Отзывы о книге Meditations

"И главное, это.. ясный ум..", в то же время его (Аврелия) вера в богов, которые излечивают от головной боли и головокружения, "любовь к справедливости.. людям", говорит он, будучи окруженным сотнями рабов, и ему "нет дела, красивые они или нет.. потому что он выше этого", видите ли, "свободомыслие и справедливость.. чуждаться лжи ", на той же странице говоря, что его жена послушная и тихая (а таковой она не была, из слов приближенных). "Смерть - дело простое и полезное.. О ней нечего горевать, так как она захватывает только настоящее, в будущем же ее нет, как и нет человека.. поэтому все нормально. Это лишь разложение элементов". О смерти такое - непростительно. И прочее. Куски, обрывки, неосмысленные, неодушевленные, примитивные. Если разбивать его на отдельные цитаты, то со стороны можно подумать, что он на самом деле ничего. Но целиком же - винегрет с множеством противоречий самому себе и откровенной слепотой. Ученик, собравший мысли учителей в одном конспекте и не представляющий из себя чего-то стоящего. Садись, два.

Пусть будущее не смущает, ты к нему придешь, если надо будет, с тем самым разумом, который теперь у тебя для настоящего. Все сплетено одно с другим, и священна эта связь, и ничего почти нет, что чуждо другому. Потому что все соподчинено и упорядочено в едином миропорядке. Ибо мир во всем един, и бог во всем един, и естество едино, и един закон — общий разум всех разумных существ, и одна истина, если уж одно назначение у единородных и единому разуму причастных существ. Все, что вещественно, не медлит исчезнуть во всеобщем естестве, и все причинное немедленно приемлется всеобщим разумом, и воспоминание обо всем не медля погребается вечностью.

Вся суть стоицизма сводится к простому - делай, что должен и будь, что будет. Казалось бы, чего тут еще рассуждать, но видимо, в античные времена у людей было много свободного времени.

В этом моя основная претензия (хотя стоицизм и должен был научить меня засовывать претензии и недовольства куда подальше, я еще не настолько преисполнилась): очень много повторяющихся рассуждений об одном и том же.

Что Сенека, что Марк Аврелий любят проговаривать одну и ту же мысль по нескольку раз, еще и не всегда заморачиваясь с разнообразием формулировок. Относительно Марка Аврелия - он хотя бы делает это на меньшем количестве страниц.

Все начинается с рассуждений о жизни, смерти и о человеческом отношении к данным явлениям - и этими же рассуждениями и заканчивается. Бесконечное пережевывание одного и того же.

Жизнь скоротечна, люди - мгновенно живущие; а потому - чего переживать о смерти? Теперь следите за руками: пока мы живы, смерти нет, а когда смерть придет - нас уже не будет. Ловко, конечно, эти стоики придумали. Но стоит немного развить мысль, и этот столп стойкости начинает опасно расшатываться.

Я/Мы боюсь не смерти, а умирания. Никто мне не скажет, как это будет и когда. Это будет быстро или долго? Через полгода или через тридцать лет? Или через пятьдесят? Мне будет больно? Буду ли я умирать в одиночестве? Я вообще буду понимать, что умираю?

Давай, товарищ стоик, побожись мне своими богами, за которых ты так отчаянно держишься, что смерть не страшна и даже почти ничего не значит.

Нет ничего постыдного, чтобы признаться в этом страхе. Вместо этого же я вижу в тексте отчаянные попытки убежать, спрятаться и подменить понятия.

Разумеется, моя жизнь в масштабах вселенной - быстрее мгновения. Разумеется, все мои волнения, страхи, переживания, надежды, свершения - что угодно - ничего не будут значить. Но это моя жизнь и мои переживания, и я буду их переживать.

Кроме прочего, есть очень много спорных вопросов, как то: призывы быть "хорошим" и действовать на благо общества. Что такое "хорошесть"? Что такое "благо общество"? Что такое "справедливость"? Что такое "подлинная истинность"?

