С «Шантарамом» у нас не задалось ещё с первой книги. Но если первая часть, несмотря на сюжет, всё-таки поражала масштабом, атмосферой и реалистичным описанием мира, то вторую я дочитала только для того, чтобы узнать, чем всё закончится.
Скажу сразу: закончилось ожидаемо. И этим разочаровало окончательно.
На протяжении всей книги всё крутится вокруг главной любовной линии, что несказанно раздражает. Безусловно, многие ждали продолжения истории Лина и Карлы. Но то, как её описал автор, вызывало недоумение почти всё время.
Постоянно хотелось спросить: куда делись герои из первой книги? Что это за романтическое придыхание? Ну ладно, с Лином я ещё могу согласиться: он «растаял», потому что никогда не был особенно стабилен в своих мыслях и поступках. Но Карла?
Мне кажется, именно она могла стать центральным персонажем второй книги — той фигурой, через которую снова появился бы настоящий риск. Она для этого подходила идеально. Карла не выглядит женщиной, которая просто выйдет из прежнего мира и заживёт спокойно. Она любит власть, деньги, игру, контроль, красивую жизнь. Я гораздо легче поверила бы в то, что её новая деятельность чем-то промышляет, чем в то, что она окончательно становится частью большой любовной истории Лина.
Вот в этом для меня и главная фальшь. Карла интереснее той роли, которую ей отвёл автор. В ней есть ум, холод, расчёт, внутренняя сила. Но вместо этого её слишком настойчиво романтизируют. Я верю в Карлу, которая может любить. Но так же легко верю в Карлу, которая в какой-то момент выберет себя. И если Лин начнёт ей мешать, она просто вышвырнет его за ненадобностью.
Чем сильнее роман пытается убедить меня в обратном, в великой любви Лина и Карлы, тем меньше я в неё верю и тем больше она меня раздражает.
Про Лина даже говорить не хочется. Из действующего, рискованного, брутального мужчины он превратился в сентиментального и романтичного юношу.
Не сработала и философия как отдельная линия романа. В первой книге её ещё можно было воспринимать как часть авторского стиля. Во второй она стала похожа на набор туманных фраз, которые должны создавать ощущение глубины. Люди бесконечно пьют, курят, страдают, рассуждают о жизни — но мудрости от этого не становится больше. Это не выглядит как философия, выстраданная жизнью.
При этом вокруг продолжают разворачиваться линии, которые вроде бы должны быть насыщенными: любовь, криминал, дружба, предательство, духовные разговоры, поиски смысла. Но у меня было ощущение, что роман расползается. Я начинала терять героев: кто есть кто, кто чего хочет, кто с кем связан. И дело не в сложности сюжета, а в том, что многие линии перестали казаться живыми.
Бесконечные любовные истории, мужчины, спасающие несчастных женщин, красивые страдания, красивые речи — всё это в какой-то момент стало выглядеть почти пошло.
Мир, который должен был быть опасным и неоднозначным, начал обслуживать красивую развязку.
В итоге «Тень горы» для меня — это роман, который хотел быть мудрым, но стал неправдоподобно красивым. Хотел быть продолжением большой истории, но превратился в декорацию к ней.
Если в «Шантараме» ещё была жизнь — пусть чужая мне, раздражающая, не вызывающая восторга, но всё же жизнь, — то в «Тени горы» я увидела скорее декорацию жизни. Красивую, длинную, многословную, местами драматичную, но неубедительную.
И главный итог очень простой: я не поверила. Не поверила в любовь так, как она написана. Не поверила в Карлу как в романтический символ. Не поверила в Лина как в героя, который прошёл путь и стал глубже. Не поверила в общее просветление. Не поверила в финальное благополучие.
А когда большому роману не веришь, весь его масштаб перестаёт работать.