За окном жил и дышал тот мир, который годами открывался мне только со стороны, а сейчас я находилась на Земле. Но уже знала, что больше сюда не приду. Отпущенный мне срок я потратила на любовь – против нее я оказалась бессильна, как не была бессильна даже перед лицом смерти; это было бессилие всего сущего, темный багрянец человеческой слабости, движение вслепую, когда на ощупь огибаешь углы, чтобы раскрыть объятия свету, - все, без чего не бывает открытия неизведанного.