Старик и море. За рекой, в тени деревьев

Ну что тут можно сказать...Да слов даже нет. И вряд ли когда-нибудь появятся...
Повесть читала первый раз уже давненько. Сейчас появилась возможность услышать её в потрясном исполнении актера Анатолия Григорьева (Новосибирский драматический театр "Старый дом"). Об исполнении речь отдельная - очень здорово и Анатолию за это огромное спасибо!
Теперь что касается самого произведения. Интересно, но у меня впечатления после первого прочтения и второго отличаются. Причем, мне оба раза ОЧЕНЬ понравилось! Объяснить, при этом, в чем именно разница я затрудняюсь. Могу сказать только, что в первый раз произведение для меня осталось сильно философским, а во второй раз я его прочувствовала лучше душой, чем умом.
Совершенно убойный сюжет - с самого начала и до концовки. Причем вторая половина даже "триллерная". Страхово местами :)
Какие чудесные герои. Душевнейший Мальчик с чистой душой, широким сердцем. Трогательный Старик, который страдает от того, что ему нужно убить друга (и не важно, что это всего-лишь рыба). Сильнейший (и в телесном, и в духовном смысле слова), отзывчивый, стойкий;

Великолепный язык!!! Красота и загадочность моря, обалденная глубина человеческой души и силы воли.
Сантьяго - чемпион! :)
Читать всем и перечитывать! Это настоящее искусство пера!

Не слишком люблю военную тематику и у меня сомнительная совместимость с творчеством Хемингуэя. Но данное произведение — нечто особенное. Эта повесть оставляет за собой след печали, горечи, войны, жизни и надежды, которой не должно было быть...

В центре повествования история любви полковника США Ричарда и молоденькой девочки, итальянки Регины. Полковник — человек, прошедший войну, проживший ее, прошитый ею насквозь. Он все чувствовал по особенному, через призму войны... Каждый знакомый город, где он служил молодым, остался для него родным, каждыйгорожанин, помнящий военные времена, уважает и считает Ричарда своим... А водитель, что везет Ричарда к любимой — молодой и, несмотря на военную выправку — по жизни гражданский, ему непонятен трепет бывалого полковника перед неприметным кусочком суши, ему кажутся пафосными пронзительные рассказы о битвах и потерянных героях, от которых разрывается вечно усталая душа старого полковника, он то и дело повторяет: "А вот тут..." Боль, печаль, утрата, радость — все это так смешалось! И так обесценено, когда собеседник считает тебя одним их больших начальников, когда никому вокруг не интересно то, что уже стало частицей тебя. То, чему ты отдал свое здоровье и даже жизнь. Ричард воевал честно, от сердца, как патриот, он уже никогда не сможет быть другим, потому что знает изнанку и невыгодную правду, которая будет выжжена только внутри тех немногих понимающих — выживших, но умирающих; видевших и охраняющих от своих же воспоминаний спокойствие мирных людей в мирных городах.

Дальше...

Любовь... Любовь Регины и Ричарда трепетная, нежная, требующая ежечасного напоминания и подтверждения. Это такое нужное чувство. Нужное двоим, чтобы наполнять друг друга, чтобы дышать, жить и забываться!

• Когда-нибудь он будет обладать всей Венецией.
• Не совсем, - сказал полковник, - Он никогда не будет обладать тобой.
• Нет, и никто другой, пока ты меня хочешь.
• Я хочу тебя, дочка. Но не хочу тебя прибирать к рукам.
• Знаю, - сказала девушка, - за это я и люблю тебя!

  Регина — легкая, как ветерок, красивая, как сама молодость! Прекраснее ее точенного профиля нет ничего на свете. Ричард взлетает к небесам, видя это прекрасное и преданное создание, которое так беззаветно любит каждый узувеченый сантиметр его кожи и каждый грубый военный шрам опыта в его душе, каждую кровоточащую рану! Дивная! Ни на кого не похожая!

• И ты не напишешь об этом? Даже чтобы мне сделать приятное?
• Нет, - сказал полковник, - Книги о войне пишут преимущественно нервные юноши, немного сумасшедшие, но сохранившие свежесть впечатлений о первом дне битвы, или о первых трех или даже четырех днях. Это неплохие книги, но они скучны для тех, кто воевал. Другие пишут, чтобы поживиться на войне, в которой они не участвовали. Это были те, что убежали в тыл, чтобы скорее сообщить новости. Это были глупости, а не новости. Профессиональные писатели приспосабливались на службе в тылу и писали о битвах так, словно видели их собственными глазами. Не знаю, как назвать подобный грех! Вот и некий морской капитан, который не смог бы управлять даже лодкой, взялся писать о тайнах действительно Великой войны. Рано или поздно каждый опубликует свою книгу. Может, среди них случится и неплохая. Но я, дочка, книг не пишу. »

  Самозабвенно, не понимая до конца, не осознавая подлинный ужас маленьких точечных реплик о войне, девятнадцатилетняя Регина старается расковырять старые шрамы Ричарда, чтобы полковник рассказал правду, обнаженную страшную правду о войне — так может быть он сможет найти покой перед тем, как уйти… Ему это так нужно. Между строк этой красивой любви впутаны неуместно и неуемно страшные подробности о смерти, о жизни, о нелепых приказах, потерянных городах, о капризах генштаба и сказочных патриотических подвигах генералов, которые ни разу не были в настоящем бою, которые не теряли друзей и не забирали их тела с поля боя, или не оставляли на съедение каким-нибудь птицам… Как потом жить, если едешь по живописной мирной местности, а видишь надувающиеся в реках трупы?! И никто рядом с тобой этого никогда не поймет. Как?! Как тут быть другим?! Как объяснить Регине, этому молодому цветку?... Зачем ей это знать?! В мирное время твоя задача — сделать так, чтобы другие люди не видели таких картин, смотря на родные пейзажи. Рассказать о войне? Пусть это будет легкий героический мужественный бой, чистый, как в кино. Пластмассовый, ненастоящий, бóльщей часть лживый, сознательно лживый. Хватит уже того, что ты это пережил. Воспоминания настолько настоящи и полны, что начинаешь понимать, о чем и почему всегда молчат вернувшиеся из ада войны.

