Pulp

Моё знакомство с творчеством Буковски когда-то началось с романа "Женщины", к которому тогда ещё я, видимо, был не готов, но который не отверг, потенциально понимая его особый шарм.
Теперь, вспоминая о приключениях Чинаски и сравнивая их с нелёгкими буднями Билейна, я понимаю, что Буковски в своём последнем романе намеренно меняет своего альтер эго, как бы подводя итог всей своей работы. Билейн держит себя в штанах, в отличие от Чинаски, жизнь уже потрепала его, он может продолжать желать, но уже не имеет сил что-то сделать со всей этой жизнью. Всё что ему хочется, это выполнить своё дело. Всё-таки он лучший детектив Лос-Анджелеса.
Буковски мастерски проводит нас сквозь нуар бульварного чтива, вкрапляя в него отменный постмодернизм, щепотку сюрра и добрую порцию философии. Главный герой может сидеть между Космосом и Смертью, неизменно поносить почём зря барменов и хамить в лицо опасности, но в конце концов даже он, последний из двух могикан Голливуде, не может понять абсурдность нашего мира. Прочитай я этот роман на пару лет раньше, я бы его так не воспринял, но сейчас он попал именно в точку.
Я закончил писать рецензию, нашёл в шкафу початую бутылку виски и хорошенько вмазал.

Звонил телефон. Я не вмешивался. Вообще, не люблю вмешиваться в технический прогресс. Не то, что раньше – кому надо, присылали голубя. Или почтальона. Сейчас всё не то. Надо выпить.
Я вмазал. Потом вдарил, потом вкурил, потом ввинтил. Потом подумал об этом. И ещё раз подумал об этом.
Мне понравилось.

Потом в дверь постучали шесть раз. Все стуки я делил на разные категории. Этот стук не предвещал ничего хорошего, даже наоборот, предвещал что-то плохое и неизбежное. Этот стук говорил: евро никогда не будет прежним, Крым не нашим, а в футболе всё как обычно.
Я открыл.
Это была наша библиотекарша. Ей было сорок четыре, но она была чертовски хороша в своем халате, обтягивавшем её могучее тело совершенно причудливым образом. Такая женщина. Мечта поэта.

- Мне нужен Чарльз Буковски! – сообщила она, бесцеремонно заваливаясь ко мне. – Где он? Где вы его прячете?

Я молчал. Возможно, она ошиблась дверью. А возможно и домом. Улицей. Городом. Страной. Будь она неладна.

Мы помолчали около пяти минут.

• Почему вы молчите? – грозно спросила она наконец.
• Не знаю. А вы?
• Я ждала, что заговорите вы! Подлец. Так куда вы подевали Буковски?
• Хотите выпить? – впопад ответил я. Я знал – такие женщины тяготеют к выпивке. Это мне рассказывал мой учитель по обществознанию.

  Она не ответила.

- Вы взяли Буковски и не вернули! Прошел уже месяц! На эту книгу очередь! – сказала наконец она, разъярённо тыча в меня пустой бутылкой, найденной под кроватью. – У вас штраф сто рублей!

Светало.

До последних дней Чарльз Буковски не переставал смеяться - «Макулатура» была написана в последний год его жизни. Ирония и юмор были всегда для него способом пережить травматический опыт, а эта книга стала попыткой высмеять саму смерть.

«Макулатура» - намеренно плохой, неимоверно пошлый, но забавный роман, пародия на дешевые детективы с их плоскими персонажами и неизменным юмором ниже пояса.

Главный герой, частный детектив Ники Билейн (намек на Микки Спиллейна, автора детективов для массового читателя) расследует сразу несколько взаимосвязанных между собой дел: Дело Селина, Дело Красного Воробья, Дело гуляющей налево Синди и Дело Космической Пришелицы. Задачи Билейна - выяснить «Селин ли Селин», найти Красного Воробья, выяснить, гуляет ли от Басса Синди и избавить Гроверса от Космической Пришелицы.

«Каким-то образом это все увязывалось: космос, смерть, Воробей, жмуры, Селин, Синди, Басс. Но сложить это в единую картину я не мог. Пока что».

Буковски сам не раз говорил, что его произведения – это сплошная автобиография, перемешанная с фантазией. В «Макулатуре» много параллелей с жизнью писателя.

