Малое собрание сочинений

Владимир Маяковский — один из самых ярких и противоречивых поэтов XX века. Его творчество не оставляет равнодушным ни одного читателя. Сборник стихов и поэм Маяковского — это не просто собрание произведений, а целый мир, наполненный революционными идеями, страстью, любовью и болью. Я не читала его стихов со школы, поэтому с удовольствием окунулась в творчество поэта.

Актуален ли Маяковский сегодня? Поэт писал о людях, о народе, о борьбе, о любви и о неизбежности изменений. Сборник стихов и поэм демонстрирует, как Маяковский сочетал футуризм и соцреализм, как он искусно использовал поэтические формы для выражения революционного духа.

Среди его произведений можно найти как резкие и динамичные поэмы, так и более лиричные и философские стихи.

Читая эту книгу, я задавала себе вопрос не раз - "вот столько пыла, столько страсти в его речах, обожание революции и новых порядков. Что бы Вы сейчас сказали, товарищ Маяковский, глядя на нынешнее устройство нашей страны? Вы свято верили в коммунизм, в рабочий пролетариат. Наверное, Вам было бы сейчас грустно. Только порадовались бы, что Ленин до сих пор лежит в Мавзолее, но уже не так почитаем, как в Ваши дни".

В этом сборнике Маяковский предстает в двух ипостасях: революционера и романтика. Стихи о революции, о любви к Родине и народу переплетаются с личными переживаниями, страстными чувствами и поиском смысла жизни.

Например, его знаменитое произведение "Облако в штанах" погружает читателя в мир бурных эмоций и переживаний поэта, который в поисках любви и самовыражения сталкивается с реальностью революции. Даже непривычно видеть в строках нежность и любовную боль, кажется, что Владимир Маяковский сделан из стали и гранита, и неспособен на сердечность. Но поэт не боится показывать уязвимость и боль, что придает его стихам уникальную человечность и искренность

Ведь для себя не важно
и то, что бронзовый,
и то, что сердце - холодной железкою.
Ночью хочется звон свой
спрятать в мягкое,
в женское.

Сборник стихов и поэм Маяковского привлекает внимание не только своей политической направленностью, но и глубиной образов, которые остаются в памяти на долгое время. Например, в поэме "Владимир Ильич Ленин" Маяковский использует символику и метафоры, чтобы передать величие революционного лидера и его влияние на судьбы людей.

А сколько новых интересных слов придумал поэт - так называемых неологизмов и окказионализмов.

"Ввыть", "Вплакаться", "Испешеходить", "Прозаседавшиеся", "Распостелиться", "Разжемчуженная".

А еще в книге мне понравилась начало, где он пишет про себя, что-то типа краткой биографии в заметках. Короткие, рубленые фразы, как камни падают. Я и не знала, что Маяковский родился в Грузии. Некоторые заметки ироничные.

29 марта 1908 г. нарвался на засаду в Грузинах. Наша нелегальная типография. Ел блокнот. С адресами в переплете.

Попробовал сам писать так же хорошо, но про другое. Вышло ходульно и ревплаксиво. Исписал таким целую тетрадку. Спасибо надзирателям - отобрали. А то б еще напечатал!

Поехал в Мустамяки. М. Горький. Читал ему части "Облака". Расчувствовавшийся Горький обплакал мне весь жилет. Расстроил стихами. Я чуть загордился. Скоро выяснилось, что Горький рыдает на каждом поэтическом жилете. Все же жилет храню. Могу кому-нибудь уступить для провинциального музея.

После этого сборника я еще пару дней ловила себя на мысли, что думаю фразами, как в стихах Маяковского - короткими,

ступенчатыми,

рублеными,

и постоянно рифма в голове.

И бог заплачет над моею книжкой!
Не слова - судороги, слипшиеся комом;
и побежит по небу с моими стихами под мышкой
и будет, задыхаясь, читать их своим знакомым.
1914

Тот самый Маяковский, которого нужно изучать в школе, параллельно с изучением истории СССР начала века. Но, подозреваю, как это часто бывает с классикой, истинное удовольствие от прочтения будет получено значительно позже.

