Цитаты из книги Преподаватель симметрии

“— Или вот замечательная загадка, никогда ее раньше не слышала: всем, кто придет и кто уйдет, она ручку подает… — Не знаю, что за барышня. Хозяйка салона? Невеста на смотринах? — Ну ты и бабник! Дверь, конечно!” (Лили и Урбино)

“Однако повествования без мало-мальски выстроенного сюжета быть не может, иначе текст не обретает конца и начала. Русский сюжет — это сюжет чувства (Чехов), фантазии (Гоголь), еще реже мысли (Пушкин) — оттого все это так мерцающе таинственно, если суметь вчитаться, и так непереводимо на европейские языки (кроме почему-то Чехова). Разве что Достоевский, этот всемирно-русский бренд (как водка и медведь), преуспел и в сюжете, и в беллетристике, и в читабельности, и в переводимости”

“Расставание всегда обоюдно. Только один прощается с телом, а другой с жизнью.”

“В провинции... все быстро обретает... ритм. Сегодня впервые встреченное завтра становится знакомым, послезавтра обычным, а послепослезавтра — ритуальным.”

“Механизм здорового мышления сводится к тому, чтобы суметь не отметить, пропустить, изменить последовательности… Перескок, перенос… какое-нибудь должно быть слово… Может быть, было уже… Мышление протекает как бы в двух слоях, не подозревающих о своем параллельном существовании: в глубине — немое вековое знание, и логический лоск для самообольщения поверху, как наряд… Неназванное — покрыто беспорядочным слоем названий, слов…”

“Слова его [Гумми], временами вполне гладкие, иногда даже образные, комкались, мялись, таяли, превращаясь в характерную идиотическую кашицу.”

“Если бы каждому предоставить, разгадав его сокровенную тайну, простое занятие, приносящее ему радость, то мир бы впал в слабоумие, а на Земле воцарился золотой век. Люди не все сумасшедшие только из страха одиночества, только потому, что рядом есть другие, — и они все сумасшедшие, потому что принимают условность общего существования, не разгадав ее умом” (Роберт Давин)

“У меня разжижение мозга. Сентиментальность вытесняет разум. Может ли быть, что сентиментальность есть именно непросвещенность, неупотребленность души?..“ К черту, к черту!”

“Счастье — какая чушь! Вот бессмысленная категория!” (Роберт Давин) .

“Ты что, с Луны свалился?“ — и он отвечал: „Да“. Гумми был смиренный человек и, хотя очень огорчался, что ему не хотели верить, понял, что роптать и доказывать бесполезно этим людям. Пример того, как сознание своей неполноценности может сделать и идиота в некоторых отношениях более мудрым, чем нормальные люди.”

“Это же тайна для тебя? — Это не тайна, это — секрет. Его кто-нибудь знает. Тайна — это то, что не знает никто.”

“...легче всего мы поверим тому, чего не может быть”

“А вот Елена… Последовавшие в веках поэтические реминисценции по ее поводу куда более реальны, чем она сама. Нет, не ее неописуемая, а вернее, так и неописанная, ненаписанная красота волновала и волнует поэтов — а сам факт ее существования, что она была. Факт этот ничем не доказан, кроме того, что из-за нее разыгралась Троянская война. Надо же войну чем-то объяснить? Война была, но была ли Елена ее причиной? и была ли сама Елена? Поэты любят не Елену, а причину в ней”

“Толстый не внушает подозрения — это народное чувство”

“Во всяком случае, мой вам совет: никогда не соглашайтесь ни на какие заманчивые предложения, вы человек простодушный и бескорыстный...поэтому вы все предложенное всегда примете как подарок, или как авантюру, или как судьбу, вы вцепитесь, как нежадный человек, которому не достается… Отклоняйте любое предложение — это всегда дьявол” (Урбино Ваноски)

“Холодок прошел по моей спине. Как человек молодой я страшился встречи с безумием”

“Но если с вами случится такое, как случилось это со мной, не удивляйтесь и не раздумывайте, а сразу пошлите этого господина подальше. Кстати, послать подальше — это всегда лучшая философия, мудрость достоинства…” (Урбино Ваноски)

“Есть один неоконченный роман, „Жизнь без нас“ называется… или „Погребение заживо“?.. даже название не помню!.. только вряд ли я его допишу… жизнь допишет“. — О потусторонней жизни?.. — вникал я. — О посюсторонней! — сердился он. — Откуда вам знать, какая сторона эта, а какая та?!” (Урбино Ваноски)