Цитаты из книги Mijn woestijn

Вот когда не имеешь чего-нибудь, тогда ценишь это, а поскольку у нас ничего не было, то и ценили мы абсолютно все.

Я решила, что сначала поеду в Италию, — ведь я выросла в бывшей итальянской колонии и немного говорила по-итальянски. Правда, почти весь мой словарный запас состоял из ругательств, которые я слышала от мамы, но как раз они-то и могли пригодиться.

Я всегда стремилась к лучшему, старалась двигаться вперед и выяснить наконец, где же меня ждет что-то необычное, — а в том, что оно меня ждет, я не сомневалась.

Впрочем, тогда я и сама не сознавала, что уже многое знаю о жизни женщины в Африке: главное, нужно жить тихо и страдать, как дитя, — покорно и беспомощно.

Вот мы сидим вокруг костра с мамой и папой, сестрами и братьями, все мы сыты, всем весело. Мы всегда старались быть бодрыми и смотреть в будущее с надеждой.

Мы старались не унывать, вести себя спокойно, и тогда завтра, с Божьей помощью, станет лучше. Иншалла, то есть так будет, «если Аллаху это угодно» — такая у нас философия. Мы знали, что наша жизнь зависит от сил природы, а те во власти Аллаха, не в нашей.

Я действительно была готова умереть. Но, вероятно, Бог, который неизменно был моим заступником, уготовил мне нечто иное и по какой-то причине решил сохранить мою жизнь.

На этих искривленных ногах я прошла тысячи миль по пустыне, и моя медленная, покачивающаяся походка — это походка африканки. Своего рода визитная карточка.

В детстве и юности у меня не было ни малейшего понятия о том, что существует другой мир, не похожий на тот, где жили мы со своими козами и верблюдами. У нас не было туристических поездок по разным странам, книг, телевизора и кино — весь мой мир ограничивался тем, что я каждый день видела вокруг себя.

— Бога ради, довольно хвастать! Тебе же придется сиськи показывать, верно?
— Ага, за тысячу пятьсот фунтов!
— Такие малюсенькие за столько? Тебе должно быть стыдно! — смеялась она.

Я стояла на платформе и вдруг у меня возникло желание броситься под поезд. Несколько мгновений я вслушивалась в его грохот, ощущала на лице ветер, который гнала перед ним могучая сила, представляла, как многотонная стальная махина сотрет меня в порошок. Искушение покончить со всеми тревогами было велико, но я спросила себя: "А стоит ли выбрасывать жизнь на ветер из-за взвинченного мужика?"

На Западе все постоянно куда-то спешат. В Африке жизнь течет размеренно. Если ты договорился встретиться с кем-то в полдень, то, значит, раньше четырёх-пяти к тебе никто не придет

Мы всегда старались быть бодрыми и смотреть в будущее с надеждой. Никто не сидел у костра, хныкая и вздыхая, никто не предлагал: «Давайте поговорим о смерти». Жизнь в пустыне тяжела, и чтобы просто выжить, нам необходимо было напрягать все силы, а уныние отбирало эти силы.

- ШЛЮХА! - завопил он. - АХ ТЫ Ж, РАСТАК ТВОЮ МАТЬ... Прохожие оборачивались и смотрели мне вслед. Наверное, им было непонятно: если это я шлюха, почему же тогда я заплатила ему?

Пока мы заняты вечерними обязанностями, огромный в пустыне купол небес чернеет, на нем появляется яркая планета, возвещая, что пришло время запирать скот в загонах. В других землях эту планету называют Венерой, планетой любви, но в моей родной стране это Макал Хидхид, то есть «время прятать ягнят».

Когда человек странствует по жизни, то преодолевая бури, то наслаждаясь светом и теплом солнца, то попадая в "око" ураганов, его выживание зависит единственно от силы воли

Когда я была ребенком и жила в Сомали, мы ценили все то, из чего состоит жизнь. Приход дождя был для нас праздником, потому что он нес с собой воду. Кого в Нью-Йорке заботит вода? Пусть себе течет из крана, а ты тем временем отходишь в сторону и занимаешься на кухне другими делами. Вода есть всегда, когда нужно. Бац! — повернул кран, она и потекла. Вот когда не имеешь чего-нибудь, тогда ценишь это, а поскольку у нас ничего не было, то и ценили мы абсолютно все.