Буковски очень увлекался великим французским мизантропом Луи-Фердинандом Селином, книги которого оказали большое влияние на творчество писателя. В «Макулатуре» Селин – один из главных персонажей. В детстве Буковски, также, как и Селин, имел деспотичного, склонного к насилию отца и равнодушную мать, прививших своим сыновьям стойкую ненависть ко всему общепринятому, к «традиционным ценностям». Буковски и Селин стали своеобразными певцами социальных низов: алкоголиков, наркоманов, неудачников, людей без социальных амбиций, перебивающихся случайными заработками и ютящихся в трущобах. Между маргинальным, безумным главным героем и так называемым нормальным, но равнодушным, пошлым и скучным обществом пролегает основной конфликт в романах Буковски и Селина.

Из биографии Буковски мы узнаем, что Джон Мартин (прототип Джона Бартона в романе), владелец издательства Black Sparrow (Черный Воробей), договорился с Буковски о выплатах 100 долларов ежемесячно и до конца жизни Буковски, если писатель будет передавать издателю все им написанное. Эта сделка стала удачей для обоих – один стал знаменитым писателем, другой – издателем.

В романе двух головорезов букмекера Тони зовут Данте и Фанте – по фамилиям всемирно известного классика и малоизвестного автора детективов. Буковски иронично ставит между ними знак равенства, подчеркивая свою независимость от авторитетов и скепсис по отношению к литературным канонам.

Автор "Макулатуры" напоминает нам, что если всерьез воспринимать этот безумный мир и все личные и цивилизационные проблемы, то можно превратить свою жизнь в ад. Есть только одно оружие против этого – юмор и смех.

Если вы думаете, что это чтение для благородных девиц, имеющих изысканную привычку читать, укрывшись пледом и согнувшись в три погибели свернувшись калачиком, удерживая в одной руке книгу, в другой - кота, а в зубах - пончик, умудряясь при этом пить чай и умиляться тому, что за окном дождь (снег, град, жара, мороз, землетрясение, цветная революция, ядерная война, нашествие аннунаков и прочие романтические штучки), не забывая время от времени мечтательно подкатывать глаза и бормотать (исключительно низким голосом и с придыханием) милую чушь, то вы ошибаетесь. К вам придёт Буковски, сядет в кресло напротив, закурит дорогую сигару, выпустив роскошное кольцо дыма, «нальёт водки и врежет». А потом, совсем не гламурно, он выплеснет на вас весь грязный реализм своих книг, от которого проберёт дрожь и отчаяние, хотя романы написаны с великолепным чувством юмора. Ваш чай остынет, пончик засохнет, кот в слезах и с диким криком убежит, а вы будете лежать, согнувшись в три погибели свернувшись калачиком и думать о том, что:

Возможно, только от лица сильно пьющего человека писатель может честно рассказать о себе, о жизни, о людях. Сказать то, о чём ни у кого другого язык не повернётся даже намекнуть. Just do it! И автор это сделал, напрочь отказавшись от каких бы то ни было моральных тормозов . Я, конечно, сначала малость прифигела была несколько обескуражена, но потом зааплодировала!

и Буковски, будучи уже немолодым человеком, совершает смелый поступок: он пишет свою первую книгу, а потом вторую, третью… И, чёрт возьми, жизнь ему удаётся, потому что он вдруг становится ярчайшим представителем литературного андеграунда, завоевав симпатии и любовь миллионов читателей, в том числе и мои.
Наверное, Чарльз Буковски – это единственный писатель, с кем бы мне хотелось хоть немного поболтать обо всём на свете. Потому что он написал «Макулатуру», он разгадал секрет счастливой жизни, он знает всё о мужчинах и женщинах, он целовался с инопланетянкой, видел Красного Воробья, и даже лично знаком с Леди Смертью.
Но, боюсь, у нас была бы проблема: я столько не выпью.

Буковски решил написать плохую книгу - Буковски написал плохую книгу. Это чтиво даже литературой называть не стоит, это всего лишь макулатура. Но так ли сложно намеренно написать плохо? Подозреваю, что нет, иначе не было бы столько макулатуры, верно? Но всё не так просто, конечно.
Я вообще придерживаюсь мнения, что в каждой, даже в самой "не моё" книге можно найти что-то любопытное, нечто стоящее внимания, нечто, что показывает как автор старался. Даже если это просто интересная идея, загубленная плохим исполнением. Может, меня оно и не впечатлило, но видно же, что человек не просто так марал бумагу. Поэтому я редко ставлю очень плохие оценки и не очень хорошо умею это делать. Если мне так уж не идёт книга, то чаще просто бросаю и даже не вспоминаю о ней.

