Король, дама, валет. Камера обскура

Есть фразы, за которые я готова убить.
Не спорить, не приводить аргументы, не вспоминать примеры из жизни.
А просто взять и уе... крепко врезать.

Например, заявления типа: “от хороших жен не уходят” или “мужика нельзя увести, он не собачка цепная”. Дескать, если мужчина уходит из семьи – это его самостоятельный выбор. Значит, и так было не все в порядке, значит, и жена виновата: недоглядела, недолюбила, мало котлет пожарила. А любовница здесь вовсе ни при чем. Она просто мимо проходила, под руку подвернусь, силком не тянула, не-виноватая-я-он-сам-пришел.

Как же хочется врезать!..
Потому что, не стоит обманываться, такие, как Магда существуют, и подобные случаи – не редкость. Конечно, они происходят с мужчинами определенного, тюфякого-сопливого типа, и можно долго разглагольствовать о том, что нафиг вообще такой мужик нужен. Но кто мы такие, чтобы рассказывать безропотной, но мудрой Аннелизе, какой мужчина ей нужен, а какой – нет? Кто вообще может постичь этот секрет мироздания: зачем, почему, каким непостижимым образом двое людей сходятся, становятся одним целым, и соединяют свои черты в новосотворенном человеке?

Да, брак Кречмара с Аннелизе может показаться скучным, пресным и бесцветным. Но, опять же, кто дал право решать? Жена, довольная мирной жизнью, занималась воспитанием дочери. Муж втихомолку грезил о других женщинах и новых впечатлениях. Такое сплошь и рядом. И это была бы типичная история развода и разведение рук “се ля ви”.

Но истинная трагедия в том, что семья разрушилась не под напором яростных чувств или чужой расчетливой воли, а вследствие банального каприза. Магда действовала импульсивно и необдуманно, не было в её поступках даже эгоистичного внутренного оправдания “я достойна”. Нет, всего лишь ленивое, вальяжное “мне хооооочется”. Хочется шоколадку, хочется модные пластинки, хочется новые платья, хочется этого мужчину, да, у него жена и ребенок, но что ж поделаешь, кто ж тогда купит мне шоколадку, пластинку и платья, логично?

Признаться, я всегда завидовала подобным девушкам. Тем, кто сызмальства, чисто интуитивно безошибочно выбирают себе жертву, умеет хватко обкрутить её и высосать все соки. Не криками и требованиями, а невинным закатыванием глазок, сладкими слезками, пролитыми в нужный момент, обиженно вздернутым носиком в момент другой. Девушкам, которые свято верят в ценность своего единственного капитала (того, что под юбкой), и целью жизни ставят выгодное его (в него) вложение.

Но Набоков не был бы тонким психологом, если бы не показал обратную сторону медали. Ведь на каждую такую Магду обязательно найдется свой Роберт Горн. Есть подлость глупая, разнузданная, а есть продуманное, осознанное зло. И даже умных, достойных женщин такой тип может облапошить на раз, а уж изнеженных капризуль трескает на завтрак.

Вот и шагает вместе сладкая троица: тупое жвачное животное, маленькая паразитка, и настоящий клыкастый хищник. И не жаль ни капли ни Кречмара, который в итоге оказался в самой жопе пищевой цепочки. Ни Магду, которую Горн кинет при первом удобном случае, и которая, уж не сомневайтесь, окончит свои дни на панели, безносой двадцатилетней старухой.

Истинное горе в этой истории осталось за кулисами. Нам показали только ложь, подлость, трусость, малодушие. И тем горче понимать, что за обедами в ресторанах, за праздными путешествиями, где-то далеко-далеко, в другой вселенной, есть заплаканная Аннелизе, одинокая могилка и бесконечная печаль. Этот роман о них. Об их трагедии. Остальные недостойны ни строчки.

С первых страниц чувствуется рука мастера, под пером которого банальная, затертая до невозможности тема супружеской измены (Бальзак, Флобер, Мопассан, Толстой - кто-то только не посвящал адюльтеру своих романов) превращается во что-то такое легко-загадочное, непонятное, местами - даже красивое, чуднОе. О любви здесь не идет даже речи, поэтому на страсть списать все происходящее явно не получится. Дама (Марта) холодна и до странности доступна, Валет - глуп, легкомысленнен, раз позволяет замужней женщине так легко обвести себя вокруг пальца. Король (Дайер) - отстранен, учтив и сдержан, как будто Дама - не его...

