Wonder Boys

На земле не было такого места, куда мне хотелось бы уехать, однако это вовсе не являлось причиной, чтобы остаться.

Мне всегда было трудно понять, чем нежелание смотреть в лицо очевидным фактам отличается от надежды.

— Твой пудинг напоминает… что-то связанное со школой… — сказала Дебора с невозмутимым выражением лица. — О, вспомнила, — она уверенно кивнула, — канцелярский клей.

— Я хочу быть с тобой. — Я совершенно не был уверен, что действительно имел в виду то, что сказал, а также в том, как Сара может истолковать мое заявление, но поскольку дальше я собирался приступить к рассказу о зверском убийстве собаки и о краже раритета из коллекции Вальтера, то такое начало показалось мне самым подходящим.

Процесс раздевания Сары превращался в акт отчаянного безумия, это было чем-то вроде вандализма - все равно что открыть клетки зоопарка и выпустить на волю стаю диких животных или подложить динамит и взорвать плотину, сдерживающую могучую реку.

Писатель, в отличие от большинства нормальных людей, придумывает самую вдохновенную ложь, оставшись наедине с самим собой.

Сара даже прочла мою первую книгу, задолго до того как познакомилась с автором, и я тешу себя мыслью, что она была моим лучшим читателем. Каждый писатель мечтает об идеальном читателе, и мне несказанно повезло, что мой идеальный читатель согласился еще и спать со мной.

Очень часто счастливые события в ее жизни оказывались иллюзией, и она не знала, действительно ли под мостом течет глубокая река, или это всего лишь полоска бумаги, выкрашенная в голубой цвет.

На вечеринке трезвый человек так же одинок, как писатель за письменным столом, и так же безжалостен, как прокурор, и печален, как ангел, взирающий со своего облака на наш суетный мир.

We stood there for a minute, a mangy, overweight purblind minotaur and a broken-down and toothless Theseus with a shaky shooting hand, facing each other at the common center of our disparate labyrinths.

It occurred to me that an editor was a kind of artistic Oppenheimer, careful to view the terrible flash of an author’s ego only through a thick protective lens.

То, что я когда-то влюбился в ее красивое лицо, не означало, что я любил ее саму. Мне безразлично, что вы обо мне подумаете, — случается, люди женятся по гораздо более ничтожным поводам.

Да, кстати, я не считаю трезвость великой добродетелью.

— В чем дело, почему вы ему так не нравитесь? — спросила мисс Словиак.
Я в недоумении пожал плечами и, чувствуя, что заливаюсь краской — нет ничего более постыдного, чем оказаться в немилости у такого симпатичного и умного пса, — попытался отшутиться.
— Я должен ему денег.

— Он слепой. Доктор Ди не видит ни меня, ни моего горла.
— Но знает, как до него добраться.

Мне вдруг пришло в голову, что главным препятствием к достижению гармонии и взаимопонимания в любом браке является эта непреодолимая пропасть между вполне оправданным, достойным всяческого уважения пессимизмом женщин и тупым животным оптимизмом мужчин, последний без сомнения можно считать главной причиной того удручающего состояния, в котором пребывает наш суетный мир.

Хотя сейчас было всего лишь девять часов вечера, Терри уже успел проделать первый из целой серии запланированных на сегодняшнюю ночь экспериментов со спиртными напитками и различными фармакологическими препаратами, украсть тубу, соблазнить и бросить симпатичного трансвестита и вдобавок принять участие в транспортировке человека, который того и гляди заблюет его шикарный костюм. Истинно крабтрибовский способ отдохнуть и весело провести время.

Любая история - это история чьей-то неудавшейся жизни...

Крабтри удалось оживить Джеймса Лира, и теперь они с К. вели, судя по всему, сложнейшую, недоступную пониманию простого смертного беседу о значении образа какаду в фильме «Гражданин Кейн».