Z — значит Захария

Раньше я не ввязывалась в различные игры, что проводятся у нас здесь, и очень рада, что в этом году изменила своему правилу. Это оказалась прекрасная возможность познакомиться с новыми авторами. В этой книге Энн Берден остается одна в уцелевшей от радиации долине. Выжить можно, потому что на первое время есть магазин с одеждой и продовольствием, есть корова и куры, есть земля, на которой можно посадить самое необходимое. Но больше нет людей, и не с кем поговорить, помолчать и разделить быт. Но вот в долину приходит незнакомец, странно одетый, с тележкой, заполненной пока непонятными предметами. Оказалось потом, что его костюм и поклажа - то, что помогает обезопасить себя от радиации. Незнакомец ухитрился все же заболеть, неосторожно искупавшись в необследованной реке. Энн его сумеет выходить. Казалось бы, что еще нужно? Ей шестнадцать, ему около тридцати, оба молоды, симпатичны. Могли бы жить счастливо, а там, возможно, нашлись бы еще подобные долины с живущими там людьми. Но он захотел владеть долиной, в том числе и спасшей его девушкой. Лумису недостаточно просто жить, он должен быть хозяином, любой ценой полностью подчинить себе единственную живую душу рядом, даже применяя оружие. Зачем? Что представляет из себя человечество, если даже в самых тяжелых условиях, в сообществе, состоящем всего из двоих, один объявляет себя хозяином этого кусочка планеты? Да, он ненормален. Но так ли уж нормальны те, что и в нашей жизни желают владеть миром? Возможно, что на планете вообще не осталось никого, кроме этих двоих? Наверное, да. И тогда после них не будет больше никого, потому что один хочет быть хозяином, а другая не желает оказаться рабыней. Впрочем, финал книги допускает наличие жизни в других местах. Лумис видел выживших птиц, значит, есть надежда. И Энн, наверное, дойдет туда. Она девушка толковая и упорная. Открытый финал оставляет причину для фантазии и для того, чтобы задуматься, почему так все получилось.

Просто удивительно, как эта маленькая повесть задела за живое! Очень простая, камерная, написанная в форме дневника юной девушки книга всколыхнула массу чувств и вызвала просто атомный взрыв злости. И отнюдь не в адрес героини, с ней как раз все нормально… нет, в книге есть другой объект для неприятия.

Когда в один отнюдь не прекрасный день на Земле началась ядерная война, семья Энн, многие годы проживавшая в уединенной долине, приютившейся между отрогов гор, разумеется, была напугана. Но, когда ничего страшного с ними не произошло, война утихла, а телефон, радио и иные средства связи перестали работать, взрослые решили узнать, что же творится в мире. И не вернулись. Пятнадцатилетняя Энн осталась совсем одна. Ей хватило ума не пускаться на поиски родных и силы воли позаботиться о крепком хозяйстве, оставшемся на ее попечении. Да, конечно, она тосковала и мучилась в одиночестве, но рук не опускала. И помогали ей держаться на плаву вера и привитые родителями чувство ответственности и трудолюбие. Так, в полном одиночестве, ничего не зная о том, что же произошло в большом мире, Энн прожила целый год, считая себя последним человеком на планете. Однако злой рок привел к порогу ее дома пришельца из-за гор. И все пошло наперекосяк…

Собственно, этот самый пришелец и вызвал у меня такую неприязнь. Явился на все готовенькое, пользовался добротой обрадованной девочки, с самыми чистыми помыслами пришедшей на помощь скитальцу, а затем попросту занял ее место, присвоив все, что ему не могло принадлежать ни по какому праву и посягнув на нее самое. А ведь все могло быть иначе, и Джон мог бы стать для Энн настоящей семьей (в своих мечтах она это вполне допускала, ведь Господь велел плодиться и размножаться). Но нет, мужской шовинизм непобедим.

Энн, конечно, наделала немало глупостей, но, в силу возраста и неопытности, ей это простительно. Непростительно взрослому мужику так себя вести. И поделом ему. Хотя, по правде говоря, на месте Энн я бы поступила иначе. Самооборону никто не отменял, да и вообще, стоит ли дарить неприятному незнакомцу все то, что тебе дорого с детства? Но героиня выбрала другой путь, единственно верный с точки зрения ее религиозного воспитания. Что ж, надеюсь, ей все же повезет, а на Джона найдется управа, например, в виде мужика посерьезнее – ведь, по сути, он ничего из себя не представляет: не сильный, не смелый, не рисковый. Финал открытый, и для этой истории это более чем справедливо.

Некоторые сюжетные огрехи книги (так, например, совершенно нереальным выглядит уцелевшая после ядерных боев долина – по ней течет радиоактивная речка, на нее сыплет радиоактивный дождик, а она все цветет и плодоносит) не так уж и важны – ведь это самая настоящая притча. О том, что в любых обстоятельствах следует оставаться человеком. Браво, Энн! Тебе это удалось в полной мере.

«Воскресная школа заменила мне подготовительный класс: именно там я выучила алфавит по книжке с картинками, называющейся «Библейская азбука». На первой странице было написано: «А значит Adam». Следующей буквой была «В значит Benjamin», «С значит Christian» и так далее. На последней странице было написано: «Z - значит Zachariah»; и зная, что Адам — первый человек, я долгое время предполагала, что Захария — последний». Очень жаль, что последний мужчина на Земле оказался так же не на высоте, как и самый первый.