Странный брачный союз, продержавшийся семь долгих несчастных лет, рушится в мгновение ока, как только на пороге четы Дайеров появляется молодой племянник, из какой-то глухой провинции, близорукий, нелепый, неуклюжий, влюбчивый (или думающий, что любит).

Весь роман - как нагромождение ярких слайдов, почти без связи друг с другом: вот сцена в поезде, где холодная и холеная богатая дама пленяет воображение молодого человека, еще не знавшего жизни, вот эпизод с арендой квартиры, где эта же дама выторговывает мелочь при съеме жилья (и не для себя), а вот полутемная гостиная, когда дама узнает страшную весть, что ее муж едва не погиб, вот судорожные и суетливые потуги изобрести убийство...Признаюсь, начало книги было неприятным по причине темы - не люблю читать про грязь измен в браках, а конец показался жутко мрачным - как можно женщине, самой судьбой подготовленной к тому, чтобы давать жизнь, хладнокровно готовиться к тому, чтобы ее забрать?...

Интересный роман, но мне показался чуточку размытым и недосказанным, а герои - уж слишком оторванными от реальности...И все равно безумно красиво, как, впрочем, всегда у Набокова - восхищение словом, преклонение перед женщиной - даже такой, падшей, куда ниже некуда...

Для меня "Камера обскура" оказалась совершенно потрясающей книгой, выходящей за рамки любых оценок. Это было похоже на лихорадку, которая сбила меня с ног, так что всё время чтения я не могла больше ничем заниматься. Постоянно хотелось читать дальше, и чтобы роман не заканчивался. Даже когда я очень уставала, то не могла оторваться от чтения. Повествование очень динамичное и держит в огромном напряжении. Про Набокова говорят, что он умеет писать не только красиво и очень поэтично, но и заботится о заинтересованности читателя (как и любой по-настоящему талантливый писатель, по мнению Дм. Быкова). Это очень точно. Уж не знаю, как Набоков написал этот шедевр, но заинтересовывает он с первых страниц. Возможно, это даже лучшая книга из всех, что я прочла за этот год (а читала я много, как художественной литературы, так и научно-популярной). Даже несмотря на то, что тема измены и обмана для меня очень болезненная. Так что читать было больно, но я читала огромными кусками.
Мне нравится, что произведения Набокова - это такое обширное пространство для интертекстуального анализа, при этом, когда приступаешь к нему, то кажется, что в общем-то он совершенно излишен. Автор так виртуозно включает в повествование едва заметные аллюзии, скрытые смыслы и намёки, что выглядят они очень органично и проводить дополнительные раскопки совсем не хочется.
Из таких вот скрытых смыслов я считаю важным отметить только то, что в моём восприятии "Камера обскура" - это совершенно фаустианский роман, в котором фигурируют все необходимые персонажи: поддающийся искушению главный герой (интеллектуал, но слабовольный и раздираемый внутренними противоречиями), фигура Мефистофеля (чья фамилия - Horn, наверное, в оригинале - говорит о многом), несчастная возлюбленная, верная главному герою, но преданная им; посредник между дьяволом и главным героем - ну, собственно, сам искуситель или трикстер (с издевательским именем, намекающим на раскаяние блудницы). Сюжет смерти ребёнка, в которой вроде бы во многом виноват, а вроде бы и нет (достаточно, в общем, чтобы чувствовать себя виноватым) главный герой, также вписывается в фаустианский нарратив, тем более, в упомянутом эпизоде это мастерски передано с помощью фигуры "двойника". Я была просто потрясена тем, как Набоков ввёл в повествование доппельгангера; насколько удачно он воспользовался элементами романтизма в своём "немецком" романе. Серьёзно, от этого у меня просто мурашки по коже пошли, настолько это гениально.
"Камера обскура" - это роман, по своему духу близкий к позднему романтизму, он так хорошо вписан в "канон", но при этом настолько самобытный, что от него ничего не отнять и ничего не добавить. И изменить тоже ничего нельзя. Но, на мой взгляд, он ещё и задаёт важную психологическую проблематику. Например, как же следовало поступить Кречмару в его ситуации? Когда с ним творится что-то совершенно невообразимое, к психотерапевту, как сейчас, не обратишься, а особых моральных установок (кроме исключительно бюргерской добропорядочности) у него нет? Кречмар воспринимается как совершенно отрицательный персонаж и аморальный человек, даже в аннотации о нём говорится, как о духовном слепце, и в целом некоторая укоризненность очевидна. Но в романе есть один, опять же, великолепный эпизод, когда Кречмар размышляет о том, что его жизнь по понятным причинам рушится и есть только один выход... Но этот выход рисуется ему абсолютно серым, безвыходным и безнадёжным тупиком - примерно таким, каким была его жизнь до встречи с Магдой. Поэтому вопрос, как следовало поступить этому человеку - именно в его ситуации, остаётся открытым.