В своё время я познакомилась с пьесой «Клоп», как с литературным источником фразы «поматросил и бросил» и кроме общего представления о сюжете и того, что это – едкая сатира, я не помнила ничего.

Перечитала в «сейчас лет» после «Авиатора» Водолазкина, который мне напомнил сюжетом «Клопа», и мне настолько понравилось («Клоп», не «Авиатор»), что пошла искать, где же идет эта пьеса сейчас (ну, не может же не идти такое прекрасие!).

Свою комедию «Клоп» сам Маяковский называл антиводочной агиткой.
На деле, как по мне, это получилась не только «антиводочная агитка», но и очень во многом другом «анти». И сложно сказать, над чем не потешается Владимир Владимирович.

Над НЭПом, прежде всего, в духе сатиры того времени: «Посмотрите, как нелепо расплылася рожа НЭПа». Это, действительно нелепо. И нелепы у Маяковского все: и «новая буржуазия», и мещане-обыватели, и жаждущие сменить свою классовую принадлежность «голохвастовы».

Персонажи узнаваемы. Тут и Зощенко, и Булгаков, и Старицкий, и кого только нет. Время было такое. Вот, как в 90-х был «классический» образ братка или «нового русского», так и тут – совершеннейшая классическая классика. Я так и не смогла отделаться от зощенковских образов, которые были воплощены у Гайдая в его «Не может быть».

Маяковский говорит, что в основу пьесы легли материалы, которые накопились у него в процессе работы в разных изданиях. И я охотно верю. И на этом месте не могу не сравнить с «Любимчиком Эпохи» Качур. Катя Качур вот точно так же рассказывала, что в основу «Любимчика» легли истории, которые она насобирала за долгие годы работы на «России 1». Как говорится, почувствуйте разницу. Маяковский – это постмодернизм, прекрасный язык и сатира. Качур – центонность, натужность и грязь.

«Клоп» – это удивительная история, более того – социальная фантастика!
Иван Присыпкин, в стремлении к «изячной жизни», называет себя Пьером Скрипником, бросает старую зазнобу Зою и намеревается вступить в законный брак с дочкой парикмахерши – Эльзевирой Ренесанс. Для завершения образа Ивану/Пьеру нужно поднабраться новых манер, отрастить бакенбарды («баки, как хвост у собаки»), научиться танцевать новые танцы, перестать публично чесаться и сыграть «красную свадьбу».

Это всё очень смешно, правда. Я хихикала над каждым пассажем: и над почесухой, и над тем, какие советы раздают люди друг другу (если на носке дыра, надо замазать ногу черным цветом, чтобы дырка не бросалась так в глаза), и над общей атмосферой.

Дальше – больше,

Воскрешение происходило не без непременного для таких мероприятий диспута:

Резолюция санитарно-контрольных пунктов металлургических и химических предприятий Донбасса. Во избежание опасности распространения бактерий подхалимства и чванства, характерных для двадцать девятого года, требуем оставить экспонат в замороженном виде

Земледельческие районы Сибири просят воскрешать осенью, по окончании полевых работ, для облегчения возможности присутствия широких масс желающих

Но голосовали все:

Сейчас читать такое забавно, конечно.

На дворе 1979 год и очень смешно было смотреть на то, как Маяковский представлял эту далекую от него реальность.
Более того, потешаясь над эпохой НЭПа, Владимир Владимирович не менее жестко прошелся по жизни «счастливого будущего». Мира, в котором нет ни здоровой эмоциональности, ни здравого смысла. Одни сплошные технологии и победа коммунизма. Время, максимально далекое от времен Гражданской войны и разрухи, мир, в котором апельсинки можно брать прямо с тарелок на деревьях. Тут нет болезней или каких-то социальных бедствий типа пьянства, курения, грубостей. Но вместе с тем, нет многого того, что делает людей теплыми, живыми и гармоничными личностями. Люди не знают, что такое музыка, что такое танцы или песни. Странный мир бездушных винтиков в системе.

