Малое собрание сочинений

Как-то так получается, что лучшие произведения молодой советской литературы второй половины 20-х годов неизменно посвящены теме разоблачения мещанства, здесь и Зощенко, и Булгаков, и Платонов. По поводу этой троицы можно судить по-разному, но известно наверняка, что у каждого из этих авторов были не простые отношения с новой пролетарской властью. А вот Маяковский был признанным глашатаем революции и новой жизни, однако он тоже отметился на фронте борьбы с мещанством, и отметился очень заметно. Выходит, на тот момент воинствующее мещанство было настолько глобальным явлением, что привлекало к себе внимание лучших творцов страны, причем разных политических окрасов. Так в чем же здесь дело?

А дело, наверное, в том, что Великая Пролетарская революция, победившая в нашей стране, пролетарской была только с точки зрения партийных идеологов, которым было необходимо легитимизировать, хотя бы в понимании исторической необходимости, свое право на власть, а по сути своей она была революцией мещанской, потому что именно мещане хлынули на поверхность общественной жизни в первые годы после Гражданской войны.

Традиционные носители культуры - дворяне - были объявлены персонами но-грата, их либо изгнали из страны, либо им приходилось скрывать свое происхождение, а следовательно не слишком "козырять" культурностью и воспитанностью. Так пальма культурного лидерства перешла к мещанам, людям грамотным, но малообразованным, нахватавшихся где-то чего-то по случаю и по верхам. Именно они породили тот убийственный новояз, на котором говорят герои Зощенко, и которым в пародийном ключе написан платоновский "Котлован". Герои Маяковского из его "антимещанских" пьес "Клоп" и "Баня" тоже носители того же новояза.

А, поскольку мещане стали эталонами новой культуры, то и не блиставшие образованностью представители классов крестьянства и гегемона-пролетариата, перенимали мещанские привычки и словечки, используя мещанское лекало как образец для подражания. Усугублению этого процесса служила Новая экономическая политика (НЭП), разрешавшая частную торговлю и мелкое предпринимательство. Советские дельцы были самыми яркими представителями стихийно формирующейся культуры, недаром слова мещанин и нэпман стали чуть ли не синонимами.

Советские идеологи понимали куда ведет эта тенденция и объявили войну мещанству и борьбу за нового советского человека, мещанство вместе с его "яркой" культурой объявлялось пережитком и подлежало искоренению.Поэтому литература, обличавшая и высмеивавшая воинственных мещан, была в тот период крайне востребована.

В своей пьесе Маяковский пытается заняться своего рода социальной генетикой, он вычленяет из рода "хомо сапиенсов" новый тип, обозначая его "обывателиус вульгарис". Именно так, по мнению гениального поэта, назовут люди коммунистического будущего (1979 год, как давно это было) оживленного представителя советского нэпманского мещанства - Пьера Скрипкина.

Кроме того, что пьеса сатирическая, она еще и фантастическая. Казалось бы, чего-чего ожидать от Маяковского, только не этого. Но чем он хуже остальных авторов, социальная фантастика в тот период была крайне востребована и ею грешили все: от Булгакова до Алексея Толстого. Вот и герой Маяковского оказывается попаданцем, чтобы позволить людям будущего на собственном опыте убедиться - какое же это безобразное убожество - советский мещанин. Пьер Скрипкин, на самом деле он Иван Присыпкин, но тяга к прекрасному, в его понимании, заставляет его изменить имя и фамилию, оказывается замороженным после пожара на собственной свадьбе, и возвращен к жизни при помощи передовой науки прекрасного коммунистического "далёко" через 50 лет.

Но, как выясняется, в версии Маяковского люди будущего далеко не так гуманны и толерантны, как оно сложится на самом деле, эти потомки победившей высокой культуры, например, записали в мещанские чувства и влюбленность тоже. Более того, когда Присыпкин исполнил под гитару один из забытых романсов, некоторые из потомков принялись вздыхать, мечтать, их потянуло танцевать и сочинять стихи, что тут же было классифицированно учеными как "эпидемия влюбленности".

