Девятнадцать минут

Этот роман отнюдь не пляски на костях, как может показаться при изучении задней обложки и форзаца книги. Пиколт рассказывает о скулшу́тинге, времен когда ещё и термина этого не было придумано. Вообще аннотация тут довольно неудачная: я была уверена, что буду читать историю страшных 19 минут от и до, каждый раз за нового участника событий, (что обычно выходит весьма скучно). К счастью, задумка у автора была другая. Да, повествование не линейное и от разных лиц, но больше внимания уделено происходящему после трагедии.

Я бы включила эту книгу или что-то подобное ей в обязательный список летнего чтения для 9-11 классов. Всё таки травящих и наблюдателей больше чем жертв, может кто-то увидел бы себя со стороны и, испугавшись последствий, остановился.

Все свидетели привлекаются как соучастники.
«Слушается дело о... Не очень комическая опера»

Вину Питера Хьютона разбирать не буду: в ней подробно разобрался суд. Но чья вина в том, что добрый, чуткий и кроткий мальчик в один прекрасный день становится убийцей, хладнокровно поедающим хлопья рядом с телами умирающих жертв? Автор предлагает разные варианты на выбор. Лично я считаю, что в первую очередь виноваты педагоги. Которые не умели и не пытались строить коллектив, учить ребят общаться, искать индивидуальный подход к ученикам и хотя бы поддержать дисциплину в столовой, коридорах и раздевалке. Если все эти функции лежат на школьном психологе, то виноват школьный психолог. Который мог бы не ограничиться примиряющим блеянием в стиле «дитачки сами разберутся, а мальчику надо самому стать сильнее», а начать работать с конкретным мальчиком. Повысить его самооценку. Научить вести себя в конкретных ситуациях. Обнаружить и развить сильные стороны. Наконец, порекомендовать родителям перевести сына в другую школу или на индивидуальное обучение – если самому выполнять собственные обязанности откровенно лень. Если же вместо обучения и воспитания педагоги разводят блат и туфту – не стоит удивляться нежелательным эксцессам.
Во вторую очередь - родители. Тем, что не приучились своих детей слушать и слышать. А в результате – понимать, когда надо корректировать поведение и как-то воспитывать, а когда нужна защита. И вроде бы делали для детей всё. Однако в действительности не делали ничего. Конечно, «когда вы смотрите в глаза своего ребенка… вы видите только того, кем мечтаете его увидеть, а не то, чего видеть не хотели бы». Но каким надо быть глухим, чтобы не услышать, как твой ребёнок просит о помощи? Каким слепым, чтобы не увидеть, что твой ребёнок ведёт себя как подонок, или, наоборот, над твоим ребёнком постоянно издеваются? И каким умственно убогим, чтобы твой ребёнок оставался для тебя полной загадкой в течение всех 17 лет?
В третью очередь – непосредственно дети, как их почему-то называет Пиколт. Хотя какие они дети? В 16-17 лет они доросли и до возраста паспортизации, и до возраста сексуального согласия, и до права на трудоустройство, и до возраста уголовной ответственности за ряд преступлений. Теоретически должны были созреть умственно и нравственно. Практически – их сознание осталось примерно на том уровне, какой был при поступлении в школу. Точнее, здорово изменилось к худшему. Поскольку собранный в замкнутой среде разношёрстный коллектив, предоставленный самому себе, начинает жить по законам стаи и принципу курятника: клюнь ближнего, обосри нижнего. Не из-за физической его слабости, неправильного поведения, очков или не вовремя случившейся менструации, а просто потому, что есть возможность. Кто-то делает это по глупости, кто-то ради самоутверждения за счёт более слабого, кто-то с целью растоптать конкурента. Но суть одна: «если бы не было «их» (читай, ежедневно унижаемых жертв), не было бы и «нас» (читай, популярной группы).
В четвёртую очередь – общество. Отсутствие идеологии, кроме дебилолозунга «Будь свободным или умри» - а вот уж куда ведёт та свобода… Выкидыши индустрии развлечений, размывающие табу «не убий» - и пусть на одного они не подействуют, на другого не подействуют... но на кого-то подействуют. Узаконенное лицемерие в сочетании с равнодушием. Наконец, доступность огнестрела – что бы ни говорили о том, что всё зависит от человека, приводящего его в действие, но жертв после него остаётся всяко больше, чем после кухонного ножа.
