A Widow for One Year

Джон Ирвинг уверенно закрепляется в перечне любимых писателей, пополняя этот ряд избранных. В прошлом году он сразил меня безумным "Отель Нью-Гэмпшир", а сейчас трагичным и откровенным "Мужчины не её жизни", оригинальное название которого "A Widow for one year" (Вдова на один год).

Я была готова хлопать стоя уже после 25 страницы романа, ведь настолько заинтересовать за такое количество страниц как сделал это Ирвинг, мало кто умеет. Завязка, которая шокирует и язык повествования, втягивающий тебя в историю.

Я буквально и могла, что думать: "ооо, какой он офигенный писатель", "боже как круто написано!", "как мне научится также?", "почему это так шикарно?" и т.д. Это как будто ты видишь самого красивого парня в своей жизни и не можешь прекратить мысленно восхищаться его красотой, хотя знаешь, что нужно заткнуться. Вот также я думала о Ирвинге как о писателе. И такого со мной раньше почти никогда не случалось, даже с проверенными любимыми авторами.

Очень сложно сказать так сразу о чем этот роман. Но уж точно не о том, что написано в аннотации (я передаю привет этому человеку, не читающему книгу, который написал рандомное событие из книги для её описания).
С одной стороны это о матери, потерявшей двоих детей и утонувшей в своей скорби и даже рождение нового ребенка не облегчило утрату, а лишь усилило её, ведь добавился страх потерять и этого ребенка, поэтому было легче не любить его изначально.
С другой стороны, о отце, который также потерял сыновей, но заглушал горе в алкоголе и женщинах. Не принято изменять чье горе больше и кто скорбит сильнее, но Марион и Тед - ещё до смерти детей теряли свой брак и это событие лишь заморозило их в этом состоянии на несколько лет, а 4-летняя Рут лишь всё осложнило.
С третьей стороны, о девочке, которую бросила мать и предал отец. О девочке, которая в детстве застала мать за сексом с 16-летним парнем, а потом уже взрослой - престарелого отца с лучшей подругой. О девушке, которая всю жизнь жила в тени умерших братьев, их фотографий или воспоминаниях об этих фотографиях, но сумевшая стать писательницей. И не таким как свой отец, выдающий редкие детские книжки за настоящее дело жизни.
А с четвертой, о подростке, который влюбился в зрелую женатую женщину и эта любовь будет преследовать его всю жизнь, даже когда он будет уже 50-летним мужчиной.
И, конечно же, она о умерших мальчиках, Тимоти и Томасе, 17 и 15 лет, которые будучи мертвыми, захватывают умы родителей сильнее, чем их живая сестра, родившаяся после их смерти. Она о тех, кого мы потеряли и не хотим отпускать.

Три временных линии - 1958, 1990, 1995 года.
Четыре главных персонажа - Марион и Тед Коул, их дочь Рут и Эдди О'Хара.
Один мастер слова, Писатель с большой буквы.
Тонна тоски, скорби, секса, откровенности, предательств, любви и ещё больше писательства.

Но у Ирвинг пишет мастерским о всём: от детального описания внешности до пересказа сюжетов придуманных книг персонажей в сюжете собственной книги. А ещё Ирвинг любит бить, бить, бить словом в одно место до тех пор, пока не откроется кровоточащая рана, о которой сложно забыть. Именно такое ощущение возникло, читая события 1958 года и атмосферу в доме Коулов.

Хотя признаюсь, последняя треть книги (с момента, когда Рут оказалась в Амстердаме и начала свои исследования для нового романа) понравилась мне немного меньше

Я очень боялась за финал, ведь всю книгу читатель задается вопросом: сможет ли Марион пережить потерю умерших детей и вернутся к своей живой дочери? И простит ли её Рут? Я могла представить любой из финалов, где Марион так и не возвращается, где умирает, где приезжает, но тот финал, который сделал Ирвинг - стал лекарством на ту рану, которую он сам нанёс. Может слишком поздно, но лучше так, чем никак.

Ирвинг - писательский Бог!
Моя ближайшая миссия - докупить оставшиеся книги автора на книжные полки!

