Русская канарейка. Желтухин

Прочитал и задумался: грандиозный мастер, язык на гране фантастики, герои с интереснейшими историями – что не так? И возникла у меня такая мысль: книги нынешней Рубиной - это мир, похожий на спектакль. Очень хороший спектакль – который, тем не менее, многим отличен от живой жизни. Я бы не стал называть это «брехнёй», как некоторые коллеги - просто жанр, в котором работает автор, незаметно поменялся. Пробирающая до мурашек достоверность героев, бывшая, допустим в рубинском шедевре "На Верхней Масловке" подевалась куда-то. Не поворачивается язык сказать, что герои стали «картонными» – нет, они из первосортного папье-маше, ювелирной выделки, проработанные до мельчайших морщинок неким гениальным Левшой. Но внутри – несмотря на тщательно прорисованные эмоции – персонажи полые, нет там ничего. В их существование как бы не верится, совершенно не тянет с ними поговорить, пообщаться, как с живыми людьми, что бывает при чтении сильной книги.

И все-равно зрелище книги впечатляет. Чего стоит дух места, бесподобно передаваемый Рубиной, где бы не разворачивалось повествование. А описание всех этих судьбоносных увлечений, о которых говорилось в предыдущих рецензиях! В общем, книга как произведение искусства, думаю, удалась, просто не надо искать в ней собеседника. Рубина, мне кажется, потихонечку перебирается в жанр «интерьерной живописи», где есть место роскошному орнаменту речи, гениальным описаниям, но нет места живому герою. Герои здесь тоже лишь часть орнамента.

Возникла у меня по прочтении ещё одна мысль. Душа каждого человека способна на какое-то количество любви. Мы способны принять близко к сердцу судьбы лишь ограниченного числа людей, а дальше вместительная способность заканчивается. Так вот писатель, рождая и оживляя героев своей энергией, наверное тоже не бесконечен. Наверное, когда-то наступает предел, и он больше не может оживлять всё новые и новые образы, поскольку уже неоднократно воспел всех, кого любит. К тому же, наши воспоминания тоже, увы, исчерпаемы. А где взять новые? Ведь нет второго детства, второй юности… Возможно, чтобы не повторяться, автор просто оказался вынужден перейти на производство высококачественных муляжей, увы, не «подключенных» к его сердцу, а потому не оставляющих в определённой части читателей чувство правды.

Пять поставить не могу, но ниже четырёх рука «не опускается» – мастерство-то всё равно уникальное!

Оказывается я не поставила этой книге оценку. Странно. Мне нравится всё, что пишет, а тем более читает Дина Рубина. И эта книга не стала исключением. Поэтому, однозначно пять звёзд!

Сюжет здесь самый обыкновенный: о жизни, о жизни нескольких поколений одной семьи (вернее их было две, но автор старалась их никак не пересекать друг с другом, в одном только месте упоминается о случайных пересечениях самых младших потомков). История каждого члена этой большой семьи, рассказанная в истории нашей большой страны. Такая тихая семейная сага. Именно то, что я люблю. Никогда бы не подумала, что мне нравятся семейные саги. Но в таком контексте нравятся, да.

Про язык мне вообще стоило промолчать. Это самый обыкновенный язык. Самый обыкновенный язык Дины Рубиной. Она всегда так пишет. И в нем уже ничего не удивляет. Было бы странно, если бы она написала по другому. В этот раз поймала себя на мысли, что сравниваю её с Набоковым (хотя тысячу лет его в руки не брала и уже не помню как он пишет). Но она также потрясающе и читает свои книги. Поэтому предпочитаю слушать только в авторской начитке, если, как в данном случае, есть такая возможность.

Одна из немногих книг, которую я рекомендовала маме.

Сама обязательно буду читать продолжение.

Дина Рубина - это мое читательское счастье и наслаждение. Я ее читаю, как будто ем изысканнейший торт - смакуя каждый кусочек и постанывая от блаженства.

Хотя семейной сагой именуется вся трилогия, для меня именно первый том - квинтэссенция этого жанра, как я его представляю.

В центре внимания две совершенно разных семьи. Но каждая из них описана так, что щемит сердце. Рубина не просто описывает быт и жизненный уклад. Она наполняет стены домов семейным пространством, истинно теплым и неповторимым. Это привычки и традиции домочадцев, семейный порядок, родственные и душевные узы, и семейные предания. И все это так восхитительно, что семья получается истинно живым организмом. Нестерпимо хочется оказаться там, видеть и услышать все это, приобщиться и прислониться. А все эти "беречь как синицу окунь", "каламбур в голове", "трость с бадахином", "конеццитаты", "валяться как падаль", появляющиеся вновь и вновь, ускользающие, и снова выныривающее на поверхность - как это упоительно! Как Стеша зашила кольца в пуговицы, я хочу зашить все это в себя - эти ощущения, слова, каламбуры, этих людей, эти семьи, эти жизни и носить, беречь как драгоценности, дорогие и родные.