В сущности, во всём этом Содоме не нашлось и десяти праведников. Посему в один прекрасный день и пришлось ответить – вне зависимости от степени вины. А тем, кому не пришлось - рвать волосы на жопах и гадать, почему это оно случилось так. То, что сделал Питер, нельзя назвать вовсе бессмысленным: по крайней мере десяток мразей если и не сделали никаких выводов, то окончательно лишились возможности гадить. Нет, Пиколт ни в коем разе не старается привести читателей к подобным выводам. Скорее, наоборот: жалеет всех – одних за то, что пережили сильное потрясение, других – за то, что больше не суждено повзрослеть. Но лично мне жалко только девочку-дауна, которая в силу диагноза действительно могла что-то не понимать.
Проблема в том, что Питер не был богом. Посему права отнимать чужие жизни ему никто не давал. В затеянной им игре не могло быть победителя – и это правда. Человек, идя на конфликт с законом, пусть даже в состоянии аффекта, изгоняет себя из законопослушного общества. И общество ему этого чаще всего не прощает. Хотя бы для того, чтобы в обществе появилось меньше желающих аналогичное действие повторить. В случае с Питером ситуацию осложняло ещё и то, что те, кто выносил приговор, сами являлись родителями. И легко представляли своих детей на месте жертв Стерлинг Хай.
Проблема в том, что зачастую проще наказать преступника, нежели устранить первопричину. А раз так, то нет гарантии, что подобное не повторится. Как гласит китайская мудрость, «если мы не изменим выбранное направление, то окажемся там, куда направляемся».
ИНТЕРЕСНЫЕ ПЕРСОНАЖИ
Джози и Питер. Отличница на вершине школьной иерархии и троечник-изгой. Казалось бы, что между ними общего? А между тем общее есть – они НЕ ТАКИЕ, как все. Но если Питер попросту неспособен к мимикрии, не умеет себя подать и посмотреть на себя со стороны и никогда не понимал, как звучат его слова для постороннего слушателя, то с Джози всё сложнее. Девочка достаточно адаптирована в имеющемся социуме. Её не гнобят. Но и не особо любят. А ей в один прекрасный момент захотелось большего… В результате если путь Питера - череда унижений, то путь Джози – череда предательств: сначала Питера, а потом и себя. И если в первом случае ещё можно понять – непопулярность заразна – то ежедневно придуриваться, шестерить перед тем, кто тебе малоприятен, и панически бояться разоблачений, втайне подумывая о суициде… Воистину, мыши плакали, кололись но продолжали жевать кактус.
Мэтт Ройстон. Некоторым может показаться, что он дешёвый манипулятор и Джози не стоит. На самом деле стоит. Они оба друг друга стоят. Оба имеют повышенный интеллект. Оба способны на глубокие чувства. И оба, не задумываясь, причиняют боль самым близким людям, чуть только возникнет хотя бы намёк на угрозу для их репутации и популярности. Развернись судьба иначе, и Джози могла бы остаться с Мэттом и жила бы пусть не безоблачно, но вполне счастливо.
Алекс Корниер и Патрик Дюшарм. Внешне – вполне благополучные люди, которым можно только позавидовать. А внутри – одиночество. Одна, раз в жизни совершившая непотребный, как ей кажется, поступок лезет из кожи вон, чтобы загладить свою вину и отмыть запятнанную, как ей кажется, густой чёрной краской репутацию. Другой каждый раз корит себя за то, что не успел, опоздал, не уберёг. И когда судьба сталкивает их друг с другом, реально ЭТОЙ паре хочется пожелать счастья.
Лейси Хьютон. Кого как, а меня эта героиня дико бесила. Любящая мамашка, блин. Которая жопу поднять не может, чтобы хотя бы попытаться исправить ситуацию. Не нравится, как сын учится? Так сиди с ним и разбирайся в материале. Не нравится, как у него складываются отношения в школе – так подними этот вопрос на родительском собрании или пойди к директору. Ах, психоолух сказал? А сама куда смотрела, дура?
Джордан МакАфи. По ходу дела единственный, кто улавливает суть ситуации и пытается расставить все точки над ё. Не потому, что изначально испытывает к Питеру нежные чувства, а потому, что считает: каждый заслуживает честного суда. Ну а потом искренне проникается драмой, и участие в разбирательстве не проходит для него бесследно.