И напоследок: ничто не опишет этот роман (а может и всё творчество автора) лучше, чем его собственные слова из книги:

Начать нужно с того, что книга мне понравилась. Но, здесь есть одно – не одно, на самом деле, - но. Читаешь аннотацию и ждешь одного. Читаешь книгу, ждешь, когда же начнется аннотация, дочитываешь книгу почти до конца (а книга-то далеко не маленькая), начинает сбываться аннотация, но только на двадцати страницах, а потом опять читаешь книгу и уже не знаешь, стоит ли чего-то ждать или нет.
И книга мне понравилась. Серьезно. Не смотря на то, что она очень большая и очень медленная. И совершенно нединамичная. Я люблю книги, которые поглощают внимания читателя и без динамики, на одной психологии, но когда психология книги медленная – книгу иногда очень хочется бросить в стену. Особенно печальны последствия этого поступка в моем случае – я читала книгу на телефоне. Но книга интересная. От нее нужно иногда отдыхать, читать что-то другое, да и просто делать больше перерывов и пауз между чтением, благо, что жизнь идет своим чередом.
В книге очень много какого-то странного секса. Почему именно странного – не знаю. Подчеркиваются те стороны, касающиеся психологии и физиологии секса, которые я лично считаю странными. Или в других книгах их не перемывают так долго, так нудно, так долго, что их просто не получается не считать странными.
В книге очень много книг. И очень много писателей. Помножь психологию каждого писателя из этой книги на количество книг, которые этот писатель написал, и можешь сойти с ума. Главная героиня – писатель. Ее отец – писатель со стажем. Ее мать – тоже писатель, но начавший писать очень поздно. «Друг» семья – писатель, который не дождался своего успела. И о каждой книге каждого из этих писателей будет написано довольно много слов. Некоторые главы из книг будут приведены даже в тексте этой книги. И секс. Много секса. И много психологии, крутящейся, чаще всего, возле секса.
Книга интересная. Необычная – таких книг прежде не могу вспомнить в списке «прочитанного». Но, к сожалению, не знаю, кому книгу подобного рода можно посоветовать. На эту книгу каждый должен наткнуться самостоятельно, наверное.

Еще одна книга из списка неосиленных. Прочитала половину и больше не смогла. Может, виной тому отвратительный перевод - обилие калек, которые делают текст роботоподобным и словно бы плохо переваренным. А может, объем - прочитала половину за две недели (это притом, что я читаю каждый день и помногу) и не выдержала. А может, сюжет.
Начало хорошее. Яркое, активное, цепляющее, немного шокирующее. Ожидаешь этакой семейной саги с обилием постельных сцен, при этом не из пошлой бульварной книжонки, а вполне себе осмысленную психологическую драму. И я верю, что она там есть. Но если начало прошло бурно и прямо-таки с наскоком, то середина провисла, как мокрая тряпка. Вставлять в повествование сказки Теда и рассказы Рут - зачем? Ладно еще сказки Теда - всем ясно, какие там параллели, даже автор о них говорит. Но к историям Рут терпение лопается. К чему эт хитросплетения из чужой жизни? Наверняка и тут есть какие-то намеки и параллели. Но... Где же сам сюжет? Он стопорится, тормозит и провисает. Он вообще перестает куда-либо двигаться.
Поэтому - не дочитано.
А перевод позорный. Калька на кальке и калькой погоняет.

Все книги Ирвинга я механически сравниваю с двумя первыми прочтёнными - "Молитвой об Оуэне Мини" и "Правилами дома сидра" - и проигрывают все, они продолжают проигрывать, потому что мне повезло сразу наткнуться на лучшее, что Ирвинг написал в своей жизни (по крайней мере, на данный момент; возможно ещё напишет). История "Мужчины не её жизни" - это слишком про секс, про переживания о сексе и про тягу к сексу. Это фрейдизм, разложенный в большой, скучноватый и разваливающийся роман. Впрочем, прекрасно эмоциональные моменты Ирвинг делать умеет, не отберёшь - как мило смотрится первая встреча героини и голландского копа Харри, например, как мило. Но ради неё роман читать я бы не стал. А ради чего ещё?... 4/10.

"В запутанном мире секса"

Наверно, я не понимаю менталитета американцев, потому что все книги о семье современных американских авторов вызывали у меня лишь отвращение и разочарование. Наверно, я не так смотрю на брак, наверно, я никогда не встречала людей, которые так смотрят на брак, так поступают, так думают, так говорят...

Пока я слушала эту книгу, у меня набралось много претензий к автору. Не знаю, почему я все-таки дослушала ее: сначала меня подзадоривало описание книги, в котором упоминалось о маньяке-убийце, потом - желание узнать, вернется Марион или нет. Герои меня не заинтересовали никак: слишком уж ненатуральные и неприглядные характеры, плоские мысли.... в основном, о сексе. Их мир наполнен фаллоимитаторами, буферами, трусиками и нецензурными выражениями.