А герои! Как они восхитительны, как прекрасны все они вместе и каждый из них! Даже про дворника или городского сумасшедшего хочется прочитать отдельную книгу, что уж говорить про главных - про них хочется читать без остановки целые эпопеи, лишь бы не смолкали их голоса, лишь бы видеть их лица. Но каждому отведено свое время и место в узоре судьбы. Рубина плетет это кружево так умело, что вместе с переживаниями за судьбы персонажей поневоле охватывает упоение красотой и изобретательностью узора, которые из них слагаются. Чувствуется предначертанность каждой судьбы, общий замысел который стоит за этим (и вовсе не писательский, берите выше). Каждая ниточка важна и нужна в этом узоре. Для окружающих, для семьи, для истории. Они все связаны, и дальше из всего этого что-то вывяжется, вырисуется - обязательно.

А города! Как она описывает города! Как людей - с характерами, повадками, манерами. Апортовые сады и одесские дворы настолько прекрасны в этой книге, что остается лишь надеяться, чтобы одна из прошлых или будущих жизней прошла именно там.
А эти упоительные мгновения! Утренние распевы птиц, вечера на даче, семейные ужины, репетиции, воскресенье на катке, прогулки по садам....
А... Впрочем, что там говорить. Эта книга - просто бездна мелочей, деталей, мгновений, моментов, эмоций, чувств, переживаний, которые вместе сливаются во что-то большое и значительное.
Ее очень трудно описать и объяснить. Ее надо прочитать и прожить.

Люблю семейные саги, однако данная книга далась мне с трудом. Первый раз слушала аудиокнигу, было сложно разобраться среди огромного количества действующих лиц. В итоге дослушала, но из этого калейдоскопа героев запомнить смогла лишь немногих. Для себя решила не читать продолжения.
Спустя год снова вернулась к книге, но на этот раз уже прочла. То ли оттого, что уже второй раз читаю, то ли по той причине, что визуально информация легче мной усваивается, но я наконец-то разобралась кто кому кем приходится и смогла вникнуть в суть повествования, правда пришлось для себя составить список героев и родовые древа нескольких семей. Так вот, согласно моему списку, прежде, чем добраться до главного героя (а произошло это почти в самом конце книги), мне пришлось прочитать о 73 персонах! На мой взгляд их слишком много, много второстепенных лиц, не играющих никакую роль в данной истории, исчезновение коих никак не повлияло бы на сюжет.
Понравился слог и стиль повествования, а также специфические народные Одесские и не только словечки и выражения. Любителям длинных семейных саг книга придется по душе.

Ну как тут сказать просто - Дина Рубина? Нет, и язык не повернется, а только - Дина Ильинична, уважительно, и только так. Потому что поднять такую глыбу - и мало поднять, и показать нам со всех сторон, со всех ракурсов, спуститься и на дно морское, и с высот небесных оглядывать всю эту лепоту - кто как не Мастер способен на это.

И силища, и красота такая величавая - это я и про язык, и про само произведение в целом - плыть бы и плыть бы, чтобы не кончалось оно. И даже когда речь идет идет о чем-то простом и неизбывном, все-таки есть целые куски такие, где вроде ни трагедий, ни того, когда взмывает человек от счастья и сильных эмоций - а все равно мощь поражает, поражает зачастую до слез, до какого-то состоянии эйфории. И удивления - знаете, такого детского удивления и ожидания подарка, которое бывает только в детстве.

А что ни слово, то бриллиант - а стоит ли говорить об этом?

И не красивость именно - как иногда изощряются со словом, что читаешь, и просто физически устаешь от сплошного наплыва - что ни слово, то дом с башенками.

А тут просто читаешь, и видишь перед собой всех тех, кого рисует автор - отчетливо, не приукрашивая, но и не преуменьшая, прекрасным русским слогом. Вот, правда, сравнила с чувством, будто плывешь, и прибавлю - будто подхватывает тебя течением реки, великой русской реки Волги.

А уж как только умеет Рубина выписать многоплановую и такуй цельную картину, и где то далеко за половину начинаешь понимать, что должны - ну никак по другому - обязательно должны пересечься планиды тех главных героев, к кому и ведется вся эта разветвляющаяся история.

