Глаза голубой собаки

Приобрел книгу в подростковом возрасте после прочтения «Ста лет одиночества» и «Полковника» и был несколько разочарован. Никаких эмоций книга толком не вызвала, да и спустя 7 лет в памяти сохранились только сюжеты пары рассказов.

После недавнего прочтения, уже будучи знакомым с большей частью библиографии автора, я пришел к выводу, что это … действительно, одна из самых слабых книг автора (он даже был против ее публикации).

Почти все рассказы посвящены теме смерти,  в них почти нет действия, диалогов. Их чтение больше похоже на созерцание картин.

Тем, кому просто нравится стиль Маркеса и этого достаточно, книгу можно порекомендовать. В другом случае, для знакомства с автором, советую начать с чего-нибудь другого.

С этим рассказом у меня вышла прямо-таки садистская история. Начну с того, что я ненавижу нежной ненавистью "Сто лет одиночества", но после этого пару раз давала книгам Маркеса шанс, возбудить во мне хорошие чувства.
У меня на телефоне были загружены несколько рассказов, в том числе и этот. В ушах - наушники, в обеих руках - тяжелые пакеты, на улице - +32 градуса, нормальная погода в Южной Азии.
Всю дорогу домой, обливаясь потом, я слушала этот рассказ, полностью сосредоточившись на всём этом возвышенном бреде, не несущем смысла. Так как переключить я его не могла, я просто ждала, что он вот уже сейчас, закончится. Так я его и дослушала и после последнего слова, я кинула пакеты на дорогу, достала телефон и проверила кто это был. МАРКЕССС крикнула я пустой улице и поклялась больше никогда не возвращаться к этому автору.
Плохо, очень плохо. Возможно в 16 лет зайдёт вместе Коэльо.

Я в восторге от этого жуткого сборника рассказов. Читаешь, и вопросы мурашками по коже пробегают... Много вопросов. Читать немного неуютно, но легко в то же время. Как на одном дыхание, отрываешь глаза от последнего слова в книге и понимаешь, что уже рассвет. Ты начинаешь задумываться о том, о чем, возможно, не задумался никогда (ну или не скоро). Что убивает человека быстрее и мучительнее - смертельная болезнь или примирение со смертью? А как возникли эти идеи в голове автора? Что он переживал, когда писал это? И читая, переживаю ли я тоже самое и что Маркес, или мои чувства изменяются под углом моей жизни?
❤️Последнюю ночь он провел счастливо, в обществе собственного трупа.
❤️Он знал, что в гармонии его личности чего-то недостает, как недостает этого в его обычной, видимой глазу целостности: «Потом вышел Иаков, держась за пяту Исава».
Пока
❤️ Ты удивительный человек, - сказала она. - Ты никогда не помнишь своих снов.

Там, под пальцами — и еще глубже, там, где кости, — крепкое анатомической строение хранило низменный порядок всех его составляющих, вселенную переплетенных тканей, маленьких миров, которые поддерживали снизу доверху каркас из мяса, менее постоянный, чем естественное и окончательное расположение костей

Эссе с "потоком сознания".
Наверное, каждый из нас думает о чём-то, стоя перед зеркалом и рассматривая своё тело: у некоторых это мысли о внешности, у других - воспоминания, у третьих - философские размышления...У нашего героя в голове тоже разные мысли...

Рассказ "Глаза голубой собаки" или ГГС, как я люблю его величать, ворвался в моё творчество. И всё никак не хочет меня отпускать. Благодарю, Маркеса. Согласна, это совсем не рецензия. Но я считаю, что рецензия должна показывать, какой отклик у души нашло то или иное произведение. Меня этот рассказ заставил творить, навсегда прописавшись в душе и сердце.

Он:
У лампы-керосинки руки грея, она сидела…
Ее за гранью сна я вижу каждый раз.
Тревожный взгляд, лицо и пальцы тенью черно-белой
Окутывали, словно одеяло, нас.
Я не притронусь – ты не прикоснешься.
Мы рядом, только руку протяни.
Она:
Нельзя, иначе мы проснемся,
Хотя бы эти сны нам сохрани.
Писала эту мантру я на стенах
И пальцы-руки разодрала в кровь,
Теперь чему пульсировать по венам?!
Всему виной проклятая любовь…
Он:
Собаки голубой глаза писала?
Она:
Чертила буквы в кафля белизне
Помадой красной на полу в аптеке,
Тебя я проклинала в полусне.
Ведь ты не можешь вспомнить поутру ни имя,
Ни этих слов, что символ забытья.
А мне они давно уже не милы,
По крохе убивают день от дня.
Кровь с молоком, как явь и сон, смешались.
Все невпопад … И как-бы в унисон
Мой белый сон с твоим сном красным
Затеяли нарушить общий фон.
Он:
Теперь мы здесь заложники навеки.
Я буду, как всегда сидеть курить,
А ты пуховкой лба касаясь белой,
Мне тихо будешь говорить:
Она:
«Я так боюсь,что эта комната приснится…
Он:
У тебя мокрые ресницы?
Она:
Молчи!.. Кому-нибудь еще, и рухнут стены сна,
А замки обернутся прахом из песка.»
Он:
Я не услышал слов, залюбовался медной кожей.
Спасибо, тебе Боже, что она меня познала и ее я тоже.
Она умолкла, тяжело вздохнув.
А я сказал: «На статуэтку медную похожа…»
Она:
Я думаю про это тоже, особенно в постели лежа
На боку, где мое сердце бьется.
Он:
Я плохо слышал и вперед подался.
Она:
Не приближайся, ведь разрушить можна все.
Он:
Мне хотелось, так всегда услышать,
Какой мелодией звучит твоя душа.
И не спеша она ответила.
Она:
Когда мы будем вместе наяву…
Он:
Когда же будем вместе…
Она:
Но я не чувствую вину,
Ведь это ты не можешь вспомнить поутру
Заветные слова, ну помнишь, ты сказал:
«По ним я наяву тебя найду.»
И так уж десять лет все длится наш союз.
Никак не заплывает в гавань с моря шлюз,
Не падает из плеч тяжелый груз,
Никак не бьет шестерка черви туз.
К чему последние слова не знаю,
Но пока память о тебе живет во мне,
Я все еще живая, и как назло я помню,
Вечно помню о тебе.