Думаю, что в этих деталях проявилась ирония Маяковского по отношению к большому количеству произведений того времени, описывающих будущее общество равенства и справедливости. Поэт смеется не только над своими современниками, но и над их потомками, показывая как могут выглядеть дети и внуки современных ему Присыпкиных и Баянов. Это было довольно рискованным трюком, смеяться над коммунистическим завтра не разрешалось никому и даже Маяковский не был исключением, ему оень сильно досталось за эту пьесу от "правильных" литературных критиков.

Пьеса родила несколько... мемов, как модно говорить сейчас. Самый яркий из них - "бюстгальтеры на меху" - несколько раз повторяющаяся навязчивая реклама в универмаге. Ну, и обучение Баяном Присыпкина хорошим манерам: два галстука одновременно не завязывай, накрахмаленную рубашку навыпуск не надевай, а, если приспичит почесаться, так незаметно сделать - это целая наука.

В общем, читайте великого пролетарского поэта и драматурга, и получайте удовольствие:
Читай Маяковского - разрешено.
Это познавательно и очень смешно.

Кому неизвестно это имя - Владимир Маяковский! Его стихи бьют наотмаш, выворачивают наизнанку, их ломанные строфы и необычные образы впечатываются в память. При этом, за исключением школы я его почти не читала, но решила исправить это упущение с данным сборником. И оказалось, что многие строки мне знакомы, потому что строки из них ушли в народ.
Сборник состоит из 14 стихов для детей, в том числе таких известных, как "Что такое хорошо...", "Что ни страница...", тут правда иллюстраций не хватило, и "Кем быть?" - это оттуда строки: я бы в ___ пошёл, пусть меня научат. Но вот некоторые из этих стихов меня не впечатлили, автор явно старался удержать себя в рамках и вместо привычной фантасмагории упирал в нравоучения.
Вторая часть сборника посвящена стихам взрослым (их 19) и это просто шедевры, но и из них хочется особенно выделить "А вы могли бы?", "Послушайте!", "Хорошее отношение к лошадям" и, конечно, "Облако в штанах", из которого просто невозможно удержаться и не поцитировать.

Завершают сборник две пьесы: Владимир Маяковский и Клоп. В первой из них я ничего не поняла, но мне понравилось) Пьеса в двух действиях и стихах, напряжением так и хлещет, полна персонажей, но не людей, а образов, среди которых главный - образ поэта. Которому очень нравится своё имя-фамилиё. Есть ещё старик с кошками - кто это? Смерть? Бог или наоборот? Чей ли то ещё образ - непонятно. Ещё целая толпа странных человек с чем-нибудь или без чего-нибудь. Среди них промелькнул Обыкновенный молодой человек, слова которого были самыми понятными - он их просил не бузить и дать ему пожить спокойно. А остальные беспокоились, бурагозили, за что-то страдали, к чему-то стремились, очень красиво и образно выражались. Прямо дрожью пробирает, но я видно совсем из другого времени или непонятливая слишком.
Клоп более понятен, к тому же, за небольшим исключением, написан в прозе. Первая часть напомнила шедевральную короткометражку "Не может быть!", точнее её часть про свадьбу. А потом всё завертелось и стало фантастикой, завершившейся прекрасным абсурдом. Всё очень доступно и смешно.

Всё как-то не по-русски в этом произведении. Намешана куча слов, напичканы какие-то непонятные термины, вставлены какие-то эпитеты и сделаны какие-то выпады и сравнения.

Когда я начала читать текст, то ничего не понимала, о чем хотел сказать автор и только потом до меня дошло, что он пишет о любви,  причём неразделённой.

Отшивает его Мария и поэт начинает философски мыслить. От таких мыслей можно легко напрячь себе мозги и даже выпустить их из строя, потому что текст наполнен такими фразами, что можно войти в ступор.

