Das goldene Ei

"С ним не разговаривали, не говоривали, ни языка, ни разумного объяснения чему-либо, ни слов для размышлений, ни названий вещей. Ничего более ужасного. Нет способа во всем разобраться; нет способа отличить звук собаки и слова колыбельной; «да» звучит так же, как «нет», и оба слова совпадают с «вверх ногами»."

"Not talked to, not spoken to, no language, no sense of anything, no words to think in, no names for things. Nothing more terrible. No way to sort it all out; no way to distinguished between the sound of a dog and the words of a lullaby; 'yes' sounding the same as 'no', and both words the same as 'upside down'."

"... Я просто хочу знать: что с ним было не так?"
"Он родился от глупой женщины. Он родился от женщины, которая считала все, что с ним не так, божьим проклятием, как если бы она жила в хижине в лесу и верила в ведьм. Как и большинство христиан, она знала все о чувстве вины и ничего о благотворительности, поэтому она держала это в секрете - помните, это было проклятие - и не пыталась его обучить или научить, и Бог знает, как она его вырастила. Вот почему он выглядел таким уязвимым: вот почему он казался таким потерянным и отчужденным".

"... I just want to know that: what was wrong with him?"
"He was born to a stupid woman. He was born to a woman who saw whatever was wrong with him as a curse from God, as though she were living a hut in a forest and believed in witches. Like most Christians, she knew everything about guilt and nothing about charity, so she kept it hidden - remember, it was a curse - and made no attempt to get him trained or taught, and God knows how she raised him. That's why he looked so vulnerable: that's why he seemed so lost and alien."