Сама задумка книги интересна - рассказать о переживаниях женщины, потерявшей детей. Но на эту задумку автор навешал слишком много "мусора": отрывки из книг, написанных Рут, Эдди, Марион, Тэдом, бесконечные ненужные параллельные истории. Если эти истории и отвлеченные от сюжета детали и были призваны раскрыть нам характер героев, то я их не поняла. Например, я не знаю, какую черту характера Гарри хотел показать нам автор, описывая его восторги от мочеиспускания на заднем дворе ночью под звездами. А от портрета Рут у меня в памяти остались только ее "сиськи", которые мелькали на каждой страницы.

Ну а книги, которые пишет папочка? Как вообще они могли стать культовыми, если это страшилки для детей? В книге говорится, что их детям покупают их мамочки. Ну не верю я этому. Меня трудно убедить в том, что адекватная мамаша покупает такие книги своему ребенку, который потом мучается кошмарами. Да довольно в книгу заглянуть и прочитать несколько абзацов (благо, в книгах Тэда было мало букв), чтобы понять, что она страшная, с черно-белыми рисунками, и не покупать ее ребенку. Или все хотят, чтобы их чада просыпались от кошмаров по ночам?

И еще эти постоянные навязчивые разъяснения автора. Вот, например, Тэдд убивает себя выхлопными газами. Тут же автор дает нам пространное разъяснение: а вот вы же помните, типа, Эдуардо так же чуть не задохнулся от выхлопных газов тогда-то и тогда-то. Мне нравится, когда автор произведения позволяет читателю самому проводить аналогии, а здесь складывается впечатление, что он нас за идиотов держит, или хочет, чтобы все читатели до единого поняли его грандиозный план.

Ну и да, слишком много постельных сцен, от которых начинает подташнивать к концу. Когда Рут узнает, что ее отец покончил самоубийством, она только и может сказать Алану, что надо заняться сексом. А после панихиды они с Ханной обсуждают, занималась ли она уже сексом с Аланом или нет. Все об этом? Почему?

Нет, с очередным американским автором опять не сложилось...

Читая электронную книгу, так привыкаешь к неспешному повествованию, к героям, их жизни, что последняя страница книги наступает очень уж неожиданно.

Книга понравилась своим духом настоящей жизни. Все герои не без изъяна, у каждого свои пристрастия. Ирвинг показывает разницу в героях через их сексуальные привязанности и книги, которые они пишут и читают. Но к ним привыкаешь и каждый из них к концу книги как родной.

Автор затягивает читателя в самую глубину внутренних переживаний, иногда давая лишь намеки и отдельные мелкие детали. Хороший стиль и действительно удачный перевод.

Тед Коул — детский писатель, его дочь, Рут Коул, — писательница-романистка. Добавьте сюда писателя Эдди О'Хара, который в свои юные шестнадцать был любовником тридцати девятилетней жены Теда Коула Марион. Она же — мать четырехлетней — на тот момент — Рут. И получится клубок невообразимо нездоровых отношений, который героям придется распутыватьь на протяжении всей жизни/книги.

Это пятый роман Джона Ирвинга, который я прочитала. И, мне кажется, если бы не моя уже сложившаяся великая любовь к писателю, за эту книгу я могла бы и тройку пожалеть. В немалой степени (а, может, и в большей) столь низкая оценка пошла бы за перевод, а не за саму книгу. А не прочти я до этого четыре совершенно прекрасных (не смотря на всю грязь и извращения) книги, я бы решила, что так пишет автор. Не пошла бы скачивать оригинал, чтобы проверять каждый момент, от которого мои брови уползали выше положенной ими отметки. И не убедилась бы, что переводчик сделал всё, для того, чтобы испортить эту, и так не лучшую, книгу Ирвинга.

Увы, других переводов, как я поняла, не было и нет! Но о переводе, если кому-то интересно, напишу в самом конце отзыва.

Перейдя на оригинальную версию, я начала получать ничем незамутненное удовольствие от книги и погрузилась с головой в историю. Увы, ненадолго. Сюжет книги оказался очень неровным. Иногда он увлекал, а иногда тянулся и угнетал невыразимой скукой. Хуже всего оказались главы про Германию и Нидерланды. С помощью Рут Ирвинг, похоже, решил показать читателю писательскую мастерскую. И все эти главы наполнены процессом рождения и написания ее нового романа. Вдохновение она черпает в случайных прохожих, в поклонниках, подходящих за автографами, в квартале Красных Фонарей. Но описания встреч и диалогов немногочисленны и быстротечны по сравнению с муками творчества. И я во второй раз в жизни убедилась в том, что производственный роман — это вообще не мое. Мне скучно. Я не хочу ничего знать про поиски верного сюжета, характеров героев и так далее. Дайте мне, пожалуйста, хороший, конечный результат. Без промежуточных станций, напоминающих пытку скукой.