Маяковский потешается над «обывателиус вульгарис» 20-х, которые «водятся в затхлых матрацах времени», но так уж получается, что от осинки апельсинки не родятся, поэтому «обывателиус вульгарис» 70-х, рафинированные и выхолощенные, получились у него не менее карикатурными и гротескно-нелепыми.
Присыпкин в новой реальности становится музейным экспонатом, а клоп, который был разморожен вместе с ним, будет отловлен, чтобы не распространял свои мелкобуржуазные флюиды и заточен в изоляцию.

Маяковский велик и прекрасен. В одной, не очень объемной пьесе, он легко и доступно иллюстрирует идеи, которые ведущие коучи и саморазвиваторы будут продуцировать спустя много-много лет (например, тот же Бенжамин Харди в его «Будущий Я»). И если Харди понадобилось 100 страниц, то Владимир Владимирович показывает тезисно на десятке. И не размазывает по тарелке.

А даже если бы и размазывал – в отличие от современных авторов, Маяковского хочется ещё и ещё: там каждую страницу можно цитировать)))))
Выражения яркие, красочные, те, что не могут не запомниться:

Прекрасно!

Поэма - оголенный нерв. И через 100 лет мне передаются эти напряженные до крайности чувства, и я сопереживаю, возмущаюсь...
'Про это' для меня прежде всего о самом Маяковском. Знавшие поэта вспоминали о его нежном, трогательном характере. Порой в стихах эту нежность скрывает горячая волна пафоса. Но здесь в отличии от Хорошо!, например, пафос трагичен, и почти не надеется на понимание. Разве что когда-нибудь...

Каждый раз я заражаюсь этими строчками в конце. И по-детски мечтаю, о чем бы спросила любимого поэта, что бы он ответил. Может быть, это и есть воскресение?

Хотя намёк на "это" уже содержится в названии поэмы, таки понять про что именно это произведение можно только к концу вступления, там пояснительное слово тоже отсутствует (вместо букв - точки), но пропущено предположительно это слово, судя по рифме.
Хотя если перечитывать вступительную часть повторно, то в общем-то не остаётся больших сомнений, что оно именно про это и ни про что иное.
Только повторяю, что это все предположения, за достоверность поручиться никак нельзя.
Написана в 1923г, посвящена и адресована Лиле Брик, урожденной Лиле Каган, в которую и был "это" автор на протяжении многих лет.
Написана в период двухмесячного "заточения", когда автор жил отдельно и не виделся с Лилей Брик.
Сам автор высоко ценил это произведение как "вещь наибольшей и наилучшей обработки", хотя понять о чем были главы, следующие за вступлением, весьма затруднительно. Ясно одно - автор прожил не самые свои спокойные два месяца, они явно были наполнены глубокими личными переживаниями.

Поэзию Владимира Маяковского можно любить - или не любить,- середины нет и быть не может. Он сам такой - прямой, открытый, бунтарский, он - поэт революции. Маяковский интересен всегда, - особенно во времена общественных потрясений. Писал коротко, ясно, образно,- "был поэт кипячёной и враг сырой воды",- "Я ассенизатор и водовоз, революцией мобилизованный и призванный, ушёл на фронт из барских садоводств поэзии - бабы капризной"...И мне агитпроп в зубах навяз, И мне бы строчить романсы на вас - доходней оно и прелестней"... Маяковского нужно читать, а принять его поэзию или не принять - это уж дело каждого - по его воле и вере. Поэт Маяковский - наша история, наша культура, наше великое наследие. То, что стихи, поэмы, очерки, пьесы В.Маяковского бессмертны, доказало время. "Мой стих дойдёт через хребты веков и через головы поэтов и правительств.Мой стих дойдёт, но он дойдёт не так,- Не как стрела в амурно-лировой охоте...Мой стих с трудом громаду лет прорвёт И явится весомо, грубо, зримо"..."Умри, мой стих, умри как рядовой, как безымянные на штурмах мёрли наши!"

