Тимур и его команда

Крайне скептически отношусь к советской литературе, даже детской - особенно детской, и эта книга не стала исключением. Так получилось, что Гайдара я не читала совсем и экранизации по его произведениям тоже не смотрела, а на эту книгу вообще вышла вынужденно, но все оказалось не так плохо, как я думала.

Главный герой Тимур показался невероятно деловым (иногда даже слишком), а его записки Жене не раз заставили улыбнуться. А вот старшая сестра главной героини, если честно, постоянно выводила из себя, играя в умудренную опытом взрослую женщину: особенно, когда бросила ее одну на даче, а сама укатила в Москву, дабы проучить. 13-летнюю девочку. Идиотка. К тому же ее абсолютное нежелание выслушать и понять тоже не делало ей чести, благо в конце она, как положено, исправилась. Очень понравилась встреча Жени с отцом.

Немного смутило то, что все добрые дела Тимур со своей командой творил тайно и скрытно, пугая и без того пугливых бабок и молочниц, да еще не гнушался метода "кулака" в решении дел со шпаной, а в остальном вышло вполне удачно. Да, конечно, с каждой страницы буквально кричит пропаганда Красной Армии, товарищества, важности партий и объединений (Тимур-то не просто командиром какой-то банды был, а предводителем отважных пионеров в противовес шайке Квакина) и тому подобного, но кроме этого книга оказалась наполнена юмором и не такой уж скучной моралью, любовью к Родине и готовностью ее защищать, даже будучи детьми.

Любила я в детстве это произведение, и сейчас прочитала с большим удовольствием.
Ребята собрали команду, чтобы помогать, безвозмездно, не ради выгоды. Меня это всегда подкупало. Начитавшись, я бежала сразу на выручку к своей бабушке. Без ее ведома начинала поливать в жару огород или полоть морковку. Одобрения бабушки я не получала, и переживала, что мою помощь не приняли и не оценили)).
Читаешь, а душа радуется за тот момент, что ребята могли так полезно распределить свое время. Каждый считал своим долгом помочь старшим. Каждый считал за честь сделать полезное дело. Молодцы!

Хотела написать большую рецензию на тему, почему это произведение показалось мне ужасным, но не буду. Просто не хочу тратить на это свое время.

Окончательно убедилась, что Аркадий Гайдар - не мое совсем. Ну, не считаю я советское детство счастливым. Ну, не привлекают меня образцовые советские женщины, больше похожие на деревянных кукол. И красноармейцы, толкающие шестилетнему ребенку речи про белогвардейскую сволочь, чудаков попов в черном халате (блин, халате!) и Ворошилове, тоже не привлекают. И невоспитанные дети, которые никогда не услышат от родителей человеческих слов - только попреки и нравоучения. У психологов еще много лет работа не закончится, столько травм прекрасное советское детство оставило в душах людей.

После прочтения "Голубой чашки" у меня осталось много вопросов. Например, зачем это переиздают? Кто сегодня это произведение будет читать своим детям? А главное зачем? Там же отношений "взрослый - ребенок" практически нет, зато дофига пропаганды. И я, кажется, догадалась, отчего разбилась голубая чашка - от того, что в нее запихнули кучу вранья.

Несколько слов об обложке

В детстве не читала эту книгу, но уже во взрослом возрасте решила это исправить в рамках игры.
В книге рассказывается о двух девочках, дочках офицера. Одна из них, младшая, знакомится с Тимуром. А старшая этого не одобряет, но так ли все однозначно?
Бесспорно Тимур не мальчик-домосед, но и в обиду себя и своих товарищей не даст.
Книга поднимает следующие вопросы. А наше первое впечатление правдиво? Любовь к родителям и что можно сделать ради этой любви.
Старшая сестра главной героини меня не очень впечатлила и даже больше негативные эмоции вызвало. Потому что с обычным парнем общаться не хочет... а летчиком военным... Почему бы и да?
Книга для меня была в стиле Тома Сойера, только с русской душой.

В  детстве мне эта повесть Гайдара про «лучший пионерский лагерь» не нравилась, но тогда я не смог бы объяснить, почему. А сейчас понимаю: я не нашёл там главного героя. Некому сопереживать. Есть несколько персонажей, которые чаще прочих мелькают на первом плане, но все они какие-то странные; в каждом есть что-то настораживающее читателя.

Вот Натка Шегалова - юная комсомолка из совпартшколы, направленная «на пионерработу». Уже на первых страницах повести выясняется, что занята она не своим делом.