Марк Аврелий оперирует абстрактными понятиями так, будто есть только одно единственное определение, один контекст, один ракурс и одно понимание. И вот этот моральный коммунизм, где все для всех и всегда однозначно, у меня уже в печенках.

Дополнительно к тому, чтобы быть "хорошим", было бы еще замечательно быть "..недосягаемым для наслаждений, неуязвимым для каких бы то ни было страданий, чуждым всякой гордыне, нечувствительным к какому бы то ни было проявлению злобы, борцом в величайшей борьбе, где ..противостоять всем страстям". И как только стоики не лопались от натуги в попытках достичь такого состояния.

Также меня иногда смущали фразы, в которых как будто что-то есть. Например: нужно быть правым, а не исправляемым. Предлагаю поразмышлять. Кому нужно? А если будешь правым, тогда что? Закостенеешь в своей правости? Получишь пряник от богов? Спасешь свою бессмертную душу? Потеряешь всякую критичность мышления? А если будешь "исправляемым"?

И таких вот фраз - вроде бы несущих в себе что-то - больше, чем хотелось бы. Я вообще против девиза "неси чушь с умным видом". Не неси. Остановись, подумай.

Есть вообще опасные утверждения: "Что, в самом деле, сделает тебе самый разнузданный насильник, если ты останешься неизменно благожелательным к нему, и, при представившемся случае, будешь кратко вразумлять его..." А мне и не надо далеко ходить за списком того, что может сделать даже и не самый разнузданный насильник. Жить в пузыре - здорово конечно, но не надо в него и других затягивать.

Однако сейчас я предлагаю сделать то, что еще не умели делать античные люди (и что не сразу сделала при прочтении я): сменить позиции. Вместо того, чтобы брать текст Марка Аврелия с надеждой найти в нем опору, с надеждой понять "как жить эту жизнь" и выцепить в этих записях "крупицы премудрости", возьмите его с целью - просто посмотреть, как люди раньше жили. И подумать: ну и прикол. Не больше.

Бывает, что Древнюю Грецию/Древний Рим называют колыбелью цивилизации или культуры. Все верно. Это именно, что колыбель. Человек только начинает познавать мир, только пытается его описать, только пробует строить гипотезы и теории. И поэтому, на мой скромный взгляд, античность и должна остаться в античности. Она уже дала нам все, что могла.

Довольно забавно читать, как Марк Аврелий рассуждает о солнечном свете, его рассеивании и преломлении, о том, что "солнце не изливается", и знать, что пройдет много тысяч лет, и солнце вовсе погаснет. А незадолго до этого - кто-то прочитает книжку условного Стивена Хокинга и скажет - ну и прикол.

Марк Аврелий считал, что души после смерти человека поглощаются мировым разумом... Наверное, философия не для меня, потому что вся эта книга сплошной бред, наиглупейшие наставления как ты должен жить. 300 страниц промывания мозгов. В некоторые абзацы не пытался вникнуть, т.к они представляют собой бессмысленную чушь. Огромный плюс этого издания - комментарии Эльвиры Вашкевич, их действительно было интересно читать. Может быть всему виной перевод, в большинстве это просто каша из слов.

Вот посмотрите: Если тебя лишают возможностей, то расстанься с жизнью. Дым ест, а я ухожу. Ты считаешь это подвигом? Но не гони меня прочь, я свободный и желания мои согласны с природой. Ты отверженец Града и обособляй свою душу от всех существ Града. Кто философствует без хитона, а у меня нет хлеба. И всё же я верен богу.

"Искорени воображение" - гениальный совет от Марка. К концу книги, мне было не столько скучно, сколько мерзко от мыслей Аврелия и его бесконечных наставлений.

Прежде всего, хочется отметить, какие гениальные, чистые и возвышенные мысли записаны в этой книге. Немного напомнило Льва Толстого, весьма похожие рассуждения встречаются в его автобиографических книгах. Каждая цитата заставляет тебя задумываться о себе, о жизни, обо всём. В книге есть много умозаключений, которые мне были непонятны и приходилось перечитывать несколько раз, даже после этого было не всё понятно. А так же, многие выражения повторялись в течение всей книги, в результате чего было местами скучно. В целом, я бы посоветовал эту книгу каждому, даже если вы прочитаете только несколько глав (книг).

