M Train

Когда прозвенел дверной звонок, я удивилась. На пороге стоял Клаус со своим другом Джеймсом. Они принесли мне букет цветов, подогнали автомобиль и потребовали, чтобы я с ними прокатилась.
-С днём рождения! Поехали с нами в Рокуэй, - сказали они.
Но разве я могла отказаться от предложения провести день рождения у океана? Я схватила пальто и вязаную шапку, и мы поехали на Рокуэй-Бич. Несмотря на зверский холод, сделали остановку у моего дома. Я сфотографировала дом. Мы прошлись по улице, где жил Клаус. Огрормный сад Клауса опустошён: выжили только самые стойкие деревья. Мы взяли в единственной кулинарии, которая ещё не закрылась, кофе и пончики с сахарной пудрой, Клаус и Джеймс спели "С днём рожденья тебя". Снова сели в машину, поехали <...> Время, оставшееся на моём балансе в день рождения, я истратила, созерцая Элвиса Пресли в "Пылающей звезде". Сон не шёл, и я сварила кофе, надела худи, уселась на своём крыльце. Почуяла, как надвигается снегопад. <...>Обратила внимание, как туго натянута ткань джинсов на моих выпуклых коленках. Я всё тот же человек, подумала я, со всеми моими недостатками, сбережёнными в целости и сохранности, с теми же самыми, слава тебе господи, старыми добрыми костлявыми коленками.

Перед кулинарией выставили на продажу тыквы. Хэллоуин. Я взяла там стакан кофе и постояла на улице, уставившись в небо. Где-то вдали назревала буря. Свет уже приобрёл серебристый оттенок, лился откуда-то невысоко над горизонтом, и мне вдруг захотелось съездить в Рокуэй, сделать несколько снимков моего дома. Пока я собиралась в путь, провидение привело моего друга Джема. Он время от времени захаживает ко мне без предупреждения, и я всегда радуюсь. Джем - он кинорежиссёр - явился со своим 16-миллиметровым "болексом" и портативным штативом.
-Я тут снимал неподалёку, - сказал он. - Хочешь кофе?
-Кофе я только что пила, но...поедешь со мной на Рокуэй-Бич? Посмотришь мой дом и самый красивый променад Америки.
Джем ничего не имел против, я схватила свой "полароид", и мы отчалили. Вскочили в поезд "А", по дороге обменялись новостями.

Холодный свет над океаном стремительно тускнел. Я подошла к линии прибоя, постояла там с несколькими чайками. Джем установил штатив и, сгорбясь над камерой, начал снимать. Я сфотографировала Джема, потом, несколько раз - пустынный променад, а пока Джем упаковывал свою аппаратуру, посидела на скамейке. На обратном пути сообразила: я же оставила на скамейке свою фотокамеру. Но снимки были при мне, в кармане пальто. Это была не единственная моя фотокамера, но самая любимая, потому что гармошка у неё была синяя <...> В груди закололо, когда я вообразила её на скамейке: одна-оденёшенька, без кассет, не в силах зафиксировать момент, когда она оказывается в руках чужого человека. <...> В 'Ino я сидела как на иголках. Поела бобового супа, едва притронулась к кофе. Спрашивала себя: а вдруг фотокамера, забытая на променаде, - дурное предзнаменование?