Вроде как поэма о любви, но в ней понапихано всё, что можно: и религия, и роль поэта в жизни общества, и обывательство и т.д

Единственное, что мне понравилось, так это сравнение нервов.

Нервы —

большие,

маленькие,

многие!—

скачут бешеные,

и уже

у нервов подкашиваются ноги!

Остальные предложения - вынос мозгов. Или я что-то не понимаю в этом мире))) Кстати можно здесь использовать предложения, чтобы озадачивать собеседников, которые захотят, допустим, показать, что они умные и многое знают)))) Пишет занудно и в то же время заумно)))

Мне у Маяковского больше стихи нравятся, например "О разнице вкусов". Всё точно, чётко и понятно написано. В " Облаке... " всё очень муторно, много непонятных вещей и сравнений (по крайней мере для меня). Не доросла я до этого что ли)))))

Поэма для меня осталась непонятна. Прочитана в рамках игры "Поэтический моб".

В конце 1922 года Лиля Брик завела роман с А. Краснощёковым, тогдашним главой новообразованного Промбанка. Этот роман заставил Маяковского добровольно изгнать себя из общества Бриков на два месяца, во время которых и была написана поэма "Про это". Лиля Юрьевна видела в страданиях Владимира Владимировича "своеобразную пользу": "Страдать Володе полезно, он помучается и напишет хорошие стихи".

Когда читаешь Маяковского, то первыми сравнениями приходят на ум "мощь" и "сила". Авторский стиль, жесткий ритм, непривычные метафоры, яркие образы - поэт не рассказывает историю, а выстреливает эмоциями. Когда это "Стихи о советском паспорте" или ода партии из поэмы "Владимир Ильич Ленин", то громогласие строчек звучит гордостью, величием, несокрушимостью. Владимир Владимирович не отказывается от прошлого, когда
От выгод —
на вечную славу сворачивал,
молил,
грозил,
просил,
агитировал.
Однако сейчас поэт пишет "Про Это". Про Любовь. Пишет, даже не называя ключевого слова, обходя его многоточием. А вся пресловутая мощь выливается в единственное чувство - боль. Любовь - это тюрьма. И кому об этом знать лучше, чем Маяковскому:
При чём тюрьма?
Рождество.
Кутерьма.
Без решёток окошки домика!
Это вас не касается.
Говорю — тюрьма.
Когда подушка - ледяной глыбой, холодной, мчащейся в океан; когда хочется скулить медведем, "царапая логово в двадцать когтей"; когда "такая грусть, что стой и грустью ранься", то как не почувствовать эту Боль?! И мне было очень больно... Хочется, чтобы Любовь была прибежищем, защищала и дарила радость. Только поэту не знакомо чувство мира и безмятежности, мещанский уют не для него.
Так что ж?!
Любовь заменяете чаем?
Любовь заменяете штопкой носков?
Он готов стать знаменосцем, готов принимать пощечины и идти на дуэль, христарадничать, вымаливая любовь, умереть и воскреснуть, только бы увидеть ее на "дорожке зоологических аллей": она красивая —ее, наверно, воскресят....
...Только скажет:
— Отныне гляди на меня! —
И глядишь на нее,
и идешь знаменосцем,
красношелкий огонь над землей знаменя.

Я чрезвычайно плохо умею читать стихи - вижу в них только буквальный смысл, что не прокатывает с символизмом. Наверно, потому мы со стихами так редко пересекаемся в пространстве и времени (запойное чтение Цветаевой и Ахматовой в 10 классе не в счёт). Но утром, за чашкой кофе, я прочла любопытную рецензию от ME , где она пишет, что весь революционный пыл Маяковского родился из того, что ему девушка не дала. Я так обалдела, что немедленно открыла поэму и прочла.