Из такой банальной темы только Набоков мог сделать шедевр. Сюжет - классическая уловка бульварного чтива: жил-бил мужик, тихий и невзрачный, жил с женой и ребенком, в общем, простая такая семья. И вот однажды у мужика появляется любовница - простая такая любовница, каблучки-макияж, красное платьице и самый разгар молодости - и он решает оставить семью, предавшись минутной страсти. Простой такой сюжет. Однако каков язык, какова форма! Набоков не был бы Набоковым если бы не его гениальное мастерство написания совершенного текста. Нет в его тексте ничего лишнего. Каждое слово знает свое место. И нельзя его так просто взять и поменять местом с другим - иначе будет не Набоков совсем. Каждое предложение красиво отточено, и когда читаешь "Камеру обскура" удивляешься насколько красивой может быть книга с такими ужасными персонажи и поступками.

Но если говорить еще о чем-то, кроме красоты набоковского слога, то стоит говорить об ощущениях. Они были немного неприятными. Хотя, зачем скромничать - за последнее время ничто не было мне так противно. Знаете, такое чувство, будто я побывала на шоу уродов. Цирковой шатер с кучей мелких уродцев, и глава этих уродцев стоит в центре наблюдая как остальные крутятся вокруг него. Имя этого главного урода - Магда Петерс. И вроде бы смотришь на этих уродов, и понимаешь, что должен смеяться над ними - ведь шоу же, а в горле стоит ком, потому что над таким не смеются. Такое хочется только жалеть, но даже и на это у тебя не хватит силы воли, потому что к таким уродам даже страшно подойти, как бы жестоко с твоей стороны это не было. И не знаешь, удастся ли с ними вообще поговорить как с обычными людьми. Да и нужна ли эта жалость - ведь если они не такие как мы, это не значит, что они несчастливы. Совсем даже наоборот - они принимают свои недуги как данность и знают как пользоваться этим. Недуг Магды в том, что ей пришлось быстро повзрослеть. Ее недуг в том, что уже ее первая любовь превратила ее в шлюху. Недуг Кречмара - его слепота. Причем далеко не физическая, он был слеп за много месяцев до аварии.

А вообще эта книга великолепна. Но не для тех, кто не любит трепать себе нервы. Мне она лично потрепала их немало, начиная с того, что затронула ненавистную мне тему - измену. И измена здесь даже не как предательство. Измена выступает тут в гораздо худшем обличии. Измена в книге - это детская игрушка, с которой играют взрослые люди. Они готовы капризничать, реветь и ломать другие игрушки, лишь бы поиграть с нею. А в итоге страдают другие взрослые. И так во всем мире и каждый день.

Взрослые, будьте взрослыми, а не эгоистичными детьми.
Люди, будьте людьми, а не уродами.

Обманул, чертяка, обманул. Написал в заглавии "Король, дама, валет", а ты сиди и распределяй, кто из них есть кто. Набоков в это время радуется, потому что все персонажи на заявленные роли не тянут. Точнее, король-то есть, вот только не тот ожидаемый.

Драйер, без сомнения, не король, а туз. Всё у него в жизни где-то там, под прочным фундаментом непробиваемой уверенности в том, что всё будет ништячком, потому что почти во всех играх туз бьёт остальные карты. Туз, конечно, не самый значимый — бубновый (ходу нет, ходи с бубей), поэтому и тормошит его по жизни с такой раздражающей поверхностностью, но всё же карта знаковая.

