Цитаты из книги Щиголь

Увидев эти имена напечатанными черным по белому, я ощутил странный трепет, будто сошелся невидимый пасьянс.

Никогда не мути крупняк с незнакомцами! Никогда! Мне говорят, ой, ты что, это такой хороший человек – а я что, я всегда хочу этому верить, такая моя натура. Но так вот плохие вещи и происходят. Понимаешь, я своих друзей знаю. А вот друзей моих друзей? Уже не так хорошо. Вот так вот люди СПИД и подхватывают, сечешь?

Хорошие часы все равно что кэш в банке. Случись что, всегда заложить можно или продать. Выглядит как нержавейка, но это белое золото. Всегда лучше, когда часы кажутся на вид дешевле, чем есть на самом деле.

Опыт, говорят, лучший учитель, обычно так оно и есть, но хорошо, что этот опыт меня не убил.

А случалось ли ей когда-нибудь смотреть на себя будто со стороны, как это часто бывало со мной, словно бы взрывом мои тело и душу разметало по двум разъединенным сущностям, которые так и застыли в двух метрах друг от друга?

Стоило только мне подумать о судьбах этих почтенных старинных комодов и секретеров, о судьбах куда более долгих и тихих, чем человеческие, и я проваливался в покой, будто камень в глубокие воды, да так, что, когда пора было уходить, я, ошеломленно моргая, выходил в грохот Шестой и с трудом вспоминал, где нахожусь.

Вид такой, будто ты Панамериканский канал рыл.

Мы многого не видим, во всём есть потайное дно. Удача с её многоликостью, мрачными капризами.

Я так долго считал Вегас чем-то временным, что настоящая моя жизнь - в Нью-Йорке, но так ли это?

-А метла где? -В Хогвартсе оставил.

Пока не началась школа, я неделями болтался на первом этаже с наушниками от айпода в ушах, но только с выключенным звуком, и узнал много чего интересного.

-Итак, - сказал мистер Барбур за завтраком на следующее утро, хлопнув меня по плечу и усаживаясь рядом, - на славу вчера отобедали с папашей, а?

Раз мир не идет ко мне, то я должен выйти к нему.

красота меняет саму структуру реальности.

отчего-то утро так никогда до конца и не наступало, не успевал я сориентироваться, как все гасло, мне плескало в глаза чернилами, и я снова принимался барахтаться в темноте.

и недели не прошло, а я, хоть и вовсе не собирался возвращаться к Хоби, каким-то образом снова очутился у него: сидел за кухонным столом и ел его второе угощение, которое на первый взгляд было похоже на черный ком земли из цветочного горшка, но на деле было восхитительной массой из имбиря и инжира со взбитыми сливками, которая была посыпана мельчайшей горьковатой стружкой апельсиновой цедры.

я потягивал остывающий чай и ощущал всю странность моей жизни и того, где я оказался.

он поставил передо мной тарелку с едой, на первый взгляд - ничего особенного: тост, а на нем - пышная желтая масса. но пахло аппетитно. я осторожно откусил кусочек. расплавленный сыр, накрошенные помидоры, кайенский перец и еще что-то - я не мог разобрать что, по вкус был восхитительный.

Ну, не скажу, что все плохо, но ничего путного не выйдет.

уж они умели дожать эту грань, голландские художники - как спелость переходит в гниль. фрукт идеален, но это ненадолго, он вот-вот испортиться.