А вот не дочитала. Что со мной бывает крайне редко. И при всем моём уважении к Марку Аврелию. Наверное сказалось отсутсвие привычки к чтению подобной литературы. Изложение показалось затянутым, одна и та же мысль повторяется множество раз, обсасывается с разных сторон так долго и подробно, что после некоторого количества повторений уже надоедает. Плюс ко всему перевод показался местами нарочито архаичным, что ли... Ну, например

Какое употребление делаю я теперь из своей души?

Вот такие штуки делали чтение для меня каким-то технически что-ли сложным. Хотя если честно, не хватило мне, прежде всего, знаний о самой философии стоицизма. Википедия эту проблему не решила, надо сказать. А без всех этих знаний рассуждения о "руководящем начале" и "природе Целого" читаются довольно уныло. Была бы очень в тему вступительная статья или хорошие, подробные комментарии, но чего нет, того нет... Однако, есть и прекрасное, и когда натыкаешься на него, продираясь сквозь дебри слов, радуешься очень)

Время человеческой жизни - миг; её сущность - вечное течение; ощущение - смутно; строение всего тела - бренно; душа - неустойчива; судьба - загадочна; слава - недостоверна. Одним словом, всё относящееся к телу подобно потоку, относящееся к душе - сновидению и дыму. Жизнь - борьба и странствие на чужбине; посмертная слава - забвение. Но что же может вывести на пусть? Ничто, кроме философии.

"Наедине с собой" - это не просто книга. Это личный дневник самого могущественного человека своего времени, римского императора, который вёл жестокие войны и управлял огромной империей. Но на этих страницах вы не найдёте хвастовства или рассказов о роскоши. Это глубокая, искренняя и удивительно честная беседа с самим собой о том, как оставаться человеком в любых обстоятельствах.
Прошло почти 2000 лет, а мысли Марка Аврелия остаются шокирующе актуальными. Он пишет о стрессе, ответственности,  несправедливости и поиске смысла - о том, что волнует нас сегодня ничуть не меньше.
Это не абстрактная философия. Это руководство к действию. Конкретные советы: как начинать день, как реагировать на критику, как принимать неудачи, как справляться с гневом. Аврелий напоминает себе, что мы можем контролировать только свои эмоции, а не внешние события.
Читать это - всё равно что подслушать чьи-то сокровенные мысли. Император не поучает, а убеждает самого себя, борется со своими слабостями, сомнениями и усталостью. Эта искренность завораживает и делает его не идолом, а старшим товарищем.
"Наедине с собой" - это книга-терапия. Её не нужно читать залпом. Лучше всего уделять ей по 10-15 минут в день, размышляя над одной-двумя мыслями. Это труд, который требует вдумчивости, но награда за него - невероятная. Это книга, к которой хочется возвращаться снова и снова на протяжении всей жизни, каждый раз находя новый совет и и поддержку.

«Наедине с собой» — это не просто сборник афоризмов, а искренний дневник римского императора, который в перерывах между войнами и государственными делами искал внутреннюю опору. Марк Аврелий не писал трактатов для публики — он вел диалог с самим собой, пытаясь сохранить ясность ума и стойкость духа в мире, полном хаоса.

Сильные стороны книги:

- Глубокая искренность — в отличие от многих философских текстов, здесь нет попыток поучать других. Это предельно честные размышления человека, который, обладая абсолютной властью, понимал её тщетность.
- Практичность — несмотря на возвышенные темы, советы Аврелия применимы и сегодня: от борьбы с гневом до принятия неизбежного.
- Тихий стоицизм — если Сенека пылко убеждает, то Марк Аврелий просто напоминает себе: «Ты можешь быть хорошим человеком, даже если мир вокруг — нет».

Что делает этот труд особенным?

Гораздо легче рассуждать о добродетели, когда ты философ в тиши кабинета. Но Аврелий писал это на краю империи, среди военных походов, заговоров и болезней. Его стоицизм — не теория, а ежедневное усилие.