Марта — вот это король. От дамы в ней только женский пол, но если так распределять по значению, то получается несправедливо. Марта царствует (королевствует?) на полную катушку, живёт по всем дворцовым стандартам. Дом большой - есть, галочка; муж солидный - есть, галочка; платья нарядные; машина быстрая; фитнес подобающий... Любовника не хватает. Так, ты будешь любовником, чтобы всё было как у людей. Дрессирует его, впрочем, не властно и по-царски, а вполне себе утилитарно и демократически: сидеть, стоять, служить, принеси тапочки, улыбайся, фас. Масть без сомнения - крестовая. Для пик не хватает глубины, для червей - страсти, а бубённый-забубённый король не стал бы обращать внимания на условности общества, у казённой же масти должно быть всё чин-чинарём.

Франц же не валет даже, а какая-нибудь сошка без картинки, бубнушка на размен. Вместо него всю дорогу мог бы быть условный без названия кусочек ватмана с нарисованной нелепой рожицей, ничего бы не изменилось. Разве что тапочки королю подавали бы не так эффективно.

В итоге из этих трёх пришедших на руку карт не получается ни одной вразумительной комбинации. Бубны, конечно, составляют пару по масти, но нелепую и бесполезную. Крестушку скинули бы и мы, и автор.

Это уже не "Машенька", но ещё не что-то полноценное. Хорошая задумка, но слишком пошаговое воплощение, которое создаёт атмосферу напряжённого тупого следования плану. Ни Франц, ни Марта, ни даже Драйер не обладают ни каплей воли супротив могучего и великого авторского замысла. Конечно, ни один персонаж (кроме, разве что, исторических) ей не обладает, но иллюзия свободы должна сохраняться хотя бы чуть-чуть. Тут же все трое катятся к финалу, прикованные чугунной цепью к стенкам вагонетки, остаётся только тоскливо озираться по сторонам и ждать, что ещё подкинет автор, чтобы облегчённо вздохнуть в финале, ну наконец-то, я свободен развоплотиться.

Второй минус, который сам бы по себе ещё ничего, но в сочетании с искусственностью сюжета стал виден ярче: неествественный натужный язык. В его красотах нет пока ещё лёгкости, которая придёт потом и отдельные изящные обороты тонут в громоздких "красивостях", явно воткнутых потому, что вот это слово редкое, а вот это ещё реже. Причём вот что интересно - оживление предметов мебели и прочих неодушевлённых сочетается с низведением до ранга вещи живых существ... И не всегда это гладко. "Обветшалая собака" - ясно, что хотел сказать автор и как он хотел поразить неологизмом, но увы, коряво. Ещё хуже - "насупленный ресторанчик", это что же, супа в нём много что ли? Впрочем, надо отдать должное, когда эпитет не единичный, а разворачивается в какую-нибудь мини-сценку с участием персонажа, то это смотрится вполне уместно.

А лучший персонаж в этой колоде, конечно, джокер-старичок, который по мере надобности может стать конём, старушкой, курочкой, любой другой картой или просто заставить весь этот мир исчезнуть.

Перед нами написанная с несомненным мастерством история разрушительной страсти, уничтожающей всё на своём пути.

Солидный искусствовед, состоятельный и, как казалось, со всех сторон положительный человек, без памяти влюбляется в юную девочку. В аннотации указан возраст шестнадцать лет, но на деле оказалось, что к моменту встречи ей пятнадцать, и она по возрасту, конечно, ещё девочка, но по сути... Уже совсем не.

Она целенаправленно "доводит до кондиции" потерявшего голову мужчину, желая стать содержанкой, а если получится, то и женой. Расчётливость и талант героини к манипулированию впечатляет. У неё за плечами уже есть опыт подобных отношений, так что искусствовед попал, как кур во щи, но его, разумеется, ни капельки не жаль, как не жаль в этой книге, в общем-то, никого.

Задумавшись об этом, я вспомнила всех персонажей — ведь были же среди них пострадавшие ни за что! Конечно, были. Например, жена искусствоведа и, особенно, его дочь, которая к тому же умирает от болезни и вроде бы это точно должно тронуть читателя. А я, вроде бы, не самый жестокосердный читатель. Но, вот странность, практически не трогает...

Умом я понимаю, что девочку жаль и, может быть, ещё более жаль её мать. Да и героиню-"совратительницу" следовало бы пожалеть, ведь автор рассказывает о её несчастливом детстве, о доме и семье, от которых она бежала во "взрослую" жизнь, где и вынуждена была зарабатывать так, как могла. Хотя и не сказать, что, судя по тексту, у неё это вызвало особые затруднения или терзания. И всё же...

