Troilus and Cressida

- Терпенье - в деле лучшая подмога:
Кто устоять сумеет пред Судьбой,
Тому она становится рабой.

- Хромого ты притворной хромотой
Не проведешь: не так ли говорится?

- Известно, сделать так, чтоб волк был сыт
И агнец невредим - не в нашей власти:
Чтоб одного достичь, нам надлежит
Другим пожертвовать, хотя б отчасти.

- Уж таковы
Любви законы, милый мой: где встречи -
Там расставанья!

Вот главное: всех радостей и бед
Первопричина - их неотвратимость,
Иначе говоря, необходимость.

- Иные мудрецы
Доказывают, и весьма умело,
Что всех вещей начала и концы
Судьбою предначертаны всецело;
Меж тем другие говорят, что дело
Иначе обстоит, что выбор нам
Свободный дан!

- Также не забудь,
Что ум-то хорошо, а два умнее...

- Чем попусту на раны сыпать соль,
Подумай о целительном бальзаме...

- Сама Фортуна прежде всех
Мирволит смелым!

- Уж лучше преступить обычай
И вызвать сплетни или чей-то гнев -
Чем смерти ждать, как муха замерев.

ТРОИЛ: Но долг и страсть во мне - как два врага:
"Похить ее!" - внушает голос страсти,
А долг: "Не смей!" - и рвусь я на две части!

- Ведь пламя догорит:
Таков закон природы; жар остынет,
И страсть твоя, как все на свете, минет.
Как неизбежно день сменяет ночь,
Так радости, труды или напасти
Любовь помалу вытесняют прочь;
Разлука же с предметом прежней страсти
Сему способствует, и в этой части
Судьбою ты не вовсе обойден:
Известно, с глаз долой - из сердца вон!

- Действительность меняет наши планы...

- Свой прок от всякой дичи для ловца!
Любовные любовью лечат раны -
О том писал, мне помнится, Зевксид.

- Но как с судьбой поспоришь неминучей?
Как предусмотришь всякую напасть?
Ведь не Судьба дается нам во власть,
А мы Судьбе! Одно могу сказать я:
Пред ней равны все люди без изъятья.

О Ювенал премудрый! Сколько бедствий
Еще навлечь нам доведется впредь
Хотеньями своими, чьих последствий
В тумане заблужденья не узреть!
Себе мы сами расставляем сеть,
Как те глупцы...

...не зная сами,
Конец свой приближаем мы порой!

Теперь зову трех фурий, трех сестер:
Алекто, Тисифону и Мегеру,
И да поможет их печальный хор
Мне соблюсти в рассказе смысл и меру.
И ты, свирепый Марс, по их примеру,
Дай сил поведать мне, сдержавши стон,
Как принц любви и жизни был лишен.

- Так вытверди, как дважды два четыре,
Что удержать не проще, чем поймать.

- Нет участи, поверь, на свете хуже,
Как, счастья наивысшего вкусив,
Его затем порушить самому же
И вспоминать о нем, покуда жив.