Продолжаю изучать исторические хроники Шекспира в связи с непреходящим интересом к истории Англии. История Англии периода жизни короля Генриха VI – это Столетняя война с Францией и междоусобная война Алой и Белой розы. Два длительных военных конфликта, внутренний и внешний, накладываются на время жизни Генриха, долгие напряжённые, кровавые, изматывающие годы, когда одна война подталкивала другую.

Годы жизни Генриха VI (1421-1471) были в гуще этих войн, вокруг него переплетались интриги, кровопролитие, непримиримость, предательство – всё это бушевало вокруг короля. Но Генрих странным образом оставался безучастным, слабовольным, зависимым, порой он просто впадал в прострацию, в ступор, без движения, без речи, впадал в странное состояние, похожее на кататонию либо каталепсию, не реагировал ни на что. В конце концов, он был признан безумным. Безумец среди безумных войн и безумной борьбы за власть. В пьесе Шекспира, кстати, нет и намёка на безумие Генриха, хотя он и выглядит довольно вялым.

Драматизма в период царствования Генриха VI было столько, что хронику истории этого короля Шекспиру пришлось разделить на 3 части. Хотя периодичность по годам очень условная. Я ещё не читала 2 и 3 части, но судя по первой, Шекспир спрессовывает годы и события, меняет их хронологию местами, интерпретирует их в сторону от реальных исторических данных, добавляя вымышленные сцены. Так, например, Орлеан никогда не был в руках англичан, они лишь вели его долгую осаду, которую сняла Жанна д Арк, в пьесе же Орлеан переходит из рук в руки англичан и французов.

И вообще, данные исторической науки по состоянию на нынешнее время и исторические хроники Шекспира – это, как говорится, две большие разницы. Стоит только вспомнить один яркий пример – с Ричардом III, сегодня-то всем известно, что это шекспировское исчадье ада, горбун кровавый, на которого в тюдоровскую эпоху навешали все ужасные преступления, какие только можно, вовсе не был горбуном, как мы узнали благодаря археологическим находкам, и он во многом реабилитирован, и внешность его и поступки и мотивы были, может, не безупречны, но вполне в обычае своего времени. Однако образ чёрного злодея, созданного Шекспиром, завораживает. Такова магия театра. Плюс необходимая лояльность тюдоровскому режиму, цензура не в наши дни изобретена.

Поразительно, но мы, отстающие от изображённого исторического времени на 6 веков, лучше представляем, что там могло происходить на самом деле, чем современники Шекспира, которых отделяло примерно века полтора.

Вот и по рассматриваемой пьесе однозначно не следует изучать историю Столетней войны в период Генриха VI. Но и страстных монологов, афористических выражений, мощных архетипов я в ней тоже как-то не усмотрела.

Больше всего мне понравилась сцена, когда Йорки и Ланкастеры, споря и переругиваясь в саду, срывают каждый себе розу с кустов – одни белую, другие алую, как эмблему своих притязаний и приверженства, хотя они тут и бранятся, но вышло очень поэтично.

Весьма энергично показаны раздоры лордов, стремящихся захватить побольше власти при младенце – короле.

Но больше всего озадачивает образ Жанны д Арк, нарисованный английским драматургом, – ведьма, призывающая тёмные силы, насылающая колдовство, силой которого с её приходом англичане вдруг перестали побеждать, и не девственница она вовсе, а распутница, и отказалась от своего отца-крестьянина, намекая, что она – бастард знатного вельможи. Скользкая она какая-то получилась, непривычно такую Жанну встречать в литературе, она прочно закрепилась в сознании, как святой символ Франции. Впрочем, у Вольтера в Вольтер - Орлеанская девственница было и покруче.

В целом эта пьеса не настолько философична и образна, как другие пьесы из той же серии исторических хроник. Некоторые исследователи даже предполагают, что Шекспир не писал новую пьесу, а переделывал уже чей-то существующий вариант, что вполне допускалось в елизаветинском театре. Во всяком случае, это его ранняя пьеса, написанная в молодые годы, уступает более поздним.

Не останавливаясь на сонетах, я продолжила изучать работы Уильяма Шекспира с не меньшим интересом и пылом.

Пьеса У. Шекспира "Король Генрих VI" была написана в 1590-1592 гг. Ее события происходят в период войны Англии с Францией и в начале войны Алой и Белой розы, приведшей к разгулу феодальной анархии и к неисчислимым бедам. Безвольный, неспособный править страной король Генрих становится игрушкой в руках своей властолюбивой жены - королевы Маргариты и ее любовника - герцога Суффолка...

Я начала читать его пьесу о Короле Генрихе, которая образует цикл в цикле. Основной цикл – Хроники, а про Генриха шестого – трилогия.

Знаете, если бы мне кто-то сказал пару лет назад, что я таким горящим интересом и жадностью, буду читать пьесы, да еще и Шекспира, то я бы ни за что не поверила. Но как говорится – чему быть, того не миновать. Увлеченность Уильямом Шекспиром и меня не обошла стороной.

Я пока не могу сказать, что это мой любимый автор, что я в полной эйфории от его произведений, но меня весьма радует, что я приобщилась к огромному пласту культуры и знаниям, что изучение его идет невероятно легко и увлекательно, а самое главное, еще один страх перед фундаментальностью великих произведений повержен.