Всё это лишь мои одинокие попытки вызвать в себе те чувства, которые "положено" испытывать. Которые я привыкла испытывать, узнавая о подобном, даже если это чистый романный вымысел. Автор же нисколько не помогает, напротив, он словно отгораживает меня, читателя, от всего происходящего, от персонажей, от их чувств, которые я вроде бы вижу и понимаю, а сопереживания — нет.

Есть прекрасно написанный текст с изумительными яркими и невероятно точными деталями, есть картинка, есть сюжет, есть герои — и непроходимая стена между ними и мной. Не то чтобы я хотела оказаться по ту сторону… Но это очень странное ощущение и понимание. Ощущение холода, холодной описательной точности. Персонажи и их судьбы препарируются, и автор описывает это холодно, и я холодно за этим наблюдаю.

Малоприятный опыт, не говоря о том, что после прочтения хочется... освободиться от всего этого и очиститься, есть ощущение нечистоты и даже мерзости. Хотя никакой "порнографии" в тексте нет, а я не раз читала книги, в которых всё было намного страшнее.

Может быть, именно таков замысел автора: отгородить читателя от происходящего и от самих героев и вызвать чувство гадливости? Не исключаю, что так и есть, хотя... относительно отгородить всё же сомневаюсь. Скорее это особенность автора. Поразительно точный, хирургически точный текст и та отстранённость, которая, наверное, свойственна хорошему хирургу во время операции. Ему не до переживаний, его действия должны быть выверены и точны. Но ради этого ли мы читаем книги?

Кроме того, очень уж неприятный женский (хотя какой там женский, если она практически ребёнок по возрасту!) образ создан автором. Если кто-то и вызывает невольное сопереживание в финале книги, так это герой — тот, который оставил жену и ребёнка, не поддержал жену после смерти дочери, испытывал неукротимую страсть к полуребёнку, пытался застрелить её из ревности… Но именно его автор показывает так, что он начинает восприниматься жертвой. А она — гадюка ядовитая, и нет в ней ничего человеческого!

И вот как хотите, но не нравится мне этот ракурс, совсем не нравится. Хотя встречаются любые гадюки, в том числе и в нежном возрасте. Но её несчастное детство описано настолько вскользь, так… отстранённо, что не вызывает эмоций, а вот страдания бедняжечки практически педофила — в полный рост. Нет, не нравится мне такой подход. Что-то здесь есть глубоко нездоровое уже не только в героях, но и в авторе. Тем более что все мы прекрасно знаем: подобную тему он разрабатывал не единожды.

На общем фоне жертв страстей своих и чужих выделяется один из персонажей — художник, к которому упомянутая выше девица питает страсть и с которым изменяет своему искусствоведу. Этот художник-карикатурист совершенно безжалостная холодная личность, во всём ищет смешное — во всём, но преимущественно в трагичном и болезненном. Ему никого не жаль, он лишь наблюдает и наблюдает радостно — всё это пища для его воображения, материал для работы.

Цитату я существенно сократила, есть там и более неприятные, и более страшные детали. И этот персонаж, по-видимому, может отчасти служить олицетворением и воплощением тёмной силы, которая затягивает в свои сети всех прочих героев книги. Он не создаёт нового, а извращает и глумится над всем вокруг. Очень сильный образ. Сильный и страшный.

Что же касается самого автора, то он меня одновременно восхищает и отталкивает. Для меня Набоков — ледяное и леденящее литературное совершенство. И не мой автор, определённо.

Ах, господин Набоков, ну что же Вы делаете? Ведь это же совершенно невозможно и даже невыносимо — хоть сколько-нибудь внимать сюжетному действу, когда слова Ваши и строки, эпитеты и метафоры, такие выпуклые, искрящиеся, сочные, барабанят по страницам, шуршат, и щекочут, и вздрагивают; когда раскаты и переливы их, шёпот и томленье, тихое ли журчание иль громогласный рокот... Упоительно, и мучительно, и разяще. Совершенно невыносимой бывает красота.

     Красота уходит, красоте не успеваешь объяснить, как её любишь,
     красоту нельзя удержать, и в этом — единственная печаль мира. Но какая печаль!
     Не удержать этой скользящей, тающей красоты никакими молитвами,
     никакими заклинаниями, как нельзя удержать бледнеющую радугу или падучую звезду.

И, читая, чувствуешь себя словно на берегу морском, в ожидании мощной волны: вот, накатило чуток, принесло сладость, но мало, надо еще... вооот, больше волна, больше, сильнее, ну давай же, когда же, и... она! Накрыла с головой, и сразу — кульминация, блаженство, экстаз.