Не то чтобы очень хорошо, но своеобразно. Типичный Маяковский. Стих лесенкой, прославление Советов. Но сначала - про общественные настроения, так сказать, накануне Октября, потом про Керенского, потом про мадам Кускову, влюбленную в Керенского (в стилистике "Евгения Онегина", отличная глава), потом про взятие Зимнего, потом что-то такое про Блока, потом про происки злобных интервентов, потом про голодный послереволюционный быт (жизнь с Лиличкой и Осичкой, пучок морковки), потом про покушение на Ленина, потом про бегство белых, потом про могилы большевиков у кремлевской стены, и вот, наконец, про то, как же ему все-таки ХОРОШО в стране советской жить. В общем, поэма о приметах времени. И большевистский пафос автора - одна из них.
Ему легше, чем всем, он - Маяковский. Он сидит и ест кусок конский и в 1927 году поет свое отечество, республику свою. Ну и хорошо.

Владимир Владимирович Маяковский

,,Сборник стихов и поэм ,,Хорошо!""

•

•

Прочитав данный сборник я с уверенность могу сказать,что Владимир Владимирович стал одним из моих самых любимых стихотворцев. 

Его стихи просто поражают тем,что они идут не от одного сердца или не от одной головы,нет,стихи Маяковского идут от всего его существа. Они словно являются криком Маяковского. Криком его идей,криком его любви,криком его жизни,криком его души.

Зачастую этому крику помогает литературное направление в котором написаны эти стихи,а именно футуризм. 

Меня лишь изредка смущали стихи о коммунизме и о Ленине,но это лишь потому что я питаю призрение к социализму и к СССР в целом. 

•

•

Меня приводит в лютое негодование то,что многие считают Маяковского поэтом-матершинником. Но это совершенно не так. Все стихи,написанные якобы Маяковским,в которых содержится очень много пошлости и мата,являются просто выдумкой подражателей Маяковского,и ладно,если бы они выдавали эти стихи за свои,но нет они просто порочат имя великого поэта.

Да,безусловно мат в стихах Маяковского есть,но его так мало,что у того же Пушкина его больше. На 400 с лишним страниц мне встретилось лишь 3-4 матерных слова и то это были слова,которые по иному называют куртизанок.

•

•

Характер Маяковского,его стихи,его преданность своим идеям пленила меня и я уверен,что на этом сборнике моё чтение Владимира Владимировича не окончено.

Хотя,что ребенок(когда там проходят Маяковского?) сможет в ней вообще понять? Я в свои 29 лет,чтобы продраться сквозь непростой слог автора,читала ее 4 РАЗА ПОДРЯД и только потом НЕМНОГО разобралась

К своему стыду,я практически не знакома с Маяковским. Но вот что значит настоящий талантище-я прочитала поэму на 12 страницах и ПОНЯЛА его. Как он страдал от отсутствия признания и постоянной цензуры,как жаждал изменений в обществе,но не знал, как достучаться до людей,как так и остался непонятым и обсмеянным в толпе коллег...

Но давайте вернемся к "Облаку". Что это за название такое,спросите вы? Отвечу цитатой:

"Хотите —буду от мяса бешеный — и, как небо, меняя тона

хотите —буду безукоризненно нежный,

не мужчина, а — облако в штанах!"

Изначально поэма называлась "Тринадцатый апостол"(так "скромно" автор называл самого себя),но критики царской России не потерпели богохульства в названии (хотя в самой поэме его хоть отбавляй)

4 главы-4 отчаянных крика "Долой вашу любовь", "Долой ваше искусство", "Долой ваш строй", "Долой вашу религию"

Как удержаться и не переписать всю поэму на цитаты?Что не слово - не в бровь, а в глаз