Все мы родом из прошлого, и потому, когда прошлое говорит с нами голосом Дины Рубиной, вторгаясь в наши сердца, души - а мы и не помним, как мы можем помнить все эти вехи и зарубки оттуда - но как катит свои волны река Волга, так бурно вторгается, вливается в нас память о прошлом, властно требуя нашего внимания и полной отдачи, буквально растворения.

Я очень уважаю творчество Рубиной. И эта книга ничем не уступает другим ее произведениям по своей полноте, созданным образам героев, трагичности и одновременно комичности некоторых персонажей. Книга очень непростая, и еще больше поражает, что это далеко не конец - впереди еще две части. Казалось бы, это история про канарейку, но ведь суть-то не в ней, а в талантах, в музыке, в судьбах каждого человека, на котором сосредоточено внимание автора. Рубина кидает нас сначала в зачатки этой семейной саги - рассказывает про Зверолова, про Илью, про канарейку. Она рассказывает об ужасах потерь, смерти и о любви, пусть порой и очень странной. А по итогу мы видим картину из двух семей, двух городов, между которыми казалось бы - общего ничего. Но нет.
Что меня поразило в этом произведении, так это язык. Такой настоящий добротный русский, как у классиков. И за это низкий поклон автору. Что касается сюжета, то, конечно, он зацепил, но не так, чтобы в безумии бежать читать дальше. Эту книгу надо переварить, понять послевкусие и только потом - идти дальше.

История двух семейств - одесского и алма-атинского, - казалось, не связанных ничем, кроме звонкой песни кенаря Желтухина. Несколько поколений судеб обоих родов сыграли собственную роль на масштабной сцене под названием "жизнь", чтобы родился на свет главный герой повествования - "последний по времени Этингер".

Я вдруг осознала, что за последние два года не прочла ни одного русскоязычного автора, а потому забыла...

Забыла, какая колоссальная разница между изначально русским текстом книги и русским переводом!

Забыла, как могучая сила русского слова рвет душу на части...

Забыла, как от его же легкого касания воспламеняется и не гаснет наше сознание.

Эту историю хочется читать неторопливо, вбирая в себя все ее краски и испытывая каждую эмоцию, что пронизывают книгу от начала и до конца. Перелистывая страницу за страницей, переживать за героев и вместе с ними смеяться и плакать, любить и ненавидеть. Остаться равнодушным невозможно, если у вас есть сердце.

В этой книге - талант, что ведет за собой не одно поколение героев, преклоняя перед собой, воодушевляя и пронзая своей чистотой всех прочих.

В этой книге - семья, преподносимая самым великим сокровищем, каким только может обладать человек.

И, наконец, в этой книге - жизнь, бьющая ключем из каждого слова. Прекрасная, сильная, жгучая, непреклонная, жестокая, но жизнь.

Книга - песня. Книга - душа. Книга, которую нельзя просто прочесть, ее следует прожить!

Это не просто история. Это магия, сотворенная настоящей волшебницей русского слова!

Это не первое мое знакомство с Рубиной, ее талант я уже могла оценить в полной мере, хотя "Белая голубка Кордовы" и не покорила меня в полной мере. Первая часть про русского кенаря оказалась, вообще, полным смешением чувств, от скуки к восторгу, от усталости описаний к неоторваться ни на минуту.

А какое начало? Взрыв, старушка, которая оказывпется мужчиной (хотя в наш век бородатых трансов, это и не сильно уже удивит). И все же уши навострил и вперед... А тут автор раз и выдает пердимоколь, погружая в настоящую семейную сагу. Чтобы перейти к главным персонажем, она не поленится опустится до описания каждого далекого колена, в хорошем, конечно, смысле слова. Да что там говорить про семьи Айю и Леона (особенно второго, там погружение в семейный архив еще дальше, до самого основателя дома Этингера), мы узнаем, практически о каждом более-менее ярком персонаже в окружении того героя семьи, о ком идет речь. В какой-то момент, нам опишут всех соседей коммуналки, в которую превратится шикарное жилье Этингеров, а уж поверьте, их не один и два, хотя, конечно, обрисует и мазок каждого в становлении личности...Леона? Три хаха...нет. Его матери! Ну иначе же картина то не полная.
Уже сама автор сокрушается якобы:

И все же список не ограничится 2-3, это будет внушительный перечень. Колоритный, разнообразный, даже в один абзац герой не будет в этом произведении плоским или картоным. Он будет уникальный, живой, небанальный, он останется воспоминанием на кромке сознания настоящим, как твое личное воспоминание соседей из детства ( хотя своих бы и забыть можно, много чести).