До новых встреч, господин виртуоз!

Изящные произведения Набокова - это всегда беспроигрышный вариант, когда хочется обратиться к интеллектуальной литературе высшего класса. Являясь безусловным мастером искусного слога, Набоков и здесь предъявил несомненный факт виртуозности своего таланта. А поклонники набоковских аллюзий, рефлексий и игры слов получат истиное морфологическое удовольствие. Сборник состоит из двух романов, относящихся к берлинскому циклу, "Король, дама, валет" и "Камера обскура". Оба произведения, написанные соответственно в 1928-м и в 1931-м годах, имеют схожие черты, поэтому было интересно их сопоставить.
"Камера обскура", по сути, предлагает нам достаточно банальный любовный треугольник. Однако в исполнение гениального дирижёра художественного слога типичная история с лёгким душком мелкобуржуазных страстей превращается в яркую психологическую драму. Сюжет этого романа отчасти напоминает небезысвестную всем "Лолиту", написанную гораздо позже; и в процессе чтения в голову не раз приходит сравнение Бруно Кречмара с легендарным Гумбертом. Сюжетная линия "Камеры обскура" мне показалась намного более увлекательной, чем в той же самой "Лолите", хотя филигранность слога сильнее в более поздних произведениях.
Мастеру ярких психологических образов и в этот раз удалось построить серьёзную основу, используя минимум действующих фигур. Казалось бы, в семействе Кречмаров ничто не предвещало. У Бруно и Аннелизы счастливый, размеренный брак. Они любят друг друга и испытывают взаимное уважение. И хотя страсти уже давным давно не кипят - есть любимая дочь, совместные интересы, общие друзья и стабильное будущее, плавно перетекающее в тихую, уютную старость. Но шалунья-жизнь вносит свои коррективы в размеренный ход течения событий, и бьёт пыльным мешком из-за угла по самому уязвимому месту. У Бруно Кречмара этим уязвимым местом оказалась патологическая верность жене. Да-да, он оказался редким, практически вымирающим видом "супруга обыкновенного" - "супругом-ни-разу-не-изменившем-жене". Тут уж если бить - так бить наверняка. Поэтому ничтоже сумняшеся судьба подкинула пятидесятилетнему, ничего не подозревающему Бруно шестнадцатилетнюю, очаровательную в своей юности Магду Петерс. То, что юная прелестница глупа, цинична, эгоистична, корыстна и развратна его совершенно не смущает; он просто пропал в сетях юной плутовки, томно водящей осоловелого от страсти Бруно за нос своими мнимыми добродетелями. Вполне возможно, жар страсти рано или поздно покинул бы разгоряченное ласками тело Бруно Кречмара, и стыдливо покаявшись, он вернулся бы в лоно семьи, если бы не два обстоятельства, позволившим ему и сюжетной линии сойти с накатанной колеи. Во-первых, жена практически сразу узнаёт о любовной связи дражайшего супруга, и уходит от него. А во-вторых, на сцене появляется Роберт Горн - известный художник, первая и единственная любовь Магды Петерс и по совместительству циничный подлец. Талантливо раскрывая нам всю подлую, хамскую, разрушительно-циничную подоплёку любовного треугольника, Набоков наглядно показывает нам трагическое закулисье искалеченных жизней.
"Король, дама, валет" уже названием как бы намекает, что и здесь не обошлось без любовного треугольника. Курт Драйер и его жена Марта берут под семейное крылышко опёку на племянником мистера Драйера, Францем, молодым человеком, прибывшим в большой город из провинции в поисках лучшей жизни. Курт Драйер - типичный представитель твёрдо стоящей на ногах предпринимательской прослойки и по совместительству владелец-коммерсант крупного мужского магазина "Дэнди" - берёт на себя ответственность за трудоустройство Франца приказчиком в своём магазине. Марта, не обременённая детьми и хозяйством, посвящающая дни своему скучающему одиночеству, с радостью берёт на себя заботы о поиске подходящей квартиры для Франца и об её обустройстве. Скорее из-за своей закомплексованной стеснительности, чем из-за искренней благодарности, Франц с безмолвной радостью принимает заботы супружеской четы и постепенно становится вхожим в дом. Курт и Марта довольно своеобразная пара. Их общий принцип - "живи и дай жить другому". Являясь на людях крепко сплочённым семейным союзом, в реальности же они остаются друг другу совершенно чужими. Марта откровенно раздражается мужем, его привычками, его поведением; Курт же, поглощённый работой и находясь в постоянном поиске новых идей, просто не видит очевидных вещей, творящихся у него под носом. А творятся вещи совершенно невозможные. Устав от безделья и отсутствия романтического абзаца в своей тщательно распланированной жизни, Марта решает сделать Франца своим любовником. Честолюбивому юноше это невероятно льстит и добавляет сомнительных пунктов к собственной значимости. Отношения крепнут не по дням, а по часам, встречи любовников на квартире у Франца становятся ежедневными, а возможность быть уличенными в адюльтере добавляют пикантного шарма отношениям. Всё до тех пор, пока Марте не приходит в голову чёткая мысль убрать, в прямом смысле этого слова, Курта Драйера с дороги, ведущей к совместному светлому будущему с Францем; в чём она не применёт незамедлительно убедить молодого любовника.
Пожалуй, фраза "не рой другому яму..." идеально вписывается в общий контекст романа. А если за рытьё ямы берутся два очумелых рукожопа, то ничем хорошим это не может закончиться априори.