В общем-то, я недостаточно смелая, чтобы делать по Маяковскому собственные далеко идущие выводы, поэтому просто по-заячьи присоединюсь к мнению ME . Тем более, перехода между первой и второй частью я бы вообще не поняла (говорю же - стихи не будят во мне сообразительности), если бы мне предварительно не разжевали.

В целом, я не одобряю революцию от недотраха (можно подумать, меня спросили), но поэма хороша.

А пятерку я поставила за это:

И за это продолжу знакомство с удивительным маньяком слова.

Людям, рожденным в 21 столетии, рассказы о стране, называвшейся СССР, кажутся то ли сказками, то ли легендами, то ли вообще непонятно чем. Но нам, видевшим эту страну во всем ее величии и со всеми ее болями и радостями, в счастье и горе, в болезнях и здоровье, она осталась воспоминанием о детстве, юности, родителях, о каникулах у бабушки... Да, и изучением в школе поэмы Маяковского "Хорошо!"
Ккто-то скептически хмыкнет: "Агитка!". А я скажу - свидетельство Эпохи. Радость, бьющая через край от новизны происходящего. Ведь представить себе невозможно: вчера еще лапотная, голодная, изнуренная почти десятилетием войны страна, как малыш, делающий первые неуверенные шаги, поднялась и чуть покачиваясь на некрепких еще ножках пошла. Один шажок, второй, третий и вот она уже уверенно топает по тропинке, стремясь найти свою собственную широкую дорогу.

Я понимаю, что пускаюсь в опасный и неблагодарный путь, но попробую все же доказать, что поэма со звучным и хлестким названием"Хорошо!" - не агитка. Хотя бы потому, что агитки не пишутся от души и с вдохновением. а эта поэма написана именно так. Ее главная составляющая - кипящая радость молодости и жизни.

Второе. Агитку не разбирают на цитаты. Никогда. Поэма Маяковского не просто разошлась, она разлетелась на сотни цитат. И не только потому что их использовали, как лозунги, но потому что просто написано было ярко. И ведь до сих пор живо настолько, что даже совсем молодые употребляют эти строки в повседневности, понятия не имея, увы-увы, кто такой Маяковский!

Жизнь прекрасна и удивительна

Землю попашет, попишет стихи

И жизнь хороша, и жить хорошо

Лет до ста расти нам без старости

Моя милиция меня бережет

Планов громадье

были времена —
прошли былинные.

Да, наверное,в плане качества поэзии это скорее рифмованная публицистика, нежели полноценный стих. Но ведь работает же! С 1927 года работает.! Страны, воспетой поэтом, нет уже 30 лет, а поэма о ней живет. Подражателей и продолжателей, хороших и разных, было много, а вот переплюнуть Владимира Владимировича пока не удалось никому. И разве не актуально звучит и в наши дни, а может быть и особенно сейчас:

Или вот это

Читать/ не читать: Читать, чтобы помнить, откуда мы все родом.

Сверхчеловек по Маяковскому настолько крут,
что носит облако в штанах.
Все у него большое.
Любовь такая сильная, что сообщение возлюбленной о том, что она выходит замуж,
пробуждает в нем такие разрушительные силы,
что он готов вывернуться наизнанку, покруче любого вулкана.
А ведь мог он творить доброе и вечное.
Но раз не надо, пошел чинить погромы и бесчинства,
революционный террор, одним словом.
И это не удовлетворило его, увидел что из разрушенной массы возникает новая.
И даже в разрушениях он оказался не нужен.
Сверхчеловек с облаком в штанах!
Тогда он решил убить Бога. Это самый шокирующий момент в поэме. Спускаюсь с маяковской лесенки и пробую понять. Самое грустное, что, похоже, к природе террора, стремления разрушать святыни, приравнивать себя к Богу, творить и разрушать, Владимир Владимирович в этой поэме приблизился максимально. Всегда ненависти предшествует любовь, разрушению основ - выпадание из этих основ, возведению новых храмов - разрушение старых. И очень редко бывает все однозначно, черное это черное, а белое - белое. Сегодня именно такое время, но не об этом речь. Сверхчеловеком Маяковский, конечно, считает не только себя одного, а всех сильных людей. Такие как он, жгущие глаголом, коллеги Северянин и Бурлюк по этому поводу упоминаются например.
Существует очень большая вероятность того, что я не понял до конца или вообще не понял того, что хотел нам сказать Владимир Владимирович. Искренне в этом признаюсь)
Здорово, что великолепный образный слог Маяковского не забывают сегодня, в том числе и в песнях. Поэма "Облако в штанах" вообще растаскана на несколько песен таких групп, как Сплин и План Ломоносова.