И вот не люблю я такие описания, не люблю такие без острого сюжета, динамичных линий событий, хотя судьбы и сложны, особенно, конечно, война дала свои плоды, как почти для каждой семьи СССР. И все же красота, живость держат, да, нахрапом я такую книгу не могу выдержать, но и не восхитится талантом автора не возможно. А между этими историями все мелькает музыкальный мотив, то там, то там повествование скрепит Желтухин, сначала второй, а вот и первый мелькнул, а тут и третий вступил со своими "Граненными стаканчиками", а вот и монетка от одной семьи в другрй уже мелькает. Но канарейки - это серьезней, в них выражена музыкальная страсть, музыкальный талант, пусть и не все им будут обладать, но мелодия сочится из каждой буквы, каждой строчки. Рьяно, страстно, что восхищает. Я совсем невежда в музыке, у меня нет слуха, но эта страсть, это погружение цепляет.

А когда ты слушаешь в авторской то озвучке. Голос, пусть и не любимый для аудиокниг -женский (что в данном случае очень быстро и не вспомнишь, так как ты весь там), он создает нереальное настроение и погружение, мне даже жаль было возвращаться к электронному варианту, вот просто огромный кусок настоящей атмосферы теряешь, а Рубина вот и напоет как надо, и даже такие неправильные в ударении, но привычные до уха с детства "Гренки", такое родное навевает, хотя и кого-то может и побешивать, конечно.

И все же, автор прерывается от семейных перепитий, заманивая, забегая вперед, историей Леона, показывая зарисовки из его творческой карьеры, намекая на работу для разведки, она не даст в этой части тогг пути, как он и почему стал тем, кто есть, нам не раскроют в полной мере становление "русского кенаря", лишь метаморфозы семьи, лишь его детство. Как говорится, "Возбудим, но не дадим!", вот просто как Владка.

И все же самым интересным в книге для меня стала Айя. В этом мире музыке, мелькает самый интересный персонаж -фотограф, в этом мире музыке почти глухая девушка. Бунтарка, но она так манит своей личностью. Это живой глоток вольности, желания жить самобытно, мне жаль отца, наверное, поэтому мне тоже ближе клетка, а свободный человек, так привлекает внимание, рождает интерес. Несмотреть ни на что, просто жить, не в угоду кому-то. Вот она для меня пока потеснила Леона, хотя явно автор дает понять, что эти судьбы будут связаны, неизвестно насколько, неизвестно, что выйдет. Но Леон - намек, а она вот, уже взрослая, цельная.

В книге помимо того, что чувствуется страсть музыки, и красоты описаний, глубины персонажей, я бы выделила еще несколько моментов. Это не привычный книжный формат для пеня, автор именно беседует с читателем, рассуждает, отрываясь от истории мелькает ее мнение о повествовании. Когда мы доходим до главной истории, главного персонажа, она уже сама сетует:

Вторым моментом, несмотря на такое обилие музыкальной специфики, тут почти нет сносок, это явно не "Война и мир", где полстраницы минимум сноска, нет, Рубина все расжевывает в тексте, умело и не инородно укладывая в канву повествования.

Если вернутся в моем описании к промежуточным персонажем, то меня зацепили женские образы. Особенно, восхищение Полиной Эрнестовной, какой талант, затмить саму Шанель, непризнанно, но нам и не надо большего. Любочка тоже повесилила со своим даром femme fatale, момент соблазнения жениха на свадьбе вызвал смех, хоть невесте явно не до того было. Ну и Стеша с ее непосредственностью, то ли племянница тебе, то ли сестра, Этингер и Этингер)

В любом случае, о книге хочется говорить, а значит затронула.

Истории с несколькими сюжетными линиями мне нравились всегда, но в последнее время особенно полюбились сумбурные истории. Стало интересно следить за постепенным развитием событий и гадать зачем появился тот или иной персонаж. И "Русская канарейка" оказалась одной из таких книг.
Это и семейная сага да не одной, а даже двух семей, и несколько переплетённых сюжетных линий, и многочисленные воспоминания. И всё это образует замечательный и запутанный сумбур из воспоминаний прошлого и событий настоящего.
Первая книга саги Рубиной оставила после себя восторг и сладостное предвкушение дальнейшего развития событий.
С большим удовольствием бы прочитала и вторую книгу если бы она была под рукой после прочтения первой, но увы и ах её не было. И это даже и к лучшему. Стоит дождаться третей части и не умираь от любопытства в ожидании развязки.
А ещё помимо всего прочего это мир музыки и истории о разведении и обучении кенарей.

