Dubliners

Он был достаточно стар, что бы угадать единственную причину ее любезности, но достаточно молод духом, что бы не упустить момент.

("Мать", с. 186)

...свои романтические порывы умеряла тем, что потихоньку объедалась восточными сладостями.

("Мать", с. 176)

И до нас приличные люди пивали из бутылок.

("День плюща", с. 166)

Как тебе понравится лорд-мэр города Дублина, который посылает в лавку за фунтом мяса. Вот тебе и жизнь на широкую ногу!

"Как тебе новый хозяин, Пэт? - говорю я ему. - У вас, как видно, не очень-то весело", - говорю. "Весело, - говорит он. - Обедаем в приглядку"

("День плюща", с. 165)

Что бы там не говорили, сказал он, а в старину жили лучше, и музыки нет лучше, чем добрый старый Балф; слезы застлали ему глаза, и он никак не мог найти того что искал, и поэтому спросил жену где штопор.

("Земля", с. 138)

А уж до чего же я рад, что попал на родное пепелище!

("Облачко", с. 101)

Здоровье откровенно и грубо цвело на лице, на толстых румяных щеках и в беззастенчивом взгляде голубых глаз.

("Два рыцаря", с. 79)

Вилонна был в хорошем настроении потому что очень недурно позавтракал, к тому же он по натуре был оптимист.

("После гонок", с. 63)

... и по этому каналу нищеты и застоя континент мчал свое богатство и технику. То и дело раздавались крики угнетенных , но признательных ирландцев.

("После гонок", с. 62)

Сначала ей просто льстило, что у нее появился поклонник, потом он стал ей нравится. Он столько рассказывал о далеких странах.

("Эвелин", с. 58)

Это была седая сварливая старуха, вдова ростовщика, собиравшая для какой то богоугодной цели старые почтовые марки.

("Аравия", с. 51)

У меня не хватало терпения на серьезные житейские дела, которые теперь, когда они стояли между мной и моими желаниями, казались мне детской игрой, нудной, однообразной детской игрой.

("Аравия", с. 50)

Становилось душно, в окнах бакалейных лавок выгорали на солнце заплесневевшие пряники.

("Встреча", с. 39)

Я возразил, что мальчики слишком маленькие, и мы пошли дальше, а оборванцы кричали нам вдогонку: "Нехристи! Нехристи", думая, что мы протестанты, потому что Мэхони, у которого было смуглое лицо, носил на шапке значок какого то крикетного клуба.

("Встреча", с. 38)

Никто бы ведь и не подумал, что он в гробу будет так хорош.

("Сестры", с. 30)

Да, что ни говори, а нет другой такой женщины, как парижанка, - по остроумию, по шику.

Хорошо мужчине: позабавился и пошёл своей дорогой, будто ничего и не было, а девушке приходиться принимать всю тяжесть вины на себя.

В нем кипела затаенная злоба и желание отомстить. Он чувствовал досаду и унижение, он даже не был пьян, в кармане у него оставалось только два пенса. Он проклинал все на свете. Он нажил неприятности в конторе, заложил часы, истратил все деньги и даже не напился как следует.

Его жена была маленькая женщина с востреньким личиком, которая изводила мужа, когда он был трезв, и которую изводил он сам, когда он был пьян.