Mindhunter: Inside the FBI Elite Serial Crime Unit

Серийные убийцы — люди вообще неполноценные, а те, которые для осуществления своих гнусных планов нуждаются в сообщнике, неполноценны вдвойне.

Я постоянно говорю ученикам: если собираетесь понять Пикассо, изучайте его картины. Желаете узнать, кто такой преступник, вникните в то, что он совершил. Психиатры идут от личности и с этой точки зрения оценивают поведение. Мои люди начинают с поведения и делают выводы о личности. В этом между нами заключается разница.

Насилия, безусловно, являются преступлениями злобы. А отрезав человеку яйца, вы не сделаете его добрее.

Мы все уязвимы. Неважно, сколько человек знает, какой у него опыт и сколько он провел успешных допросов. Неважно, что он владеет их методикой. Можно поймать каждого, если знать его уязвимое место

Вслед за Шерлоком Холмсом я быстро осознал: чем обыденнее преступление, тем меньше в нём поведенческих улик, с которыми можно работать.

Поведение — это зеркало личности. Чтобы спрогнозировать насилие в будущем, нужно заглянуть в прошлое. Хочешь понять «художника» — присмотрись к его картинам. Преступления надо оценивать во всех его проявлениях, но опыт тут незаменим. Поэтому, чтобы понять, как мыслит преступник, нужно обратиться к первоисточнику и научиться правильно трактовать его сигналы. И самое главное, нужно помнить: что + почему = кто.

Верхом на этом страхе я и отправился к следующей части своего путешествия.

Сохранившиеся по сей день истории и легенды о ведьмах, оборотнях и вампирах - это не более чем попытка объяснить жестокие, извращенные акты насилия, которые в маленьких сплоченных поселениях Европы или ранней Америки никто был не в силах объяснить, хотя сегодня они воспринимаются как нечто обыденное. А тогда считалось, что чудовищем может быть только сверхъестественное создание, но никак не обычный человек.