Знаете почему "Черный квадрат" Малеча называют шедевром? Или любую мазню, гордо именуемую современным искусством? Про такие картины часто говорят, что даже мой пятилетний сын нарисовал бы лучше. Так вот, не нарисовал бы. И ты тоже такое не нарисовал бы, даже если бы и выглядело похоже. Потому что искусством подобные вещи делает идея, которую автор закладывал в свою работу. Можно написать сколько угодно Черных квадратов, но их никогда не назовут шедеврами.
Поэтому как бы я не умела писать плохие книги, мне никогда не сочинить что-то наподобие "Макулатуры". Я бы не назвала её шедевром, но и плохой она не является. Плохое - то есть не имеющей никакой ценности. Конечно, если судить о ней с точки зрения хороших классических произведений, или там хороших современных творений, то это какая-то шляпа. Без внятного сюжета, без логики, с корявыми, ужасными описаниями и никакими персонажами. Но с тем же успехом, можно сказать, что Пикассо не умел рисовать, потому что у него картины корявые, и вообще не понятно, что он там пытался намалевать. Вот только чтобы дойти до того этапа, когда он стал писать "плохо", сначала он научился это делать хорошо. А потом понял, что так скучно и не оригинально. И тогда появился кубизм.

Уж простите за лирическое отступление в сторону живописи. Я лишь хочу объяснить, что Буковски собрал вместе все клише, скрепил это дело изолентой и выдал за книгу, потому что хотел этим что-то сказать. Делает ли это его книгу хорошей? Наверно, не совсем. Точно не для каждого. Но и откровенной макулатуры у него не получилось, если учесть, что его слова предлагают о многом задуматься. Это не просто убогое детище пьяницы и развратника, как может показаться.

Не могу сказать, что мне было жутко интересно, но и чаном с отходами это не назовёшь. И не забываем о юморе, конечно.

Может, Буковски и не станет никогда моим любимым писателем, но внимания он заслуживает. И не забываем, что хоть и не все получили такое задание, но каждый из нас ищет Красного воробья. Пока к нам ещё не наведалась Леди Смерть.

Всем спасибо, Frieden und Liebe!

Что это только что было? И как хорошо, что оно закончилось так скоро.

Ник Билейн, неудачливый частный детектив, получает заказ от Леди Смерть отыскать известного французского писателя Луи-Фердинанда Селина, который должен быть давно мертв, но отчего-то разгуливает по улицам Лос-Анджелеса. Как можно отказать смерти? Еще надо найти загадочного Красного Воробья и доказательства измены красотки жены. Это все уже смотрится бредово, в антураже грубоватого детектива, замешанного на жестокости и эротике, выглядит еще менее привлекательно.

Тут, кажется, собралось все то, что я не люблю в литературе. Постмодернизм, альтернатива и нуар. Откровенное, лаконичное и жесткое повествование с налетом гангстеризма и грубых диалогов. Не приукрашенная действительность, алкоголь, мат и цинизм. Главный герой неудачник, любитель выписки и азартных игр. Он совершенно не вызывал симпатии. Совсем не мое, совсем.

При всей любви и уважению к этому автору, книги Буковски для меня - это перекур между более фундаментальными произведениями. Точнее, я так дозирую его, чтобы вновь и вновь возвращаться к его романам. Я читаю его быстро, взахлеб, наслаждаясь языком и ритмом. Его последняя вещь Макулатура посвященная "плохой литературе", как мне показалось, - огромный плевок в сторону всего того чтива, которыми нагромождены полки книжных магазинов в любом городе мира. Весь этот детективно-постмодернистский понос, где авторы играют с читателями в кошки-мышки, прыжок туда, прыжок сюда, откуда не возьмись вылезают новые персонажи, как это мило! А Буковски как всегда смеется над этим. Он вообще смеялся над всем. Прежде всего над самим собой, используя разные эффектные приемы. При всей внешней грубости и нигилизме, Буковски был тонким человеком. Нежность проглядывает в самых его мрачных и грязных строчках. Достаточно прочесть его стихи, чтобы в этом убедиться.

Не видя ни одной фотографии Буковски портрет рисуется в воображении сразу - небритый, грузный мужчина в окружении бутылок (полных и относительно) с бабами разной степени одетости. Последний роман Буковски стал моим первым - и продолжение еще последует. За всеми потоками мата и безсюжетных линий не то чтобы скрывается - просто не слишком рвется наружу - человек, потрепанный жизнью, алкоголем и женщинами, и хорошо понимающим, что этот макулатурный мир не стоит чтобы тратить на него кучу времени и бумаги, исписанной изысканными и изящными словоблудиями.