Цитаты из книги Дракула. Франкенштейн

Я не ищу ни веселья, ни радости, ни изобилия солнечных лучей и искрящихся вод, столь любимых молодыми и веселыми людьми. Я уже не молод; а мое сердце, измученное годами печали, не приспособлено больше к радости; к тому же стены моего замка разрушены; здесь много тени, ветер свободно доносит свои холодные дуновения сквозь разрушенные стены и раскрытые окна. Я люблю мир и тишину и хотел бы быть наедине со своими мыслями, насколько это возможно.

Умнику всё по плечу, а если нет ответа, так он просто его не ищет.

Труд гениально одаренных людей, пусть даже идущих ложным путем, в конечном итоге всегда служит человечеству.

Благодарю вас за сочувствие, – ответил он, – но оно бесполезно; судьба моя свершилась. Я жду лишь одного события – и тогда обрету покой.

Однако он находил, что в жизни путешественника наряду с удовольствиями существует много невзгод. Ведь он постоянно находится в напряжении, и едва начинает отдыхать, как вынужден покинуть ставшие приятными места в поисках чего-то нового, что снова занимает его внимание, а затем в свою очередь отказываться и от этого ради других новинок.

Только те, кто испытал это, знают неодолимую притягательность научного исследования. Во всех прочих занятиях вы лишь идете путем, которым до вас прошли другие, ничего вам не оставив; тогда как здесь вы непрерывно что-то открываете и изумляетесь.

Существо в гробу стало корчиться, и ужасный, леденящий душу вопль сорвался с красных губ. Тело тряслось и дрожало, извивалось в неистовых конвульсиях, лязгали острые белые зубы, прокусывая губы, рот был в кровавой пене. Но Артур не дрогнул. Похожий на Тора, он твёрдой рукой всё глубже и глубже загонял свой благотворный кол в сердце, из которого фонтаном била кровь.

Не радостно ли будет потом, в ночной тиши думать: "Это моя рука спасла её, ведь я больше всех любил её, и эту руку она выбрала бы сама, если б могла выбирать".

В гробу лежала Люси, но такой она могла нам привидеться лишь в страшном сне: острые зубы, окровавленные, сладострастные губы, на которые без содрогания невозможно было смотреть, - мёртвое, бездушное существо, дьявольская насмешка над чистотой и непорочностью Люси.

Судя по бледности Люси, она потеряла столько крови, что вся постель была бы залита ею.

Чувство гордости охватило меня, когда я увидел, как её бледные губы и щёки приобретают нежно- розовый оттенок. Ни один мужчина не знает, пока не испытает на собственном опыте, какое это счастье - знать, что в венах любимой женщины струится твоя, спасительная для неё кровь.

Выглядела Люси во сне прекрасно, но бледнее обычного, и под глазами тени, которые мне не понравились. Что-то мучает её. Как бы мне хотелось узнать, что именно.