After The Quake

Удивительно, насколько природные катастрофы действуют на людей, даже тех, кто узнал о них из телевизионных новостей.
Перед нами шесть рассказов об одиноких по разным причинам, недопонятых окружающими людях, в душах которых землетрясение в Кобэ стало отзвуком собственной жизненной катастрофы. Не только Сацуки из рассказа "Таиланд" носит в душе камень, втайне надеясь, что виновник ее беды погиб в Кобэ во время землетрясения. В каждом рассказе герой скрывает в своей душе горестную историю, переосмыслить которую его заставляет известие о жертвах полуразрушенного в феврале 1995 года Кобэ. Так , в рассказе ""В Кусиро поселился НЛО" от главного героя жена ушла через пять дней после землетрясения, чувствуя, что ее семейная жизнь пуста. До ухода она "пять дней подряд не отходила от телевизора. Молча всматривалась в руины больниц и банков, выгоревшие торговые кварталы, перерезанные автострады и железные дороги..." Она всегда тяготилась столичной жизнью, скучала по родителям и сестрам, живущим провинции и частенько навещала их, но всегда возвращалась обратно. Но после катастрофы, унесшей много жизней, решила покончить с браком и городской жизнью навсегда. То ли, поняв, как хрупка человеческая жизнь, решила разделить судьбу с теми, кому по-настоящему была дорога, то ли мечтала о том, чего не мог дать вполне положительный и внешне привлекательный, но поверхностный супруг, которому только и осталось, что рефлексировать на обломках разрушенной семейной жизни...
Фобиям, возникшим после землетрясения посвящены три рассказа - "Медовый пирог" , "Дружище Квак спасает Токио" и "Пейзаж с утюгом". Но если девочку Сару, которой в кошарах снится дядька-землетряс,есть , кому спасти и успокоить., то одинокому трудоголику Катагири приходится труднее: его фобии, видимо, тщательно "задавленные и скрываемые даже от самого себя, "выстреливают" настоящим помешательством. Он видит двухметровую лягушку - Дружище Квака, решившего вступить в смертельную схватку с Дружищем Червяком, который, в свою очередь, хочет уничтожить Токио, устроив под ним еще более страшное землетрясение, чем в Кобэ. Миякэ, то ли ушедший из семьи (жены и двоих детей, живших в районе Кобэ, наиболее пострадавшем от землетрясения), то ли спасшийся один из всей семьи, утратил тягу к жизни, и все, что его держит на свете- странное хобби - разжигать на побережье костер из плавника. Пока горит огонь, он может чувствовать себя в относительной безопасности, но в снах его преследует один и то же кошмар: он "умирает во сне - в кромешной тьме, жуткой и медленной смертью", задыхаясь в несуществующем холодильнике. Дзюнко, тянущаяся к этому странному человеку, понимает: "Пожалуй, я вряд ли смогу жить с этим человеком..., вряд ли смогу проникнуть в его сердце. Но умереть с ним вместе у меня получится..."
Пожалуй, самый недосказанный, открытый финал у рассказа, давшего название сборнику " Все божьи дети могут танцевать". Выросший в неполной семье одинокой матери, ушедшей в религиозную деятельность, Ёсия часто испытывал к матери странные противоречивые чувства, перерастающие в неприязнь к ней, думал о своем биологическом отце, не поверившим, что ребенок родится именно от него. Не имея перед глазами положительного примера, не мог (или не хотел) строить серьезных отношений с девушками. И вот мать, отправилась в очередное паломничество в Кобэ. И в это время Ёсия вдруг решил, что случайно встретил наконец -то, своего биологического отца, "опознав" его по отсутствию мочки правого уха. Преследуя мужчину, он оказывается на пустыре, где вдруг начал танцевать, пока "не ощутил себя на самом дне земли, по которой ступал уверенным шагом. Там раздавался зловещий рокот глубокого мрака, струился неведомы поток человеческих желаний, копошились скользкие насекомые. Логово землетрясения, превратившего город в руины. И это всего лишь одно движение Земли... Он думал о матери в разрушенном городе", считая, что, если землетрясение - возмездие за грехи, то "город должен был рухнуть вокруг него". "Боже,-" вырывается у Ёсии призыв к Богу как к единственному Отцу, который может его понять и принять со всеми его недостатками...
Итак, рассказы о добре и зле, которые люди могут "до бесконечности передавать друг другу как некую "неощутимую субстанцию", о хрупкости человеческого бытия и нерушимой памяти сердца, действительно, в какой-то момент заставляются задуматься о смысле жизни.

Никогда прежде я не читала ничего у Мураками, да и не собиралась. Книгу мне подарили.

Мураками говорит о самых первых и самых фундаментальных темах: сексуальности, боязни смерти и жизни (!). И эта сексуальность трагична, рыхла и не является чем-то оформленным. Все эти рассказы – человеческие маленькие трагедии, причем трагедии очень простые, иногда их можно назвать примитивными.

Мне понравилось, что последний рассказ закончился хорошо. Иначе эти рассказы нельзя было бы читать девочкам до тридцати, слишком уж все конфликты, которые происходят в этом сборнике, слабые и безвыходные.

