Нет на свете ничего такого, к чему двое относились бы одинаково.

«Можно научиться чему угодно, если приложить достаточно усилий.»

«Люди вряд ли более таинственны или более привлекательны, чем моллюски».

Он однажды написал, что роман — «лишь кладовая для всех тех важных вещей, которые автор не в состоянии использовать в реальной жизни».

Задача писателя - своим воображением, своим художественным вымыслом, своими личными и живыми чувствами оживить и личные воспоминания каждого читателя.

Немало супругов живут вместе, понимая, что не любят друг друга. Немало и таких, кто так никогда этого и не понял. А сколько людей прозревают как раз тогда, когда больше всего нуждаются в любви!

- Я люблю тебя, - сказала она.

• Да, да, - нетерпеливо произнёс он, - я тоже тебя люблю! Но потрахаться можно и в другой раз. А сейчас ты скажи мне: как тебе мой рассказ?

Среди людей, неспособных высказать, что у них на душе... вечно происходят самоубийства.

Можно быть знакомым с человеком всю жизнь, но так и не стать его другом.

«У нее было чисто писательское чувство бессмертия: пока твои работы в типографии и на книжных полках, ты жив.»

«Уже сама по себе человеческая сексуальность превращает в фарс любые серьезные намерения»

«Ведь худшие из преступлений как раз преднамеренны?»

«Если хочешь стать богатым и знаменитым, надо выбирать другую дорожку. Если же ты серьезно все продумал и решил стать настоящим писателем, так нечего теперь сучить лапками. Ты написал серьезную книгу, и она вышла в серьезном издательстве. Если же ты хочешь сделать на ней деньги, то это совсем другой разговор. Не о литературном творчестве.»

А когда же ещё он мог умереть? - писал позднее его сын. - Только в отсутствие мамы. Для него это была единственная возможность улизнуть.

- Люди всегда берут ту или другую сторону, - сказал он, - без этого они не могут.

В этом мире, полном грязных мыслей, думала Дженни, нужно непременно быть либо чьей-то женой, либо чьей-то наложницей, шлюхой; во всяком случае, нужно изо всех сил стремиться побыстрее стать или той, или другой. Если же ты случайно не подпадаешь ни под одну из этих категорий, всяк тут же решит, да и тебе попытается внушить, что с тобой что-то не в порядке.

«В этом грязном мире, — думала она, — ты или чья-то жена или чья-то шлюха; а если нет, то скоро станешь тем или этим. Если же ты не жена и не шлюха, все наперебой уверяют тебя, что с тобой не все в порядке». Но она-то была уверена, что с ней все в порядке.

В школьном сообществе человек, который читает книги с какой-то своей, тайной целью, не стремясь обсуждать прочитанное с другими, всегда слывёт странным.

Моя мать как будто нуждалась во врагах, – писал позднее Гарп. – Реальные или воображаемые, враги эти помогали ей понять, как она должна себя вести и как она должна воспитывать меня. Материнство не было у нее инстинктом. Честно говоря, моя мать, по-моему, вообще сомневалась в том, что человеку хоть что-либо дается естественным путем.