Данная книга рассказывает взглядом Уильяма Шекспира о событиях начала войны Алой и Белой розы, о храбрых рыцарях и том, как испокон веков нужно было тонко играть в политические игры, плести паутину интриг и подчинять своей воле самого Короля. Пока что, знакомство с этой трилогией и с этой книгой приносит мне очень приятное удовольствие, легкость и какое-то даже четкое распределение исторических фигур по полочкам и своим местам.

Сразу скажу, что не нужно воспринимать данный цикл как нечто супер достоверное и историческое. Да, Шекспир излагает все по меркам событий истории, но и он не лишен предвзятости и любви к Англии. А как известно, если человек настоящий патриот и рассказывает что либо от лица своей родины – это уже ненадежный рассказчик. Произведение относится скорее к более художественному пересказу, нежели к правдивой хронике исторических событий и людей, что тогда жили.

________________________________ Минусы, недочеты и последнее слово: ________________________________

Тем не менее произведение мне понравилось, было динамично, погружающе, со сплетением тонких интриг и заговоров. Были и полюбившиеся герои, и те, кто вызвал жгучее отвращение. Под соусом и подачей Шекспира, один из благородных и исторически значимых персонажей, читателю преподносится как некто совершенно недостойный, порочный и падший до низов дьявола. Трилогию обязательно продолжаю читать и большие перерывы между книгами делать не собираюсь.

Пусть облекутся в траур небеса И ночью день заменится! Кометы, Что времена и царства изменяют, Хрустальными косами потрясая, Враждебные светила покажите, Решившие, чтоб умер Генрих пятый. Он слишком был для долгой жизни славен: Мы короля такого не теряли.

Как я понял, эта пьеса у Шекспира из ранних, – и, честно говоря, другим его пьесам из того же цикла «Исторических хроник» она, я бы сказал, уступает. Менее стройное, чуть более скомканное в плане цепи событий повествование, больше расхождений с историческими фактами, чуть меньше накала страстей. Хотя – всё познаётся в сравнении, и если бы сравнивать мне было не с чем, то я сказал бы, что пьеса однозначно гениальна, и когда поздние произведения творца лучше ранних, это всяко лучше, чем когда наоборот (да, только что я выступил в роли Капитана Очевидности). Лучше всего в этой пьесе, как по мне, оплакивание в самом начале Генриха Пятого (шекспировского любимца среди английских королей – и, будем честны, одного из моих любимцев тоже) – и гибель на поле боя отца и сына Тальботов (вот их предсмертное прощание, как по мне, было на уровне лучших – более поздних – шекспировских пьес). Ещё – да, поначалу (и почти до самого конца) здесь была очень даже хороша Жанна д’Арк. В конце Шекспиру, конечно, пришлось её очернить, сделать блудницей, продавшей душу тёмным силам ведьмой и заставить в попытке спасти свою жизнь отречься от родного отца (но это и понятно – никак нельзя было английскому драматургу, описывая войну Англии с Францией, выставить француженку героиней и святой, даже если бы он вдруг этого и хотел), но большую часть пьесы она здесь едва ли не самый разумный и рассудительный (и смелый – но смелых здесь хватает) персонаж. Да, в конце это объясняется покровительством тёмных сил – но только в конце. И флирт Жанны с французским дофином, и его в неё влюблённость мне тоже очень даже зашли. В конце, конечно же, снова выяснилось, что если Жанна блудила, то далеко не только с дофином, но это снова-таки в конце. А вообще, мне нравится и кажется вполне логичной (куда более логичной, чем покровительство хоть светлых, хоть тёмных сил, научивших простую необразованную крестьянку владеть мечом и заставивших дофина и прочую французскую знать в неё уверовать) идея о том, что Жанна – бастардесса королевских кровей. Тогда не вызывают вопросов и её познания в ратном деле и езде на боевых конях, и понятно, почему дофин и иже с ним к ней прислушивались. И – если вернуться к пьесе Шекспира – снова-таки не вызывает вопросов желание дофина на ней жениться. Если на самом деле она ему кто-то вроде кузины – почему бы и да? В общем, мне правда жаль, что у Шекспира Жанна в итоге всё-таки крестьянка-ведьма. Лучше бы была бастардесса. Хотя – как уже писал – да, я правда всё понимаю. И на самом деле к Жанне д’Арк я всегда был довольно равнодушен – наверно, и правда потому, что в случае с Англией и Францией мои симпатии всегда помимо воли остаются по другую сторону пролива. В шутке доля шутки, ага. Ну, и здесь на сцене появляется прекрасная Маргарита Анжуйская, и в неё с первого взгляда влюбляется взявший её в плен граф Саффолк, но, понимая, что женат, а быть всего лишь его любовницей принцесса Маргарита не заслуживает, сватает её королю Генриху Шестому. И это, разумеется, только начало их (разумеется, трагической) истории.

За Суффольком победа! Он стремится, Как в Грецию – Парис, надеясь так же Стяжать любовь, но с большею удачей, Чем выпало троянцу. Маргарита, Как королева, будет править мужем, А ею, им и государством – я.

И спорящие о том, кто должен занимать английский трон, лорды прикалывают к груди алые розы Ланкастеров и белые розы Йорков. И это – начало ещё более трагической истории.

Предвижу я, что этот спор в саду, На партии нас в Темпле разделивший, В войне меж розой алою и белой, Жертв тысячи в могильный мрак пошлёт.