«Нож» лучше всего читать, почти не зная немецкого. Тогда эти стихи — Откровение, а не коньюнктура. Вроде тайного наречия убийц, людоедов и заклинателей демонов. А вот по мере приобретения скиллов (знакомства с причудами лексикона «Дудена», рейнландского диалекта и т.д.) — становится заметна «кривизна лезвия» линдемановского ножика. Но даже тренированному бойцу словесного фронта Германистики рекомендую. Режут больно, глубоко и только тех, кому это нравится. Остальные успевают отбросить с билингвальным криком: «Шайтан!» или «Scheiße!» На слух — почти одно и то же.
«Нож» уже оброс легендами, за ним, как кровавый след, тянется толпа жадных любителей шок-контента. Но в сборнике — не только «свеженарезанное мясо» (mit einer mexikanischen Machete), там много великолепных в своём уродстве моментов и эмоций, не испытать которые глупо.
Насколько характерны идеи Линдеманна современной немецкой мысли? Я бы сказала, что народ, который ест манную кашу холодной и при упоминании «Раммштайна» впадает в гневный пафос, словно будучи спрошенным, считает ли он сексуально привлекательным Гитлера... А что? Вполне возможно, что и характерны! Попроси моего ровесника по эту сторону Рейна назвать живого современного немецкого поэта, и он, потея и смущённо покашливая, скажет: «Т.Линдеманн».
Что же в книге такого острого?
Понимание — и неприятие того, что с тобой сделали годы («Ich weiss», «Guten Morgen», «Mein gutes Schiff»). Отвращение перед неприглядной смертью самоубийцы («Madchen tot»). Размышления о том, в какой момент невиновность превращается в вину («Absicht»), и о том, что детям «выкручивают языки» за любую выдумку. Презрение к собственному выбору по нужде («Durch dick und dünn»). Брезгливость по отношению к «современным чудесам геронтологии» («Grossmutter»). Полная беспомощность в коммуникации с женщиной («Glück»). Безумие и ужас, настигающий на кладбище («Auf dem Friedhof 1 und 2»).
И наконец, читателю предоставляется эксгибиционизм как трагическое искусство. Как драма одиночки в беспощадных глазах общества.
Четыре звезды, а не пять - потому, что иногда налетает смутное сомнение: а может, эту ванну всё-таки стоит просто помыть?.. Я имею в виду, конечно, легендарную ванну-композицию Joseph-а Beuys-а, которую предварительно оценивали в 80000 евро, пока две тётки её не отмыли. Иными словами, это всё ещё культура или уже модный стёб? Осторожный ответ: раз так сильно ранит, значит, высокое искусство.
Перевод хорош — для тех, кому он нужен.
Остальных призываю отрясти пыль со школьных тетрадок немецкого и в восхитительном ужасе сопричаствовать тому, как Т.Линдеманн заклинает собственных дьяволов.
8 понравилось