Книга бесспорно заслуживает обстоятельного спокойного чтения. Я была поражена психологической составляющей истории. Автор буквально мелкими мазками обрисовал нам портреты героев, они не смешивалась в общую массу, а выступают яркими индивидуальностями которые просто невозможно спутать между собой. Тема взятая за основу сюжета несколько пересекается с известным романом Кинга "ярость". Я читала оба и они не уступают друг другу по проникновенности повествования. Стрельба в школе кто виноват и какие предпосылки были? Возможно ли так, что из дула вылетают сразу две пули одна убивает противника, вторая не физическая, бьет по самому стреляющему? Или этот стреляющий уже был по сути "мертв", тогда можно ли его судить? Много вопросов и еще больше остается без ответов. Неприятно и страшно понимать, что твой ребенок мог бы оказаться в любом из противоборствующих лагерей... победителей тут нет....
Это было моё первое чтение автора и я очень довольна эмоциями на которые меня сподвигла эта история. Если все книги Пиколт написаны в подобном стиле, то мне кажется я нашла ещё одного писателя из книг которого мне хочется выстроить домик и читать беспрерывно (если хватит нервишек))
Минус есть - я предугадала финал почти сразу, уж очень он прозрачный, понятный и предсказуемый, только поэтому не смогла поставить книге отлично".

Скажу, очень настороженно отнеслась к этой книге изначально. Социально-психологическая драма не проста в восприятии.
Вроде, в аннотации уже всё написали, так о чём все последующие сто пятьдесят тысяч страниц?... Это я так думала. А потом мне и этого мало было. Смысла нет пересказывать содержание книги, уже все и всё пересказали. Начинаешь читать и сразу думаешь: "Вот урод!". Потом продолжаешь читать и думаешь: "Нет, ну действительно урод, зачем нужен суд".
А потом, "чем дальше в лес - тем глубже вылез". Теоретически бедного Питера можно понять: тебя гнобят с утра до вечера, тебе вообще не оставляют пути отхода: ты не супер-герой, ты не играешь в футбол, да и девушки у тебя нет. Питер даже предпринимает реальные попытки осознать "кто он на самом деле".
Сложно, реально сложно указать пальцем и сказать " Вот! Вот он - виновен".

Очень давно я не писала рецензий, и, видимо, разучилась это делать. Почему-то слова не складываются в плавный текст, а на некоторые глубинные ассоциации и вопросы я не обращаю внимания. Поэтому это будет маленький отзыв, написанный вскользь и без подробностей. Джоди Пиколт ворвалась в мой читательский мир, когда я счастливо проводила дни в Риме, ворвалась нечаянно вместе с книгой «Ангел для сестры». Но я себе пообещала сразу, что полностью в боль этой книги не погружаюсь, а читаю, вникаю, наблюдаю со стороны. И в целом я поняла, приняла, не удержалась от слез в конце книги (фильм я не приняла, потому что исчезла целая сюжетная линия и конец был явно изменен, да, он был очевиднее и правдивее конца книжки, но я хотела увидеть именно такой).

Я читала и «Девятнадцать минут» с интересом. И все ждала, ждала, что вот сейчас откроется какая-то правда, которая вдруг представит мне героев другими, человечными. Но этого не произошло. Среди персонажей этой книги я искала героя, но не нашла. Ни одного положительного персонажа. Все жертвы. Собственного эгоизма, внутренней зашоренности, неумения говорить, обсуждать, любить.

