Цитаты из книги Zerbrechlich

"Одно дело – ошибиться, совсем другое – ошибаться снова и снова. Я уже знала, что бывает, когда сблизишься с кем-то, когда поверишь, что тебя любят. Тебя подведут. Доверься человеку – и приготовься, что тебя раздавят. Потому что в ту минуту, когда тебе понадобится этот человек, его не будет рядом. А если и будет, то ты расскажешь ему о своих проблемах и ему станет еще тяжелее. Положиться можно лишь на себя, а это довольно хреновый расклад, если ты человек ненадежный."

"Не успев одуматься, я оторвал одно бумажное сердечко с пакета печенья. На пустом обороте я карандашом вывел: "Обожаю их." Завтра ты его прочтешь. У вас троих голова пойдет кругом: вы-то решите, что речь идет о выпечке, а не о пекарях."

"Мне кое-как удалось сдержать рыдания до спальни. Там я легла на его половину матраса, пытаясь найти точное место, где он спит. Я зарылась лицом в подушку, все еще пахнущую его шампунем. Сменив простыни после того как он начал спать на диване, я не стала стирать наволочку - специально. И теперь не знала, зачем это сделала. Чтобы притворяться, будто он по-прежнему рядом? Чтобы у меня осталась хоть частица его, если он вообще не вернется?"

"Я зализывала раны и хотела позвонить своей лучшей подруге. Вот только на этот раз она же мне эти раны и нанесла."

Нельзя забыть о случайно увиденных новых горизонтах.

Возможно, нам действительно нужен кризис, чтобы познать самих себя. Возможно, жизнь сперва должна хорошенько тебя потрепать, чтобы ты осознал, чего от неё хочешь.

Схватив на бегу пальто,я бросилась из кабинета. -Погодите,куда вы?-крикнула мне вслед Брайони.-У вас же совещание в... -Перенеси!-рявкнула я.-Меня только что бросил парень через Facebook.

— Разве ты не слышишь? — сказала ты. — Когда кого-то любишь, то произносишь его имя по-другому. Будто у тебя на языке оно в безопасности.

Думаю, есть два разных океана — тот, что играет с тобой летом, и тот, что безумствует зимой, — сказала ты. — Сложно вспомнить, какой он в другое время.

Но опять же, знать правду и принимать ее — разные вещи.

Не сумев сдержаться, я оторвал от пакета с печеньями сердечко. Карандашом написал отклик покупателя на пустой стороне: «Обожаю».
Завтра ты это прочитаешь. Вы втроем будете вне себя от счастья, предполагая, что анонимный автор говорил о выпечке, а не о пекарях.

Я оживала в его присутствии, казалась себе солнцем в созвездии его объятий.

Я не понимала происходящего: мы вместе попали в самый ужасный кошмар, но почему же мы были словно порознь?

— Бог не дает людям ношу, которую они не могут вынести, — заметил преподобный Грейди.

«Амелия, подожди!» — всегда говорила ты, когда мы куда-то шли, и я ждала, потому что знала, что есть миллион других способов оставить тебя позади.

Уиллоу, ты оставалась самой собой, чистой и простодушной. Другой такой не было. Я понял это в тот момент, когда взял тебя на руки, завернутую в пенистый материал, что уберег бы от травм: твой дух был крепче тела, и, несмотря на слова врачей, я всегда считал, что переломы случались именно поэтому. Какой скелет выдержит столь огромное сердце?

Вряд ли я смогу объяснить тебе, что значит найти кусочек самого себя, в котором заключена твоя сила. Вот что значит для меня Шарлотта.

И ты получил то, что хотел от этой жизни?
Получил.
И чего ты так хотел?
Быть любимым, чувствовать себя любимым на этой земле.
Реймонд Карвер. Поздний фрагмент

— Тебе не нужно говорить «я люблю тебя», чтобы сказать «я люблю тебя». — Ты пожала плечами. — Всего лишь назови мое имя, и я пойму.