Самая известная поэма Маяковского - о ненужности человека, о пустоте по всем фронтам: любовь, социум, Бог... Везде он лишний, пятый угол, "тринадцатый апостол".

Вообще на меня лично этот поэт действует удивительно. Я не отрываясь читаю его стихи, восхищаясь на каждой строфе чем-то необыкновенным, но в памяти не остаётся ничего, вспомнить и процитировать отрывок я не могу. Возможно, причина этому - рваный ритм. Поэма хороша - она есть разговор, живой, а поэтому и постоянно скачущий в размере, нешлифованный (хотя понятно, что шлифовали "Облако" неоднократно и автор, и цензура).

От начала до конца настроение поэмы упадническое, что и понятно - быть везде отрезанным ломтем совсем не радостно.

Но ведь как завораживает - не оторваться.

Поэму отличает узнаваемый, рубленый слог Маяковского. Я попыталась прослушать это произведение в аудио, но поняла, что все не то… Никто не может затмить самого поэта (доводилось слышать его в записи): так и вижу Маяковского на собрании футуристов в знаменитой желтой кофте, высокого и громогласного…

Мне нравится творчество Маяковского, но именно эта поэма показалась сложной для восприятия: много словотворчества, неожиданных образов. Пока пытаешься их понять, застреваешь в повествовании и теряешь нить сюжета.

Но есть места, которые сердечно трогают – и тогда я понимаю, почему люблю поэзию Маяковского. Широкая душа, глубокая искренность….

А как прекрасно поэт оживляет пространство поэмы?! И хотя понятно, что идея была в осуждении быта, но картинки повседневной жизни получились очень милыми и душевными…

А вот здесь не могу не вспомнить Есенина, который тоже был другом всему живому. Как перекликается творчество двух поэтов, которых традиционно считают поэтическими соперниками.

Пускай поэма не нашла признания у современников, но все же, на мой взгляд, Маяковский написал вещь вне времени. Еще не раз ее вспомнят и удивятся, что жизнь идет – а «песня все та же».

Вот именно, это не "ХОРОШО", это - "ОТЛИЧНО"!!!
Открыл сегодня совершенно случайно, начал читать такие знакомые строчки, и не смог остановиться, пока не дочитал до конца.
Потрясающий документ эпохи! Именно, документ участника и очевидца грандиозных исторических событий.
Я практически не могу найти аналогии в мировой литературе, где главным героем является не некая персоналия, а само время. Само время проходит через поэму во всей своей динамике. Маяковский точен и честен, он говорит о всех "ужасах" революции и гражданской войны - голоде, холоде, расстрелах, грабежах, пожарах, но он говорит и о радости строительства нового мира, сотворения новой реальности. Конечно, он расставляет акценты не совсем так, как видится из сегодняшнего дня, а так, как виделось гражданину СССР, верящему в победу коммунизма, в 1927 году. И тем ценнее это свидетельство.
Я не оправдываю то, что происходило тогда, более того, я не хотел бы жить в то жесткое и жестокое время, но я восхищаюсь тем, как гениально это описал Маяковский. Хочу закончить так же, как начал: это не "ХОРОШО", это - "ОТЛИЧНО"!!!