Далее высокопоставленный дядюшка читает Натке мораль. Смысл такой: делай честно, что велели, старайся, подучись, подтянись, и всё получится. В СССР начала 1930-х годов каждый сознательный гражданин считается годным на всё, и Гайдар эту идеологическую догму пропагандирует. Наличие или отсутствие индивидуальной предрасположенности к какому-либо виду деятельности попросту игнорируется; более того, отрицается даже сама возможность существования такой предрасположенности. Это Советская Страна, ребята, а не какое-нибудь там Проклятое Буржуинство, где талантливые люди делают то, что у них лучше всего получается, и извлекают из этого деньги...

Вскоре автор вводит в действие двух новых лиц: это молодой инженер Ганин, «высокий, сероглазый, с крестообразным шрамом ниже левого виска», и его шестилетний сын Алька, белокурый и темноглазый. Ниже выясняется, что в Гражданскую войну Ганин был юным красноармейцем, то есть лет ему должно быть на момент действия что-то чуть за тридцать. Мужчина в полном расцвете сил... командир запаса, инженер... в кармане у него браунинг... и шрам вроде бы должен придать ему брутальности... но выглядит он в повести довольно бледно. Не проницателен, в упор не видит орудующего совсем рядом классового врага. Симпатизировать такому человеку трудно.

Сын инженера очень мил, но почему-то наделён автором уровнем интеллектуального развития, который тянет лет на десять (хотя по сюжету Альке только шесть). Среди прочего, ему приписывается знаменитая вставная «Сказка о Мальчише-Кибальчише». Но тут Гайдар явно осознал, что перегнул палку, поэтому «Алькину сказку» пересказывает пионервожатая, а предполагаемый автор-дошколёнок сидит рядом и подбадривает («Так, Натка, так... Ещё лучше, чем так»). В финале выясняется, что этому милому и не по годам развитому мальчику отведена роль сакральной жертвы в противоборстве с недобитыми врагами (надо же выбить слезу у чувствительного читателя). Литературный приём дешёвый и недостойный, тем паче что гибель Альки не мотивирована развитием действия, выглядит случайной и необязательной. Первые читатели протестовали; ответ Гайдара достоин того, чтобы его воспроизвести.

Но самое удивительное в этой повести - образ матери-героини. В СССР, как известно, существовал орден с таким названием, но появился он лишь в 1944 г., то есть после тяжелейших демографических потерь в первые три года войны. Награждались орденом и почётным званием «Мать-героиня» женщины, родившие и воспитавшие 10 и более детей. То есть коммунистическое руководство СССР осознало наконец, зачем в природе существует женщина... Что ж - лучше поздно, чем никогда. Но десятью годами раньше, когда Гайдар писал обсуждаемую повесть, представление о матери-героине было совсем иным. И писатель навязывает читателю это представление с первых страниц, очень напористо и с крайней беззастенчивостью.

По пути в Крым Натка находит в вагоне-ресторане забытый кем-то прошлогодний журнал и от нечего делать начинает листать его.

Довоенная карта Молдавской АССР. Бессарабия изображается как территория, оккупированная Румынией.

Ниже выясняется, что погибшая в кишинёвской тюрьме Марица Маргулис - жена инженера Ганина и мать Альки. Странно, что сын молдавской еврейки белобрысый... но так лучше для формирования образа невинного агнца, предназначенного на заклание.

Семейная жизнь Ганиных крайне своеобразна.

Вот вам и всё, дорогие читатели. «Я тебя люблю, сыночек, но подрывную работу у себя в Румынии, в пользу соседнего враждебного государства, люблю ещё больше. Ты тут оставайся с папой, а я поеду доделывать свои шпионские дела». Вот эта самозабвенная шпионка и есть мать-героиня образца 1934 года. По крайней мере, в представлении Гайдара.

... А как же пионеры? Действие происходит ведь в «лучшем пионерском лагере», в котором легко угадывается Артек.

Есть там пионеры. Лучше всех вышли у Гайдара два озорных друга, Владька и Толька. Что хорошо в советской литературе - там никто заведомо не будет 3,14дорасить: если пионеры друзья, то они в самом деле друзья, а не какие-нибудь там... ну, вы поняли. Владик - фантазёр и заводила, потенциальный лидер; вообще он явно не такой, как другие пионеры: то и дело своевольничает, выбивается из коллектива. Однако роль его в повести второстепенная, а польское происхождение не добавляет образу убедительности. Польша времён Пилсудского - страна с антикоммунистическими и антисемитскими настроениями, господствующими практически безраздельно. А семья Владика, судя по его собственным рассказам, почему-то сплошь состоит из отщепенцев: все коммунисты, и все, естественно, сидят (даже юная сестра, и та уже «в третий раз сидит»). Как Владик попал в СССР, как оказался в «лучшем пионерском лагере» - не поясняется. Зато вполне очевидно, что поляк он - только по происхождению: лояльным гражданином своей страны он уже никогда не будет, поскольку насквозь пропитан коммунистическим духом. Да он ещё и воинствующий филосемит (или, если угодно, интернационалист): когда незнакомый парень дурно отзывается о евреях и употребляет запретное в СССР слово «жид», Владик кидается в драку и обращает сильнейшего противника в бегство. Что ж, такие Владики советским коммунистам очень сгодятся со временем: товар штучный.