Читать Набокова в больших количествах я не могу, это как постоянно есть чёрную икру, запивая шампанским. Привыкаешь, не чувствуешь вкуса. И некоторое время назад я решила сделать перерыв. Вчера чистота эксперимента была нарушена, я взялась за «Камеру обскура».

Жёсткая вещь, но, без сомнений, прекрасная, безумно воздушная, несмотря на специфический сюжет. Я старалась не замечать, что нимфетка Магда уже, как бы, и не нимфетка, девочка повзрослела, хотя успешно продолжает играть в «Лолиту» с короткими красными платьицами и носочками. Но страшно, на самом деле, не это. Пугает то количество взрослых, состоявшихся мужчин, которым для изюминки в сексуальных отношениях нужен ребёнок. Сколько там их было? Кажется, много, я и счёт потеряла. А ведь много раз подчёркивается детсткость облика Магды, да и к тому 16 лет – отнюдь не грань взрослости.

С самого начала Кречмар осознаёт фатальность своего увлечения, но не может сдержаться. Как столь любимые В.В. бабочки, он кружит вокруг источника своего света, теряя при этом всё. По сути он всегда был слепым, не замечая, что происходит вокруг и кто его окружает. Видя нюансы, полутона, тени, он в целом не замечает картины.

Та же история и с Магдой, видя себя гениальной притворщицей и актрисой, она становится всего лишь игрушкой для более опытных кукловодов.

Что удивительно, Горн не вызывает никаких особенно сильных эмоций. Достаточно с него уже того, что для всех в искусстве он останется всего лишь создателем свинки Чипи.

Именно так для себя я назвала этот роман.
Пусть история банальна и стара, как этот мир, но каждый писатель по-разному преподносит своё видение. Некоторых с удовольствием читаешь, от некоторых - плюешься, а другие - оставляют равнодушным.
Магда 16 лет. С детских лет начала зарабатывать на свою жизнь. А чем и как может заработать необразованная, молодая девочка/девушка? Вариантов немного. Магда выбрала быть натурщицей, а после уже и свернула на проститутскую тропу.
Бруно Кречмар, 40 лет. Искусствовед. А еще просто богатый человек. Женат, есть дочь. Но скучно стало. Пузырьков в крови захотелось. И "повезло" ему нарваться на Магду. Он, конечно,надеялся, что это будет короткий забег налево, но влюбился, потерял голову и ситуация полностью вышла из-под контроля.
Горн, карикатурист - мерзавец каких поискать, беспринципный и бесстыжий. Именно он в свое время развратил Магду, а потом бросил.
Просто поразительно как реально Набоков изобразил персонажей. До такой степени все неприятные , мерзостные, просто твари. Будто слизняки в книгу пролезли. Только один симпатичный персонаж в этой книге - это брат Аннелизы - Макс.
Книга просто не оставляет равнодушным. Сплошные потрясения. Вся книга - эмоциональное душетрясение.
До последнего я надеялась, что и Марте с Горном хоть какая-нибудь отдача прилетит... Но увы, это осталось за кадром.
Не знаю, буду ли перечитывать когда-нибудь "Камеру...", но "Лолиту" освежить захотелось.