Краденый город

Вторая часть цикла «Ленинградские сказки». На этот раз угроза черного ворона сменилась совсем другой угрозой: над Ленинградом нависает блокада. Шурка, его брат и сестра живут уже с тетей и все ждут, когда приедет мама...

Мне показалось, что персонажи практически не выросли, хотя прошло уже достаточно много времени. Особенно сам Шурка, да и Бобка будто бы все тот же малыш.

Это все также совсем не детская сказка с детской формой. И на этот раз мне это было уже не слишком по нраву. Как будто в первой части это сработало, а здесь уже нет. При этом посылы у книги достаточно спорные.

В этой книге я не смогла прочувствовать многое, и для этого есть очень четкая причина: когда я читала книгу, мне было максимально не до нее, и, пожалуй, это даже хорошо. Есть в этой книге вещи, с которыми мне совсем не близко. Цикл закрываю.

О трагедии русского народа нужно повторять, писать, рассказывать снова и снова. Сперва революция и навязывание кровавого режима коммунизма, потом тяжелейшая война, затем Перестройка... Наш народ многострадален, на его долю выпало немало. И побеждал в войне именно народ, а не государство, которое просиживало дни в кабинетах, не зная, в отличие от обычных граждан, продовольственного дефицита во время войны. Сталинский режим преступен, это факт, но я не поверил ничему из того, что описывала Яковлева в книге "Краденный город".

В первую очередь я не поверил героям. Они получились неинтересными и предсказуемыми. Но страшнее то, что эти дети не похожи на советских детей. Ощущается, что книгу писал современный автор, негативно относящийся к сталинизму и т. д. Воспитанные в идеализированных фантазиях, дети тех лет никак не могли отстранённо, как бы со стороны давать оценку коммунизму и подобным вещам. Они росли в этом, верили в ложные (не зная, что они ложные) идеалы. Здесь же мы видим каких-то современных критичных и совершенно не восторженных героев. Нет в них вот этого: "Я хочу стать героем", "Я часть советского общества" и т. п. Да, это можно попытаться списать на то, что это дети "врагов народа", что попали в ублюдскую мясорубку сталинских репрессий. Но снова мимо, поскольку эти дети рассуждают, как взрослые, и мы не видим их гражданской позиции. Если уж ненавидеть Сталина за арест родителей, так со всей силой. Но нет, перед нами глуповатые дети с убогим эмоциональным интеллектом. Автор не описывает их эмоции, чувства и мысли, которые касались бы родителей. Тут просто есть данность: их родителей арестовали, а они шляются по Ленинграду и по большой части бесцельно.

И здесь мы приближаемся к теме блокады.
Я не увидел советских граждан от слова "совсем". Все персонажи книги противны и даже отвратительны. Яковлева нарочно даёт им неприятные описания, как бы показывая, что вокруг, скажем так, фрики. Тут мы подходим к вечным ценностям — люди разные, нельзя всех под одну гребёнку. В книге "Краденный город" все ленинградцы — биомасса. Да и главные герои не слишком выделяются.

Никакого ощущения безысходности и страшного голода. Герои будто живут в параллельной вселенной. Блокада где-то там, а тут человек, жующий хлеб с повидлом на сеансе кино (откуда повидло?).

Ситуации, в которые попадают герои, по большей части скучны и не имеют толкового развития. Никто из них не был на волосок от смерти. Бурлит живот и всё на этом.

А ещё эти имена... Шурка и Бобка. Что такое "бобка"? Имя Боб не славянское и едва ли так назвали дитё в СССР. А почему все (вообще все) называют Александра Шуркой? Так разве бывает? Не думаю.

Временами красивые описания Ленинграда не смогли сделать из книги достойное произведение. Вторая часть и вовсе читалась с трудом, поскольку надоела не детская, а основательная тупость героев и эта безликая биомасса вокруг.

Немного похоже на «Дом странных детей», но, наверное, круче. Потому что дети не странные — обычные дети, и монстров нет — обычные люди... А смерть — это король игрушек, потому что он превращает людей в кукол. Хотя он сам говорит, что он не смерть.

В этих книгах два уровня объяснения событий: реальный и мистический. Девочка Таня в реальном мире болеет тифом, а параллельно отправляется в страну мертвых Туонелу, чтобы вытащить оттуда младшего брата. Как в «Щелкунчике»: Мари была свидетелем страшной битвы и путешествовала по волшебной стране, а наутро скучные взрослые говорили, что это глупые выдумки — ей просто приснилось.

Сплетение реальности и фантазий — благодатная основа для метафор. Люди, чьих родственников забрал Чёрный Ворон, становятся невидимы для других. Дети попадают в детские дома и становятся детьми Ворона. Ворон — друг детей. Потому что Бармалей любит маленьких детей.

Любопытно, что главные герои цикла обходятся без визуальных портретов. Без всех этих чёрточек, оживляющих лицо, позволяющих себе представить персонажа. Они и без того достаточно живые. Как дети из сказок — или с соседней улицы.