Я не сочувствую Питеру, потому что он не просто постоял за себя, он решил убивать, лишив жизни 10 человек, а остальных оставив калеками. Да, ему было больно, обидно, одиноко и страшно, но никто не давал ему права поступать так бесчеловечно. Я не испытала особой жалости к его родителям, которым не хватало времени и желания на то, чтобы лишний раз уделить внимание ребенку, перестать сравнивать его со старшим сыном-засранцем. Мне не жалко Джози, не разобравшуюся в своих отношениях с матерью и целым миром, не жалко Алекс, поставившую работу и семью на чаши весов.

Так получилось, что, всегда откликавшаяся на чужую боль, здесь я не откликнулась ни на чью. Потому что все виноваты, потому что никто не шевельнул пальцем, чтобы сделать что-нибудь, что помешало бы свершиться трагедии.

P.S. Поразила обложка к книге: две крепко сцепленные руки. Если бы это было так, то была ли бы книга?

Еще одна история неоднозначного, если можно так выразиться, убийцы. В один ничем не отличающийся от большинства других день рухнула привычная жизнь жителей небольшого американского городка. Почему? Как? Что должно было случиться, чтобы самый обычный парень взял оружие и, придя в школу, в которой учился, начал расстреливать одноклассников? Понимал ли он, что делает, или на него нашло какое-то затмение? Может ли хоть что-то объяснить его действия? Может ли многолетняя травля послужить оправданием случившемуся?
Почему дети бывают такими жестокими? Почему семнадцати-восемнадцатилетние подростки ведут себя как дети, которые не понимают последствий своих поступков? Почему травят тех, кто чем-либо отличается от большинства, не задумываясь о том, каково это, когда в школу каждый день отправляешься, как на Голгофу, где тебя будут распинать снова и снова? Почему есть элита и есть изгои там, где все должны быть равны?
И правильно ли поступают родители, уча своих детей, которых периодически избивают одноклассники, что нельзя отвечать ударом на удар, что нужно стараться решить все мирным путем, убеждая, что обидчикам просто нужно показать, какое у тебя доброе сердце, чтобы все наладилось и преследования прекратились? Сколько детей, оказавшихся в подобной ситуации, сломаются и потеряют себя, это самое доброе сердце, свою индивидуальность? А сколько из них, дойдя до предела, превратятся в психопатов, способных взять оружие и начать стрелять?
На протяжении всей книги я не переставала удивляться, почему родители Питера настолько слепы, что не видят, что происходит с их ребенком. Или за достоинствами и успехами старшего сына они предпочитали не замечать инаковости и неудач младшего ребенка? Да и мать Джози - бесстрастная судья - за созданием своего безупречного профессионального образа тоже не замечала пропасти, возникшей между ней и дочерью. Иногда непонимание, которое демонстрировали родители в отношениях со своими детьми, даже злило. Все они начали понимать весь масштаб родительского фиаско только когда случилась трагедия. Очень неоднозначные персонажи, поступки которых очень трудно оценивать. Да и сама история совсем не из легких и приятных, и вопросы она поднимает сложные. Очень тяжело было читать, следить за событиями, узнавать предысторию произошедшего и ожидать, чем закончится история для тех, кто выжил.
Очень тяжело теперь задаваться вопросом, а будут ли сделаны правильные выводы из случившегося - ведь события, подобные описанным в романе, происходили на самом деле, но непохоже, что в этом отношении в мире что-то изменилось. Вот, вроде бы, со всех сторон сегодня только и слышно, что разговоры о толерантности, о том, что каждый имеет право на индивидуальность, право быть не таким, как все - но на деле оказывается, что все это так и остается на уровне разговоров, потому что отношения, описанные в романе, имеют место и сегодня. Можно, конечно, радоваться тому, что, к примеру, моему ребенку не пришлось бороться за место под солнцем в школьном сообществе, но это не отменяет того, что мир жесток вообще, и не дарит уверенности в том, что когда-нибудь люди действительно станут терпимее друг к другу...

Книга Джоди Пиколт - это яркий пример того, как можно взять хорошую, крепкую, важную тему и беспощадно ее запороть. Или наглядное пособие для тех, кто хочет научиться писать невыносимо нудно, о важном. У тебя должно болеть читатель, ты должен корчиться в судорожных муках... А читатель зевает, и судорожно переворачивает страницу, в единственной попытке выяснить, когда же это все кончится, чёрт возьми.