Все прочие пионеры у Гайдара обрисованы скуповато и играют роль статистов.

В целом «Военная тайна» относится к литературным произведениям, прочно застрявшим в своей эпохе. Уже в 1974 г. эта повесть вызвала у меня, 11-летнего советского пионера, некоторое недоумение; что же говорить о нынешнем времени. Не могу представить себе психически здорового человека, которому такое может понравиться.

Типично-советское произведение о том, какими должны быть дети и подростки. Смелыми, честными, дружными, сплоченными, работящими, и т.д. и т.п. "Ну так не бывает, ребят" - сказала одна эпатажная дама. Мне дети из фильма "Оно" больше импонируют, они настоящие, хотя бы, и ведут себя как дети, а не как маленькие взрослые, супергерои в пеленках. Добро и зло в абсолюте, справедливость в этой книге можно потрогать руками, так ее много, но это же чересчур. От такого количества победы хорошего над плохим тошнит. Не то, что дети, люди такими не бывают. За анти-реализм не дочитала и двойку вдербанила.

«А жизнь, товарищи, была хорошая!» И дата: 1936.
Эту фразу, заключительную в "Голубой чашке", ругают зло.
А я не буду. Зачем? И почему, скажите, всем должна быть нехороша жизнь в 36-м? А что, если на дворе лето, на улице мальчишки ссорятся, "в огороде ходит сторож полей", а дома у сторожа шастает смешной трехлетний увалень – по малиннику без штанов! – в реке прозрачная вода, с собой у вас пряники и яблоко, а идете вы с папой, и вам шесть лет? Почему слова «а жизнь, товарищи, была хорошая» обязательно означают что-то масштабное, как мировая революция? Почему это не может значить ощущение безграничного счастья, которое охватывает взрослого, уже чуть усталого человека, когда он возвращается домой после долгой прогулки с дочерью?
На первый взгляд семья странная: к маме приезжают какие-то летчики, мама ходит их провожать, а папа с дочкой, не бившие, между прочим, голубой чашки, уходят от мамы с дачи куда глаза глядят.
Чудесный папа: он послушно идет с ребенком на весь день, и это ему не в тягость. И он ей показывает, как чудесен мир вокруг, а вокруг тридцать шестой.
Именно папа меня восхищал. Совсем не по тому времени папа. Не пуганый, не вскидывающийся нервным оленем, как в нынешних книгах о тридцатых. Не строгий и негнущийся революционер, как в тех.
Они берут яблоко, пряники и табак и обижаются на Марусю за голубую чашку. Уходят.
Они встречают на своем пути много интересного и важного и радуются хорошему дню. Большой человек и маленький.
Светлана и ее папа напоминают мне комдива Котова и его дочь Надю из «Утомленных солнцем»: те же трогательные отношения, та же умная непосредственность ребенка, тот же большой и внимательный отец. Та же интересная, но тревожная витиеватость летнего дня, даже год и пейзаж те же.

Обычно этот рассказ считают детским и включают в детские сборники. Ну правда, написано просто, ребенку все понятно, пионер Сашка Букамашкин, толстый смешной сын Федор, героиня – маленькая девочка, мама, красивая, добрая, любимая, папа, сильный, смелый, добрый, все хорошо кончается... Когда читатель переходит в возраст продвинутого подростка (некоторые так и застревают на этом этапе), он легко предает радости детства, с пренебрежением заявляя – «совковая фигня, ерунда какая-то».
Но с реальным взрослением, читатель начинает понимать, что это совершенно дивный рассказ. Это история одного дня папы и дочки. Это целый мир, открытый ребенку. Это умение находить радость везде. Вон мельница, вон люди идут с работы, вон солдаты проводят учение. Конечно, наши люди самые хорошие, наши солдаты самые смелые, наша страна самая лучшая. А как иначе?
А вот папа рассказывает, и наверное уже не первый раз, как они с мамой познакомились. Это же захватывает – он ее спас и она его полюбила. И неважно, от кого он ее спас. Есть плохие, есть хорошие, конечно же папа и мама –хорошие! Это же счастье – такая история, это можно слушать и слушать.
Такое безмятежное летнее счастье, которое длится так недолго. А когда ты уже знаешь, насколько недолго, оно становится особенно важным и ценным.