Очень качественный текст, особенно во второй книге. В некоторых фрагментах мне не хватало логической стройности: не все детали для меня укладывались в общую схему. Но это возмещается атмосферностью вымерзшего и вымершего города, мстительно уничтожающего своих жителей, и яркостью отдельных сцен и картинок. Игрушечный мишка влезает в висящий на стене натюрморт в золочёной раме и приносит оттуда грушу — для маленького мальчика, умирающего от голода. Груша немного пыльная, но очень сочная. А мишка когда-то давно хотел сделать то же самое для маленькой девочки, но не решился нарушить законы мира, и девочка умерла — а в этот раз мишка сделал, да. И мальчик выжил.

Тут и документальные детали, знакомые по многим рассказам переживших: потеряли хлебные карточки, обменяли плитку шоколада на плитки столярного клея, сварили из клея холодец; и весомый подтекст: город уничтожает своих новых жителей, потому что они когда-то уничтожили прежних; деревенский колдун оборачивает людей в животных, потому что животным легче пережить то, что невыносимо терпеть людям. Темы очень неоднозначные, достаточно болезненные, поэтому подход автора может кого-то задеть.

Мне книга очень понравилась. Подробности которые описывает Яковлева я читала и смотрела до этого только в документалистике, и это было страшно. Подвиг который совершили люди в блокаду очень велик, и никто с этим не поспорит. Книга мне очень понравилась. Гораздо больше первой части.
Не знаю поймут ли современные подростки всё что описывает автор, но я, т.к была знакома с этой темой, прочувствовала каждое слово, каждый знак препинания. Страшная книга, очень очень страшная, но такая нужная.
Невероятная книга. Рекомендую всем для прочтения. Но сначала изучите другие книги, статьи и фильмы о Блокаде. Не начинайте знакомство с темой блокады с этой книги.

«Краденый город». Вторая книга цикла. 1941-й год. Блокада Ленинграда, опять же, показанная глазами детей. Детский, не все понимающий взгляд спасает книгу от излишней натуралистичности и безысходности. А нам, взрослым читателям, вполне достаточно того, что мы видим глазами Тани, Шурки, Бобки. И мы ведь, в отличие от героев книги, прекрасно знаем, что будет с городом дальше…
Тетя Вера идет работать в госпиталь. Дядю Яшу забирают на фронт. Из-за происков зловещего черного ворона и его верных слуг главные герои не эвакуируются и остаются в Ленинграде. И свято верят, что врагу их город не по зубам.
Но из репродуктора то и дело слышатся плохие вести об оставленных Красной армией городах… А потом прилетают вражеские самолеты и начинают бомбить город… и идут артобстрелы… И во всех магазинах вдруг заканчивается провизия… и хлеб продают по карточкам, то и дело уменьшая норму…

Про блокаду я до этого момента не могла спокойно читать художественную литературу. После «Блокадной книги», после дневников Лены Мухиной и Тани Савичевой и другой документалистики, у меня не получалось читать художественное, вымышленное на эту тему. Все казалось надуманным, фальшивым, пафосным… А вот «Краденый город» читается спокойно. Читаешь и веришь. Это честная книга.

В этой книге дали слово всем. Вот правда, несмотря на 12+, в этой книге о блокаде есть все, что в ней было на самом деле. Завуалировано, да. Но оно есть. И человек, который пытается выкупить у детей их собачку, чтобы ее съесть. И людоедка, которая заманивает Шурку в квартиру и ставит на огонь большую кастрюлю воды, и мы понимаем, зачем ей мальчик, но все выглядит так, как будто это не реальная женщина, а какая-то сказочная баба Яга.
И люди, опустившиеся от голода до животного состояния, готовые лакать на четвереньках из собачьей миски. И люди, готовые за еду – воровать и убивать. И люди, везущие на санках мумий, завернутых в простыню. И люди, «спящие» на ступеньках. И мальчик, выкидывающий пряники в мусорную урну, еще до блокады. Читатель подумает: «Эх, ну что же ты?!». Читатель-то знает, что будет дальше. А вот герои не знают, они смотрят на происходящее в свете своих прежних, довоенных знаний о мире. Да, хорошо, что это сказки. Ленинградские сказки. Иначе вряд ли Таня, Шурка и Бобка смогли бы выжить.