Сравнение с «Нравственными письмами к Луцилию» Сенеки

Стиль:

Сенека — страстный оратор, его письма полны риторики, примеров и эмоций.

Аврелий — сдержан, лаконичен, его текст похож на медитацию.

Адресат:

Сенека пишет ученику, потому его тон наставительный, даже отеческий.

Аврелий обращается только к себе — отсюда интимность и отсутствие позы.

Фокус:

Сенека учит как жить.

Аврелий — как не сломаться.

Вывод:
Если «Письма к Луцилию» — это горячий кофе, бодрящий и обжигающий, то «Наедине с собой» — тёплый чай перед сном, который успокаивает и возвращает к сути. Обе книги — вершины стоицизма, но первая заряжает, а вторая — исцеляет.

P.S. После этой книги начинаешь замечать, как часто мы сердимся на то, что не контролируем... Может, и правда проще изменить своё отношение?

Несмотря на малый объем произведения, я читал эту книгу довольно долго, так как каждая глава заставляет задуматься и не на один день.

Когда я впервые взял в руки книгу «Наедине с собой» , не знал, что это на самом деле — личный дневник императора, написанный для самого себя. И именно эта искренность, эта честность перед собственной душой, сразу меня зацепила. Это не философский трактат с теориями, а живое размышление человека, который пытается быть добрым, справедливым и мудрым даже тогда, когда вокруг — война, болезни, измены и усталость.

Что я понял из книги:

Мне понравилось, как автор говорит о том, что всё, что происходит во внешнем мире, не имеет власти над нами — если мы умеем владеть собой. Он постоянно напоминает себе (и мне тоже), что нужно сосредотачиваться только на том, что зависит от меня: мои мысли, мои поступки, моя реакция на происходящее.

"Ты имеешь власть над своими мнениями – не внешними событиями. Помни об этом, и ты найдёшь покой."

Эта фраза стала для меня чем-то вроде ориентира. Я стал замечать, как часто теряю время на раздражение из-за того, что не могу контролировать — пробки, чужие слова, задержки. А Марк Аврелий напомнил: я всегда могу выбрать своё отношение к этим вещам.

Как я воспринимал его мысли:

Он много размышляет о смерти, бренности жизни, необходимости жить осознанно. Сначала мне показалось это слишком мрачным, но со временем я понял: он не боится смерти, а ценит каждый момент. Его подход к жизни напомнил мне идею "жизнь здесь и сейчас", которую можно встретить в современных книгах о mindfulness и медитации.

"Постоянно помни, что скоротечна твоя жизнь — и эта жизнь — лишь часть бесконечности."

Ещё одна важная тема — принятие. Не подавление, не покорность, а именно принятие. То, что происходит, — часть большого порядка, и я могу либо бороться с этим и страдать, либо согласиться и двигаться дальше. Это особенно помогло мне в сложные дни.

Что особенно затронуло:

Меня тронул его взгляд на служение обществу. Он был императором, правителем огромной империи, но считал, что истинная добродетель проявляется в помощи другим людям. Он не позволял власти сделать себя высокомерным или жестоким. Напротив — он учился быть скромным, внимательным, терпимым.

"Ты — часть целого; и ни одно из того, что полезно целому, не может быть вредно части."

Это заставило меня задуматься о том, какую пользу я приношу окружающим, и как часто я забываю о других, зациклившись на своих проблемах.

О стиле и форме:

Стиль у книги простой, без пафоса. Иногда кажется, что просто читаешь чей-то внутренний дневник — такой же, какой мог бы вести я сам. Мысли не связаны в стройную систему, они повторяются, переходят от одной темы к другой. Но именно это делает их живыми и настоящими.

Вывод:

Прочитав «Наедине с собой», я не просто получил новые знания — я получил нового внутреннего наставника. Эта книга учит быть сильным не потому, что ты должен побеждать всех, а потому, что ты умеешь владеть собой. Она учит быть добрым не потому, что это модно, а потому, что это правильно.

Я уверен, что буду перечитывать её снова и снова. Каждый раз находя что-то новое, нужное, лично мне.