Jaśnie pan

От постоянного взаимодействия с миром правосудия на душе у него образовались мозоли.

Ее уделом был пир смерти.

...первобытный страх слабого перед могущественным, копившийся веками, не мог исчезнуть за день.

Как же слаба и непостоянна человеческая природа!..

Однако что есть музыка, в конце-то концов? Я сам не знаю: быть может, это способность трогать сердца при помощи различных звуков и тембров.

Андреу уже казалось, что существуют какие-то таинственные "они": неопределенная и опасная группа людей, обладавших достаточной властью, чтобы решать, кто должен умереть, а кто может жить дальше; кого необходимо изолировать от всех остальных, а кто имеет право на свободу...

Кому были открыты все пути, так это губернаторам: получив назначение, они либо являлись со своим собственным гаремом, либо воинственно вступали в действие. Их шествие обычно было триумфальным: многим баронессам, сеньорам, графиням и маркизам пришлось раздвинуть ноги по прибытии высокопоставленного члена, чаще всего уже достаточно обветшалого.

Жизнь - это всего лишь необходимость.

Но такова жизнь, она, как и смерть, подстерегает нас за углом, и от неожиданности не скроешься: нужно крепиться.

Все это для них не имело значения, потому что эта толпа ремесленников, питавшаяся слухами, жаждала новостей и пересудов на их основе.

...дон Рафель был неимоверно влиятелен, несговорчив и продажен, а на этих трех качествах обычно и строилось резюме власть имущих в те благословенные годы.

Воспоминанья сладостнее жизни. Жизнь — это всего лишь необходимость.

...на самом деле наши лучшие учителя - мы сами.

У небесных тел нет ни верхней, ни нижней части, ни левой стороны, ни правой; астрономические объекты абсолютны...Да и Земля обладает теми же самыми характеристиками...Но мы так привыкли считать, что север вон там...

Самое важное для человека — это мнение себе подобных

- Нет, отец мой. Все гораздо сложнее. Я знаю все о человеческом правосудии. В нем нет ни силы, ни справедливости, его вершат люди... которые тоже способны на преступление. - Он помолчал, чтобы перевести дыхание. - Людской суд не справедлив по определению. У человека нет права решать... хотя ему и дано различать между добром и злом... - Он прервал свою речь и обратился в темноту исповедальни с вопросом: - Кто дал людям право назначать виновному наказание?

Мне кажется, что истинный путешественник должен уметь тосковать. Тот, кто на это не способен, просто мотается туда-сюда, как лошадь, которая возит прогулочную коляску.

Для правосудия наличие греха реально только тогда, когда кому-либо известно о его существовании. Или, другими словами, грех существует, если он выведен на свет.

Между строк дон Рафель дал понять, что, по его мнению, да и по мнению общепринятому, на важные посты людей назначают для почета, а не для того, чтобы нагрузить их работой.