A Redbird Christmas

После смерти птицы она изменилась, перестала скрывать от других свои подлинные чувства. А то уйдет человек из жизни и не узнает, как ты к нему на самом деле относилась. Теперь всякий телефонный разговор Милдред заканчивала неизменным «Люблю тебя».

Уехать из Чикаго все равно, что перебраться на другую планету

Вот ведь что забавно, мистер Кэмпбелл. Если кто сюда попал, здесь и остается.

Колдовское место, густо поросшее тенистыми деревьями (из-за чего его не видно с шоссе), расположилось на берегах прихотливо вьющейся реки, изобилует цветами и певчими птицами, живая мечта о прекрасном, которая ждет не дождется своего пейзажиста

... даже фальшивая надежда лучше, чем безнадежность.

Батч поджидал Френсис на полдороге. Она кипела от возмущения — у самой-то у нее никогда не было детей:

— Кем надо быть, чтобы оставить своего ребенка этой ужасной женщине? Просто диву даешься, что было на уме у Господа Бога, когда он наделял потомством таких людей!

Ей нравилось, когда у мужчины хороший аппетит.

Санта называл детей по имени, и они один за другим подходили к нему за подарком. Освальд заметил, что, когда они возвращались на свое место за столом и разворачивали подарок, лица у них буквально расплывались от радости.

Сначала Дотти Найвенс прочла стихотворение «Ночь под Рождество», затем перед публикой выступила какая-то шепелявая дама, потом смычком на «музыкальной пиле» был исполнен гимн «Рудольф, красноносый северный олень», а гвоздем программы стало явление Санта-Клауса с большим мешком через плечо.

-Кем надо быть, чтобы оставить своего ребёнка этой ужасной женщине? Просто диву даёшься, что было на уме у Господа Бога, когда он наделял потомством таких людей!