Книгу я читала попеременно то на то на английском, когда перевод начинал граничить с маразмом, то на русском, когда мозг вскипал и требовал отдыха.

Книга по-авторски стандартна. Прекрасно созданные образы и чудесно прописанные характеры персонажей, даже случайных прохожих, не говоря о главных действующих лицах. Очень болезненные и нездоровые отношения всех со всеми. Ирвинг — любитель поковыряться в запретных темах, препарируя худшие человеческие пороки и потаенные желания людей.

Наверное, это наименее гротескный из всех прочитанных мною романов автора. Но, увы, самый слабый.

Для меня книга была, в целом, интересной (не считая глав про писательскую "кухню"). Хотя не могу сказать, что захватывающей. Я с удовольствием возвращалась к чтению романа, когда у меня было время. Но не страдала от невозможности открыть книгу, когда времени не было. "Мужчины не ее жизни" (в оригинале "вдова на один год" — единственный положительный пассаж переводчика. И звучит красивее оригинала, и отображает то, чему посвящена книга. В то время, как оригинальное название имеет отношение лишь к незначительному эпизоду повествования) оставили легкий привкус разочарования. Я ждала намного большего от Ирвинга. Обычно я его книги прямо-таки глотаю, и не могу оторваться. И безумно страдаю каждую минуту, что не могу вернуться к сюжету. Определенно не та книга, с которой стоит начинать знакомство с автором. Но в виду того, что я планирую прочесть все его книги, даже самые худшие, о потраченном на чтение времени я не жалею.

Ну, и пара слов о переводе.
— Джек Рассел терьер превращается по милости переводчика в терьера Джека Рассела.
— Каретный сарай становится собачьей будкой — почему?? Я бы еще поняла, если бы он перевел его, как просто сарай или гараж. Но собачья будка?!!
— Фотография 8 на 10 (имеющая стабильный размер у автора) в переводе блуждает от 8 на 10 к 7 на 9 и обратно к 8 на 10.
— "когда она засовывала три своих места в багажник" — сумки!!! В оригинале bags! И эти три места повторяются трижды за несколько страниц!
— Рут не заметила второй машины в подъезде (driveway) — странно было бы увидеть машину в подъезде %) Машина в подъезде появляется дважды за главу.
— "была добродушной и приветливой до полной безответственности" — меня настолько поставило в тупик, как можно быть приветливой до полной безответственности, что я пошла проверять. "was good-natured and gracious to the point of being utterly benign". Вenign — доброкачественный, безвредный, мягкий, добрый. Ну, откуда взялась безответственность???

Масса несогласованных окончаний. Некоторые предложения составлены настолько коряво, что к какому слову относится причастный/деепричастный оборот без ста грамм не догадаться. Пропущены ключевые слова (вроде "не" например). Просто плакать хотелось от этого перевода.

Это второе произведение Джона Ирвинга, прочитанное мной в этом году. После "Мира глазами Гарпа" сперва читать "Мужчин..." было нудновато и как-то не очень интересно что ли. И не потому что "Мир..." очень уж какой-то интересный, нет, не особо (у меня есть рецензия на эту книгу), а потому что очень много похожего у этих книг, особенно в начале "Мужчин...". Опять в главных ролях писатели, опять отец семейства (Тед Коул) ходит голышом, опять колледж только для мальчиков, в который в итоге поступает девочка и заканчивает его, опять дурацкие и пошленькие подробности интимной жизни героев. Создавалось ощущение, что Ирвинга заклинило на этих деталях, и в какой-то мере читаешь продолжение (или новую интерпретацию) "Мира глазами Гарпа". До середины книги очень часто возникало желание закрыть ее со словами "ну вот опять" и отложить в дальний ящик. Я рада, что не закрыла, потому что примерно со второй части повествование стало увлекательнее и динамичнее. Чтобы не рассказывать сюжета, скажу лишь, что те недостатки, о каких я писала выше, постепенно нивелировались, и роман заинтересовал и не отпускал до конца. А единственным недостатком книги показалась ее аннотация. Советую ее вам вовсе не читать. Уж не знаю, кто ее писал, но она совсем неудачная. Убийство проститутки - выхваченный из контекста эпизод и отнюдь не самый главный. Да и книга не о любви, как пишут в аннотации. Точнее только отчасти о любви, а больше она о скорби, о людях, об отношениях между людьми, о матерях и детях, о жизни в целом и в частностях.
Финал мне очень понравился, тронул за душу, даже навернулись слезы на глазах. А такое бывает у меня с книгами редко. Поэтому однозначно рекомендую читать "Мужчин..." А я буду ждать свою встречу с "Правилами виноделов")