Чтобы понять «Ленинградские сказки», вовсе не нужно быть начитанным или интересоваться историей. Этот цикл – и про сталинские репрессии, и про блокаду, да. И в то же время просто – о приключениях трех детей в городе, переживающем нелегкие времена.
Есть в «Ленинградских сказках» что-то геймановское. Говорящие птицы и крысы. Оживающие игрушки. Глаза и уши, вырастающие из стен и наблюдающие за всеми и каждым. Улицы, потерявшие свои прежние имена. Злое, мыслящее и действующее пространство. Город, роняющий на людей колонны, убирающий арки и двери с их пути, заманивающий в ловушки, стремящийся убить.
Написано невероятно реалистично. И в то же время – сказочно. И эта сказочность выводит книжку на другой уровень. Ты не ищешь скрупулезно между строк, не переврал ли автор исторические факты, было ли на самом деле в те годы – вот именно так. Потому что автор сразу дает понять: это не попытка описать в точности то, что было тогда. Это «вариации на тему». И, надо признать, очень сильные и достоверные вариации.
Как здорово, что в цикле целых пять книг. Как жаль, что пока изданы только две. Не терпится узнать, что будет дальше.

Было очень интересно, что сказочного Ю. Яковлева добавит в историю блокадного Ленинграда. Вообще мне поначалу казалось, что сказка и судьбы миллионов людей в блокадном городе плохо сочетаются. Но автору это удалось - создать страшную сказку.

Июнь 1941 года. Главные герои отдыхают на каникулах: Таня встречается с подругами, Шурка гуляет по городу, Бобку собираются отправить с садиком на дачу. Но такая размеренная жизнь обрывается, когда из репродукторов сообщают о том, что началась война. Паники нет. Люди уверены, что война продлится недели две, но вокзалы переполнены уезжающими в эвакуацию. Так Шурка встречается с женщиной, которая за адрес их тёти Веры дарит ему потрёпанного медвежонка…

Первая половина книги рассказывает о жизни людей в Ленинграде с начала войны и жизни в блокадном городе. Эта часть книги ничем не напоминает сказку. Наоборот, всё реалистично: бомбёжки, разрушения, очереди за хлебом, хлебные карточки, голодные лица, мертвецы, которых везут на санках, смерть. С губ прохожих срывается единственное слово: «Сдохнуть…» Детям тяжело, и они откровенно задаются вопросом: «За что нам это?»

Во второй части книги начинаются жуткие сказочные приключения. Дети попадают в загробный мир. Нева делит Ленинград на две части: реальный мир и загробный, Туонелу. Герои оказываются в загробном мире, туда их приводит тот самый медвежонок, которого Шурка получил за адрес своей тёти. Здесь дети и получат ответ на свой вопрос: это они, их родители, бабушки и дедушки виноваты в том, что случилось. Это они заставили страдать, мучиться от голода и холода тех, кто жил в городе до 1917 года. Это они «украли» город у прежних, законных, жителей. Теперь пришёл их черед испить чашу страданий. Вот так, по мнению автора, оказывается, ленинградцы сами виноваты в том, что их город оказался в кольце блокады.

Может, моё сознание тоже «обработано» семьёй, школой, университетом, но у меня укоренилась мысль о том, что Ленинград – это город-герой, и жители его героически выжили в осаждённом блокадой городе. Когда говорят о Ленинграде, у меня возникают мысли о детях, подростках, которые по ночам дежурили на крышах, чтобы погасить «зажигалки»; которые работали на заводах, едва доставая до станков. Да, бывало всякое. Жители блокадного Ленинграда вспоминают жуткие подробности тех дней. Но всё же боролись люди, как могли, и каждый вносил свой вклад в общее дело. Почему-то герои книги никакой работой не обременены. Наоборот, то их соседка подкармливает и печь им растапливает, то им посылка внезапно вернётся, а в ней и печенье, и шоколад. Словом, сказка!

В сказках обычно счастливый конец. Вряд ли герои будут счастливы, ещё выпадут на их долю испытания. Но надежда есть.

Наскільки мені цікава тема війни у літературі,а особливо дітей,які в ній постраждали,настільки не сподобалися ці книги.І в грі випала друга,то для розуміння читала ще й першу.

Перші дві із серії "Ленинградские сказки" розповідають про дітей,у яких Чорний Ворон забрав батьків -ворогів народу.І ці діти-самі блукають містом.Вони хочуть до мами,але опиняються в тітки .Це настільки страшно та моторошно,бо навколо голод,холод,недоброзичливі люди .Діти абсолютно незахищені .Вони зустрічають дивного чоловіка і крізь усю розповідь відчувається лютий холод і тривога.

Книга, описывающая начало ВОВ и последующую блокаду Ленинграда. Повествование ведется от лица детей. От этого жуткая история войны становится еще страшнее. Голод, холод, болезни - я даже представить себе не могу, как люди выживали! Я, чуть почуяв голод, бегу к холодильнику и у меня есть возможность выбрать все, что я хочу. А блокадники выживали на одном кусочке хлеба в день, им приходилось питаться даже собаками и крысами. От этого сердце еще сильнее сжимается и трудно сдержать слезы. А дети!? В книге они стойкие маленькие солдатики, еще верящие в сказки, но уже понимающие все сложности жизни. Спасибо таким авторам и таким книгам, что они не позволяют забывать каким адом были эти дни, какими жертвами досталась им свобода и мирная жизнь. Подрастающее поколение должно это знать и помнить и, самое главное, быть благодарным.