Я не могу списать все на переводчиков, переводчики просто скрупулезно и без задоринки перевели все что там понаписано. И получилось, что все герои разговаривают одним и тем же языком. И судья, и акушерка, и пятнадцатилетняя девочка, и даже детектив - все говорят сухим, чистым, литературно-художественным языком Пиколт. Такое ни один переводчик не сможет устроить.
По поводу литературно-художественного - язык писательницы похож на, тот, которым пишут свои сочинения отличницы в старших классов. Идеально верно, все прекрасно, но как же сухо и скучно, повеситься охота. Учебник алгебры и то интереснее.

Несмотря на все вялые попытки автора вывести меня на эмоции, у меня складывается впечатление, что полицейский отчет и судебный протокол об этом деле, и то, взбудоражили меня бы гораздо больше. Пиколт же напомнило одного из тех бесконечно никчемных и нудных ребят, что приходили к нам в школу и рассказывали о том как вредно трахаться без презервативов и курить за школьным двором. За всеми словами Джози я так и слышу морализаторство - не издевайтесь над детьми в школе - будет бяка. Не бросайте своих детей плыть по течению и взрослеть без вас - будет бяка.

Единственное, что меня реально задело это слова, брошенные Мэттом. Если не будет их - не будет нас. Отвратительная суть школьной популярности - ты такой же как все, если никого вовремя не унизил.
И для Джози у меня был хороший совет: никогда не пытайся казаться, тем кем ты не являешься на самом деле, так можно получить не свою работу, не своих друзей, не свою любовь, да и вообще не свою жизнь.

Тема хороша - подача отвратительна. Если отбросить кучу лишних, ненужных слов, нагромождений, попыток зарезать очередного котенка на глазах у читателя - тема жуткая, больная и глубокая. Но этого недостаточно, для хорошей книги. И тем более недостаточно, чтобы поставить ей высший балл.

Я, конечно же, субъективна.

Так уж я устроена, так смотрю на проблемы семьи и взаимоотношения дети-родители, что главный девиз, отражающий мой взгляд, звучит так: «Что бы мы не делали, нас всегда выдадут наши дети». Сказано не мной, но я подписываюсь, много лет уже подписываюсь…

Преамбула эта к тому, что все книги на тему детского насилия я неизбежно читаю через призму этого девиза и сознательно или подсознательно постоянно докапываюсь до автора: не сфальшивил? не метнулся на сторону «ни в чем не виновных родителей»? не сместил акцент на общество? не обвинил во всем какую-нибудь врожденную злобность (худший пример чему – Цена нелюбви )? Так вот главная моя характеристика этой книги – честность. И, по моему скромному мнению, лучшей характеристики произведению на такую тему быть не может. Мне даже не хочется вдаваться в анализ языка, достоверность психологических портретов героев и прочие стороны книги, настолько ценно в ней то, как Пиколт аккуратно и бережно обошлась с исследованием причин трагедии, такой близкой и реальной для множества американских школьников, их родителей и учителей.

Пусть это всего лишь художественное произведение, не претендующее на шедевр, пусть в нем гипертрофирована, на мой взгляд, проблема подростковой популярности (хотя допускаю, что именно таковы реалии американской школы), я бы сделала его обязательным к прочтению всем, кто к школе причастен. Чтобы умели не только смотреть, но и видеть, не только слушать, но и слышать, умели сочувствовать и сопереживать. Чтобы всегда, слышите, всегда! успевали среагировать задолго ДО непоправимых 19-ти минут.

Очень хорошо помню, как впервые узнала о таком явлении, как стрельба в школе. Мне было лет 16, и я посмотрела фильм "Вся жизнь перед глазами". В то время я понятия не имела, что такое вообще существует, поэтому фильм закрепился в памяти как нечто странное, мутное, неуловимое, не поддающееся пониманию.
Уже позднее я узнала, что для Америки school shooting имеет место быть.