Наверное, многим, как и мне, нравится неспешный стиль повествования Мураками. Привыкаешь к героям, переживаешь с ними успехи и неудачи. Все это характерно для романов Харуки, но никак не к его коротким рассказам. Он не Акутагава, который полностью выжимал сок из своих новелл, делал их законченными и в, тоже время, открытыми для размышления. Рассказы, самый популярный японский писатель, пытается строить так же, как и романы. Но, почему-то, сам не осознает, что читатель не успев привыкнуть к происходящему уже переворачивает последнюю страницу новеллы.
Читая первый рассказ этого сборника, подумал, что "все как обычно". Но приятно удивило, что от рассказу к рассказу мой интерес возрастал. "Безликие" первые две части продолжаются неплохим рассказом "Тайланд". Видимо, именно Нимит был прообразом помощника госпожи из романа 1Q84.
Заканчивается сборник неплохим "Кваком" и, скорей всего, лучшим коротким рассказом Мураками. Последняя история имеет логическое начало и конец. Читая никак не мог понять, как Харуки пересилил себя и написал "роман в новелле". Ведь своими рассказами подогревает интерес к новому роману, а тут завершенный и интересный рассказ.
Вообщем, сборник неоднозначный. Но, все же, Мураками, в отличии героя последнего рассказа - Дзюнпея, автор романов, но никак не новелл.

Пожалуй самый любимый мой сборник у этого автора.Все рассказы объединены общей тематикой - землетрясением в Кобэ,пожалуй это все что их объединяет.Во всем остальном сборник как сборник.Кто знает как пишет Мураками поймет.Не знаю почему именно этот любимый,наверное из за рассказов Пейзаж с утюгом и Медовый пирог.Эти рассказы почему то зацепили,сцена с горящим костром в Пейзаже с утюгом очень завораживает,складывается ощущение что ты сам стоишь напротив костра и вглядываешься в языки пламени...Наверное есть что то из моего прошлого что заставляет любить этот рассказ.Что касается второго то он не очень оригинален.Много в сюжете рассказа из других романов и рассказов,но все равно чем то зацепило.В целом сборник на любителя,читается просто и легко,а из за объема еще и быстро.В любом случае даже если останетесь недовольны много не потеряете.

Книга, рассказывающая о том, как катастрофа, случившаяся в стране, оказывает болезненное воздействие, эмоционально затрагивает ее жителей. Серьезная встряска, которую получили герои рассказов после землетрясения в Киото, подобно любой шоковой ситуации вскрывает нарывы, позволяет переосмыслить свой жизненный путь, задуматься о смерти и даже приводит к сумасшествию. Много читала отзывов об этой книге, что она слабая. Совершенно не согласна. Каждый рассказ о собственной боли, но вместе их объединяет оплакивание страданий страны и населения. Да, здесь нет явных заламываний рук, и все это скрыто под покровом серой рутины, однако именно эту способность писать жизненно о важном я особенно ценю в творчестве этого автора. Предпочитаю, конечно, романы рассказам, но в данном случае получила большое удовольствие от прочтения, так как все произведения логично завершены и не оставляют после себя ощущения "огрызков" без начала и конца. А общая канва позволяет воспринимать их как главы одного романа.

«Я гонялся за хвостом мрака, сидящего во мне самом.»

​

И снова я штурмую тяжелый для меня жанр повествования – рассказ. И не зря - очень хороший сборник!)

​

Правда, мне кажется, я потеряла объективность, читая Харуки Мураками, потому что влюбилась в его стиль письма! Но это не отменяет того факта, что сами истории по сюжету и наполненности очень хороши!

​

Будьте готовы к некоторым невероятным странностям типа двухметровой лягушки, сражающейся за благополучие Токио; к слезливо-трогательным рассказам о предприимчивых медведях; к первобытно-таинственным костровым посиделкам и к секретно-пророческим уголкам Тайланда.

​

Ощущения от прочтения остались самые теплые) Я советую эту книгу тем, кто хочет посмотреть на мир слегка поверх привычного прагматизма)

​

Мораль: мы можем побеждать даже во сне!

К сожалению особого восторга и удовольствия мне так и не посчастливилось испытать. Всего 6 коротких рассказов, которые не связаны между собой, хотя в каждом упоминалось землетрясение в Кобэ. Из этих шести понравилось мне только два "Таиланд" и "Медовый пирог". Остальные, по моему мнению, нуждаются в предыстории или продолжении.
Таиланд
Размеренная история о молодой бизнес-леди Сацуки, которая отправилась в отпуск на курорт. Желая отдохнуть морально и физически, она случайным образом обрела путь исцеления своей души.
Медовый пирог
Любовный треугольник - знакомая ситуация. Но понравилась совсем не эта история. А сказка для маленькой девочки про медведя Масакити, который продавал вкусный мёд. Но у которого совсем не было друзей, ведь он был не обычный медведь. Он умел говорить и даже считать деньги, и поэтому медведи не признавали его, как впрочем и люди. Но вскоре он обрел хорошего друга, тоже медведя - Тонкити, который был отменным рыболовом.