А что? Думаете, смешно? Если так, значит, вам повезло, вы не испытывали этого всепоглощающего чувства вины. Однако, тут тоже палка, как говорится, о двух концах, а то и о трёх. Жизнь, положенная на алтарь своей вины — ой, как неоднозначно! Ну, положим,— положишь ты свою жизнь. А толку? Кому от этого станет легче? Кто от этого станет счастливее? Твоя вина будет день ото дня становиться всё больше и больше... Она будет расти и расти, потому что ты, так лелея её, будешь поливать её своим отчаянием и муками. Это ли не будет большим грехом?

Отпустить боль и взять радость — не сложнее ли порой, чем наоборот?

П.с. А вообще, после таких рецензий у меня ощущение, что я прилюдно разделась, вот уж хз, почему. Да ну вас.

Как живописен, ярок и контрастен стиль Готорна! Не помню, кто бы ещё из романтиков пользовался бы настолько сочной палитрой и делал это так мастерски.

На контрастах построен весь роман, точнее, его конфликт, где сталкивается многое сразу. Пуританский фанатизм и гибкость свободного мышления, вера и страх греха, стойкость опозоренной женщины и слабость мужчины, мучительная вина и жажда мести.
Даже образ маленькой Перл, кажется, введён для того, чтобы создать контраст реальности.

И эти контрасты работают, как яркие лучи, падающие сбоку, - меняют очертания предметов. Это значит, что заявленная поначалу проблема - незамужняя женщина с ребёнком в пуританском обществе - оказывается лишь одной из сторон других проблем.

Например, проблемы принятия собственного общественного статуса (Эстер), принятия себя в связке со своим статусом (преподобный Диммсдейл). Проблема личной трактовки греха и вины (преподобный). Проблема подмены ценностей (Чиллингворс) и так далее.

Книга сильная, читается поистине залпом - но кто планирует увидеть в ней отражение одноимённого фильма, даже не надейтесь.

это не первая книга, в которой я столкнулась с описанием пуритан и их жизненного уклада. НО! кто вообще решил, что это произведение достойно такого громкого названия как "КЛАССИКА"?
Помните, как нас учили в школе, классика - это нечто проверенное временем и заслужившие всеобщее признание. так вот, можно спросить, у кого эта книга заслужила великое признание? возможно в момент написания "Алая буква" и произвела фурор в своей среде, но давайте смотреть по существу, если убрать из текста всю "воду", то на деле останется всего листов десять самой истории и это с натяжкой.
Конечно в том, что отец девочки это священник, стало ясно чуть ближе к середине, ещё до того, как он ночью пошел к позорному столбу и его фраза, сказанная Эстер в лесу "реши за меня, ты же такая сильная" не добавляет ему плюсов.
Вообще, все повествование навевает скуку, столько лишних отступлений только усугубляют ситуацию.
Если хотите почитать о запретной любви и священнослужителем, прочти "Поющие в терновнике", но только не эту книгу.

К сожалению, будучи человеком сегодняшнего дня, я не смогла разглядеть красоту истории...
В длиннющем вступлении/прологе/очерке Готорн пишет:

Тем более непонятно, раз уж он не отождествляет себя с пуританами, почему это сухое, зацикленное на греховности и её наказании общество по сути вышло победителем в жизни Эстер Принн, женщины согрешившей так, что на всю жизнь прилепилась к ней алая бука А - адюльтер.
Начинается всё с того, что молодая мать новорождённой девочки, с ребёнком на руках и алой буквой на груди, поднимается на помост позора.

Молодая красавица была замужней. Другое дело, что муж - старик, с изуродованным болезнью телом, а про душу я вообще помолчу... Но и такой, какой уж ни на есть, пропал он куда-то, то ли из Европы не добрался, то ли сгинул в плену у индейцев. Конечно же, и он не преминет появиться в поселении в самый момент позора, так же, как и не преминет доставить Эстер ещё больше неприятных минут.
Дитя растёт, Эстер помаленьку приспосабливается жить с этой позорной буквой, и уже даже муки стыда начинают становиться не такими острыми. Только одно переживание за второго участника греха, нежелание и невозможность раскрыть его имя мучают её. Опять же, девочка - ребёнок из тех, кого стоило бы хорошенько отшлёпать, несмотря на все современные методики с физическим невмешательством, доставляет матери немало грусти.
А в это время муж плетёт свои сети, проживая там же, назвавшись Роджером Чиллингвортом, практикуя как врач и дожидаясь момента сладкой мести. Для него уже понятно, кто отец маленькой Перл.
И вот тут - самое моё неприятие всей истории (напоминаю, смотрю глазами современного человека, а не дамы из пуританской деревни, каковой тогда был Бостон). Второй "виновник" имеет сил заявить бедной женщине:

Занавес. Слова кончились.
А какова мораль произведения, если не допустить, что написано оно было в качестве шоковой терапии для упомянутого в прологе замшелого фамильного древа? Думаю вот такая:

Как же тяжело читать подобные произведения в нынешнее время. Прямо-таки волосы на голове шевелятся от бешенства и негодования, но что поделать, с такими произведениями тоже нужно знакомиться.

В начале книги я вообще не поняла, то ли произведение я читаю. Даже пришлось перепроверить обложку. Подобное у меня случалось с книгой “Над пропастью во ржи”. Это когда ты получаешь совершенно не то, чего ждешь. Я ждала женщину с ребенком, а мне в начале рассказывали о чем угодно, только не о ней. Я даже успела свихнуть челюсть от зевоты и скуки. Были мысли и бросить, но долг и интерес взяли вверх, я продолжила.

Женщину мне все же потом предоставили. Даже на пуританском расстреле суде ей навесили нашивку с красной буквой А, дабы все знали, что она распутница и нагуляла дитяти. Что для меня оказалось странным, что она не созналась о том, кто отец ребенка. Я бы скорее всего кричала об этом, ну а что, почему женщина должна страдать одна. Второй мыслью было, а почему нельзя было собрать манатки и пойти по белу свету, вещая о том муж умер, осталась одна, дайте работу, способна на все. Слишком мало ответов на современные вопросы.

Реальность такова, что женщина оказалась золотым человеком, эким ангелом-хранителем для всех и каждого. Лучшая мать, лучшая работница в любом деле, лучшая и хранительница секретов, но совесть-то никто не отменял. Она сжирает еще одного участника событий изнутри. В буквальном смысле разрушает тело и разум. Было страшно за этим наблюдать. Следует отметить, что девочка - дитя запретного союза, просто чудо, она смотрит на все невинным взором с улыбкой.

В целом история вышла для меня скучноватой, увы. Я ожидала нечто большего. Зато еще одна галочко в личных впечатлениях получена, давно хотела достать книгу из дальних закромов.