Поэтическое искусство

Нет, Буало всё-таки молодец. Вот все трактаты пишут, излагают подробно, сухо и научно, как надо писать, а как не надо, и читать это - адский труд. А он взял, придумал классицизм и написал про него поэму. Причем поэму довольно легкую и доступную: вот Ронсар плохой, потому что латынь использовал, и греческий, и всякие ученые слова, а Малерб - хороший, всё правильно делал. В стихах - порядок и умеренность, в трагедии - скорбь, страх, слезы, сострадание, в эпопее - миф,выдумка и благородный герой, в комедии - поучения без желчи и яда, природные черты людей, типичные характеры. Стихи бывают элегиями, одами, сонетами и эпиграммами; поэт должен думать и совершенствовать свои стихи, прежде чем кому-либо их показывать, а критик тоже должен думать, прежде чем критиковать. Такой вот классицизм, всё просто и понятно.

Трактат о поэтическом искусстве, который сейчас представляет больший интерес для историка, чем для филолога. Отражает суть спора между "новыми" и "древними" (вели Шарль Перро и Никола Буало). Буало в нем выступал в защиту "древних" (античных классиков). Также Буало в своих сатирах, вслед за Мольером, высмеивает модные литературные салоны того времени, представляя дам, которые их вели, жеманными дурочками, а их вкусы - мещанскими. Ни что не ново под луной. Всегда был гламур и всегда были люди, которые так или иначе с ним воевали. Бурлеск Буало тоже презирает, так что в своих взглядах он скорее консерватор, который старается удержаться в хрупких рамках хорошего вкуса и здравого смысла. Будучи сатириком, это трудно. Но вообще, критик, который критикует поэтов в стихах же, - это мило.

Не затягивать описаний:

Нередко пишущий так в свой предмет влюблен, Что хочет показать его со всех сторон: Похвалит красоту дворцового фасада; Начнет меня водить по всем аллеям сада; Вот башенка стоит, пленяет арка взгляд; Сверкая золотом, балкончики висят; На потолке лепном сочтет круги, овалы: «Как много здесь гирлянд, какие астрагалы!» Десятка два страниц перелистав подряд, Я жажду одного — покинуть этот сад.

Веселые евреи:

Великолепия достигнуть в них старайтесь, До пошлых мелочей нигде не опускайтесь. Примите мой совет: поэту не к лицу В чем-либо подражать бездарному глупцу, Что рассказал, как шли меж водных стен евреи, А рыбы замерли, из окон вслед глазея.

Каждому – свое дело:

Жил во Флоренции когда–то некий врач — Прославленный хвастун и всех больных палач. С чумою у врача большое было сходство: Тут он обрек детей на раннее сиротство, А там из–за него оплакал брата брат. Не перечесть — увы! — безвременных утрат. В плеврит он превращал простуды легкий случай, Мигрень — в безумие и приступы падучей. Но он из города убрался наконец, И пригласил его как гостя в свой дворец Давнишний пациент, случайно пощаженный, — Аббат, поклонник муз и в зодчество влюбленный. Вдруг лекарь проявил и знания и жар. Входил он в тонкости, ну прямо как Мансар: Нет, недоволен он задуманным фасадом; К тому же, павильон построил бы он рядом, А эту лестницу чуть сдвинул бы назад. И каменщика тут зовет к себе аббат. Тот, выслушав, готов последовать совету. А так как мне пора закончить сказку эту, Я расскажу о том, что сделал медик наш: Он в лавке приобрел линейку, карандаш, Галена тяжкий труд навек оставил прочим И, недостойный врач, стал превосходным зодчим.

Стих должен читаться хорошо:

Порой случается, что стих произнесенный Нам нравится на слух; но лишь его прочтем, Как сотни промахов мы сразу видим в нем.

Не кидаться на всех со своим творчеством:

Не нужно подражать нелепому глупцу, Своих плохих стихов ретивому чтецу, Который с рвением, на бешенство похожим, Их декламирует испуганным прохожим; Чтоб от него спастись, они вбегают в храм, Но муза дерзкая их не щадит и там.

О доходе:

Когда вы пишете и долго и упорно, Доходы получать потом вам не зазорно, Но как противен мне и ненавистен тот, Кто, к славе охладев, одной наживы ждет!