Центральная тема романа - это буллинг, травля.
Аутсайдеры, изгои были, есть и будут всегда. Практически в каждом коллективе может найтись такой человек, но если во взрослом обществе у всех уже есть голова на плечах, и ситуация, как правило, не выходит за пределы, то это же самое нельзя сказать про окружение детей и подростков.
Моё мнение сейчас может идти вразрез с мнением большинства, может задеть или обидеть, поэтому просто напомню: это всего лишь моё мнение. Я считаю, что большая часть ответственности за буллинг лежит на тех, кого травят.
У нас в школе был такой мальчик, которого травили долго и упорно, на протяжении многих лет. Я его жалела, пыталась помочь, но на каждое моё добро он отвечал порцией дерьма. И чем больше я за ним наблюдала, тем больше видела: не просто так его травят, не просто он жертва. Кроме того, были и другие ребята, над которыми издевались, но которых спустя время оставляли в покое - либо принимали, либо просто теряли интерес; но вот именно того мальчика травили и травили, без конца.
Да, безусловно, нужно принимать во внимание, что все люди разные, у нас у всех разный уровень эмоциональной чувствительности, разная реакция на стресс. Кто-то сильнее, кто-то слабее. Кто-то может найти в себе силы постараться изменить себя, постараться обратиться за помощью, перепробовать все варианты решения проблемы или хотя бы принять и приспособиться; а кто-то - не может. Кому-то не хватает сил, и он может только вариться в собственном соку из ненависти, обиды и злости; и этот коктейль рано или поздно выстрелит.
И не стоит забывать про стечение обстоятельств, которое тоже может оказаться роковым. У Питера звёзды сошлись неудачно: и брат идеальный и всеми любимый, и родители и учителя, закрывающие глаза на его проблемы, и подруга, променявшая его на популярность. Но тем не менее у него был друг и было увлечение в жизни. И друг это увлечение поддерживал и понимал. Если бы Питер был сильнее, он смог бы сделать это пусть и хлипким, но фундаментом, и отталкиваться от этого.
И, таким образом, я снова пришла к тому, с чего начала: я считаю, что большая часть ответственности за буллинг лежит на тех, кого травят. Это вовсе не означает, что я считаю буллинг чем-то нормальным и оправданным - категорически нет. Просто проблему издевательства рассматривать со стороны тех, кто издевается - гиблое дело; это заметно даже в романе.

Сложнее всего говорить о воспитании и роли родителей во всей этой истории... Да, воспитание - это очень важно, и именно на плечах родителей лежит задача не просто любить своего ребёнка, но и учить его жить в окружающем мире, учить его использовать свои сильные стороны и оберегать слабые, учить ответственности и нравственности.
Но воспитание - это только часть того, что формирует человека. Всегда есть общество и окружение, всегда есть внезапные факторы, которые могут тем или иным образом отложиться в сознании. Всегда есть сам человек, который с возрастом обрастает приобретёнными взглядами и ценностями, которые он сам фильтрует и вкладывает в себя.
Хотелось бы, чтобы любовь, внимание и опыт родителей всегда имели больший вес, чем всё остальное.

В подростковом возрасте многие чувствуют себя несчастными, но кто-то ограничивается мыслями и переживаниями, а кто-то берёт оружие и идёт разрушать. Надо просто помнить, что это всегда выбор человека.

А ещё... просто удивительно, что все, все поголовно в этой книге так боятся быть честными с близкими и самими собой, так боятся открыться, боятся попросить помощи, боятся-боятся-боятся.

Книга замечательная в своей детальности. Вся история медленно обрастает деталями, и под конец читатель видит всё произошедшее и с точки зрения виновника стрельбы, и от лица его родителей и родителей всех жертв, и от лица невинных пострадавших, и от лица обидчиков.
Из минусов могу отметить только то, что лично для меня оказалось многовато сентиментальности - в некоторых моментах я чувствовала себя суровым мужчиной, который терпеливо ждёт, пока чувствительная женщина выговорится. А в остальном - книга определённо заслуживает внимания, особенно у тех, кто любит социально-психологические драмы.