Книга с очень грустным названием. Книга с очень грустными историями жизни главных героев. Книга со светлым финалом, дающим надежду на то, что не всё уж так плохо в этом мире.
В начале романа мы знакомимся с семьёй известного детского писателя, состоящей из самого писателя, его жены и их маленькой четырёхлетней дочери. Отношения в семье очень сложные. Глава семейства – спивающийся бабник, давно переставший скрывать от жены свои многочисленные интрижки с так называемыми натурщицами. Жена никак не может оправиться от трагической потери – в автомобильной аварии погибли двое её сыновей. Она живёт в прошлом, весь их дом увешан фотографиями погибших мальчиков. Настолько не может выйти из депрессии, что боится привязаться к своей маленькой дочери Рут. И только любовная связь с молодым секретарём мужа на время возвращает её к реальной жизни, от которой она тут же бежит – причём в буквальном смысле, бросая дочь и мужа. Обо всё этом мы узнаём в первой части романа. Всё остальное повествование посвящено дальнейшей судьбе Рут, ставшей известной писательницей и всю свою жизнь пытавшейся понять своих родителей. И только сама став матерью, она находит в себе силы и мудрости понять их, а за пониманием приходит и прощение. У Ирвинга очень ветвистое повествование. Он постоянно отвлекается от истории жизни главной героини на второстепенные сюжетные линии. Но делает это очень мастерски, постепенно сплетая из разных сюжетных ниточек очень красивый узор. Ни одна нить не провисает, все найдут ближе к финалу своё логичное завершение. И это одновременно затрудняет восприятие книги и доставляет удовольствие при чтении.

Здесь много смертей. Немало насилия.
Обилие совпадений. Не то чтобы натужно притянутых, но малореальных в настоящей жизни.
И слишком, слишком много писателей на квадратный сантиметр страницы.
Пишут все: Тед, Рут, Эдди, Марион. Произведения словно бы заменяют им поход к психоаналитику или хотя бы попытку самостоятельно разобраться с терзающими проблемами. Всё - напоказ, всё через призму читательской реакции.

Брела с этой компанией графоманов, чувствуя себя в самой сердцевине запеканки из чьих-то детских комплексов, психологических травм и нереализованных жизненных планов.
В первой части пришлось продираться сквозь соски (ударение очевидно), вагины и эрекции. Во второй - через насилие и подробности быта женщин лёгкого поведения.
В третьей дорожка через все страдания и чаяния наконец-то привела к достойному мужчине. "Сказке конец", "жили долго-счастливо", и всё как положено.

А в целом, осталось этакое ощущение вязкости, будто в киселе барахтаешься, и никак не дотянешься до края. До смысла. До финала истории.
При этом нельзя утверждать, что интересно не было. Было! Особенно я оживилась, подобравшись к осени 1990-го. Писательская картера Рут, Скотт и повзрослевший Эдди заинтересовали по-настоящему, но потом синусоида снова пошла на спад.
Слогом насладиться тоже не удалось, повторы оборотов и образов посажены буквально в соседних предложениях. Да и перевод Г.Крылова расстроил. Что это, например, за "грузовик с клемами"? Нет у нас такого слова. Моллюски они! И вползающий в русский язык монстр по имени "клэм чаудер" - это не оправдание.

Ирвинг, конечно, мастер деталей; домысливать не приходилось буквально ничего. Цвет и крой одежды, обстановка комнат, элементы городской среды и малейшие движения душ героев - всё однозначно, выверено и по-документальному чётко. Задуманный автором фильм проигрывается прямо в голове у внимательного и погружённого в текст читателя. И это всегда удовольствие, всегда радостное бегство в параллельный мир и возможность пожить другой жизнью, приумножая и раскрашивая свои дни.

Да, в этом романе много историй. Много актуальных вопросов - от взаимоотношений отцов и детей до границ сексуальной свободы, от преодоления боли потерь до осознания своей женской сущности. Огромное, трудоёмкое и масштабное литературное полотно. Но в этом периоде мы не совпали, пока так и не пришло понимание, для чего - для каких эмоций, знаний, опыта, изменений в себе - познакомилась я с этой книгой.