Эта книга вызвала раздражение, как и Грегори Дэвид Робертс - Шантарам .
Но оно было сильнее, потому что “Русская канарейка” слишком долго притворялась нормальной книгой. Только на странице 900/1200 моей читалки я поняла, что то, во что я вляпалась, — коричневая субстанция — это не шоколад.

Начиналось все интересно, интригующе, вкусно (брр), но потом я спросила себя: а что, собственно, происходит? Где главный герой? Мы узнаем, что за загадочная женщина была в прологе? Мы поймем конфликт произведения? Ответ ошеломил меня (как раз на 900-й странице): что нет, нет и нет. Может быть, если бы не было так скучно и я бы периодически не бросала эту книгу, я бы заметила раньше: меняются города, герои, эпохи (!), но, по сути, не меняется ничего. Переживаний и интереса не вызывает никто.

Книга не стала бы ни лучше, ни хуже (но точно сильно короче), если бы читатель не узнал о жизни Любки, которая за жизнь сменила несколько мужей, а последнего так и не смогла похоронить по-человечески. Урна с его прахом стояла на видном месте, пока сама Любка не умерла. А Владка бесила Любку (и читателя) своими попытками поиграть с красивой вещицей. Это только один пример случайно появившегося эпизодического (даже не второстепенного) персонажа, жизнь которого расписана во всех подробностях. А таких персонажей за всю книгу было несколько десятков (мимо проходящие люди, соседи, и просто те, кто случайно промелькнул в воспоминаниях героев).

Ни одно подвешенное чеховское ружье не выстреливает. Кто родители Ильи? Что за человек был Зверолов? Что с книгами? Вместо того, чтобы поразить читателя невероятными разгадками этих историй в первом томе и заинтересовать следующими томами, нам накидывают еще больше ниточек, которые пока между собой не связаны. Это перегружает, раздражает и разочаровывает. Еще эти бесконечные вставки курсивом, описывающие события далекого будущего... ну просто невозможно.

И как квинтэссенция этого явления, Главный Герой, которого ждали в начале книги (а потом уже даже и не ждали, честно говоря), появляется в самом конце первого тома. Это шутка? Очень высокое мнение о своем писательском даре надо иметь, чтобы решиться на такое: читатель потратил кучу времени и сил, чтобы понять, что история еще не началась. Прекрасно, спасибо!

Кто-то говорит, что стиль автора надо смаковать. Но я-то раскусила, что это не шоколад, и смаковать тут нечего. Обилие прилагательных не добавляет деталей и красоты. Оно раздражает, бесит и превращается во вчерашний кисель. Потому что атмосфера в тексте может создаваться не только прилагательными, но и глаголами (“рухнул на диван от усталости” или “он был вымотанным, обессиленным, выжатым, одним словом — очень уставшим”?), существительными (“герой почувствовал запах плесени” или “герой почувствовал противный и удушающий запах”?). Это примеры из моей головы, а не из книги, но, если есть желание, то в тексте можно найти бесчисленное множество предложений, где прилагательное уступает по силе выразительности глаголу или не нужно совсем.

Если еще написать про стиль: сначала нравилось, а потом вызывало нервный тик, вот типа такого: и она побежала, нет — не побежала, а полетела, устремилась всем своим существом туда, вперед, как мотылек на огонь. Такое усиление, где после и так сильного слова есть обязательное “нет”, как будто текст пишется прям на ходу, и дальнейшее усиление, в котором появляются еще и эпитет, и сравнение, и все сразу. “И он закричал — нет, не закричал, а проорал во всеуслышанье ту боль, которая копилась у него всю его длинную, сложную, невыносимую жизнь”. Вот сейчас попробовала написать пару таких предложений и поняла, почему в книге этого так много. Это ну очень увлекательно! Но есть одно “но”: когда писатель пишет только для себя и совсем не думает про читателя, это графомания, а не стиль.

У Пруста тоже есть предложения на целую страницу, но у него, если герой пьет чай, ты прям пьешь вместе с ним, окунаясь в свет, звук и запах. В "Русской канарейке" Стеша готовила много разных блюд, но ни одно из них мне не хотелось попробовать, а вот пролистать эти описания хотелось.

Обычно в семейной саге описано максимум три поколения. Может, кстати, и было бы хорошей идеей в трех томах описать три поколения. Но автор пошел дальше: в саге пять, ПЯТЬ поколений. И уже четыре из них мелькнули в первой книге. Мне кажется, это ту мач. И ладно бы психологизм был бы какой-то: терзания, выборы, мечты, а не просто «родилась, родила, умерла». Ну как так-то?

Итог: в первом томе история не началась, продолжать читать сагу нет ни малейшего желания, язык ужасный, герои картонные, эмоций, кроме раздражения, нет.

Спасибо за внимание!