• Тебе не нравятся танки?
• Главным образом люди, в них сидят. Броня превращает их в наглецов, а это уже первый шаг к трусости. Я имею в виду настоящую трусость.

  Вот такая любовь... Регина, молящая о рассказах, выводящих на исповедь, Ричард — вечный военный, знающий цену вечному и знающий, как порой вечное обесценивается, становясь пустой фальшивкой. Непростая пара, подходящие друг другу, настоящие. Влюбленные становятся друг для друга оберегом, замыкаясь в собственном тяжелом мире, где все имеет причину, где каждое слово взвешенно, а каждый прорыв — глубокая печать боли. Ричард оберегает Регину даже от своей любви, мечась между проявлением чувств и отожествлением расстояния. Называя девушку дочерью, полковник не столько констатировал нежный возраст, столько нежно ее отталкивал, не давал совсем привыкнуть к себе, только кто знает, насколько это удалось?..

• А что бывает с людьми, которые любят друг друга?
• Что-то, видимо в них есть, как бы там оно ни было, - и они счастливее других. А потом одному из них достается только пустота.

Достойная книга о мужестве, упорстве и стойкости человека. Можно смело сказать, что во многом она автобиографическая. Сам автор во многом подражал собственным героям – рыболов, военный корреспондент, ценитель сильных духом – Эрнест Хемингуэй не искал по жизни лёгких путей и старался выбирать те, что проверяли его на прочность.

Живя в послевоенные годы в своём доме под Гаваной, уже опытный «Старик» Хемингуэй мог ежедневной наблюдать, как с рассветом из бухты выходят корабли и небольшие лодки, как на заходе они возвращаются назад – опечаленные горечью пустого улова или же восхищённые долгожданной удачей, и столь же щедрые на «подарки» в ближайшем приморском кабаке. Писатель был просто поражён их образом жизни, восхищён стойкости духа и тому, какие люди живут здесь – на Кубе. Гордые и нищие, но от того надеющиеся только на самих себя, а ещё живущие морем, почитающие его, будто языческую богиню. И есть в этом язычество что-то первобытное, что-то яркое и ценное, непреодолимо важное для человека. Понять которое может только тот, кто сам лично к нему прикоснётся…

Настоящий творческий триумф ожидал Хемингуэя в 1952 году, когда он опубликовал свою повесть «Старик и море». Через два года после её появления Эрнесту Хемингуэю была присуждена Нобелевская премия по литературе.

Интересную особенность заметили критики: если раньше Хемингуэй писал о слабостях сильных людей, то теперь наоборот – он пишет о моральной силе старика. Это своего рода морально-философское эссе, и тема «старик и мальчик» не менее важна, чем центральная и обозначенная в названии «старик и море». Она позволяет взглянуть на повесть куда шире, нежели хорошо очерченная история борьбы природы и человека, человеческого мужества и несгибаемого духа. Это ещё и история о надежде, содружестве поколений, которое так хорошо передано во взаимоотношениях старика и мальчика Маноло. С этой точки зрения как-то не особо часто воспринимают данную повесть. А она ведь не менее важная – так сказать «скрытая» часть произведения. Интересно будет сравнить эту повесть с одним из первых рассказов автора – «Непобеждённый», где также возникал образ одинокого человека, побитого жизнью, но не побеждённого.

Эта повесть напомнила мне "Царь-рыбу" Астафьева, хотя совсем не могу вспомнить ни завязки, ни финала известного рассказа сибирского писателя.
Видимо, в нынешнем периоде моей жизни понадобились именно такие книги. Для Книжного путешествия я перелопатила подборку со 1100 книгами классики и военной научной литературы. Почему-то остановилась на этом рассказе Хемингуэя. Интересно, читал ли его Астафьев до написания "Царя-рыбы"...
Повесть почти бессюжетна. Человек борется со стихией и животным миром за свое существование. Борется без ненависти, скорее по многолетней привычке, бросил бы, да невозможно. Опасный нелегкий труд, требующий многих умений, сноровки, наблюдательности и терпения, вознаграждается скудно. Старик отплыл на промысел один, без мальчика, ждущего и заботящегося о нем на берегу. Очень созерцательная и спокойная повесть. Голос чтеца Семена Ярмолинца к ней очень подходит.
Отчего-то я ждала, что старик не вернется в рыбацкий поселок, оказалось не совсем так. Труд его вечен и нужен даже в нашу технологичную эпоху.
Символически разбирать повесть не хочется, а то анализ сделает с ней то же, что и акулы с огромной рыбой, превратив мертвое, но остающееся красивым животное в ошметки мяса на обгрызенном скелете в кровавом облаке. Иногда лучше издалека созерцать, потому что чаще ломаем, чем восстанавливаем.
На фоне борьбы с природой и бедности гордых рыбаков случайно приплывшие туристы кажутся лишней чужеродной роскошью, которую скорее хочется удалить и восстановить равновесие природы и человека возле поселка. Хотя старик так не считает, читает старые газеты и интересуется бейсболом в далеких штатах.
Жизнь продолжается, и мальчик переймет навыки старика.
Очень своевременная повесть. На подобных созерцательных книгах буду отдыхать душой и слухом.
P.S. Одно время, еще до регистрации на ЛЛ, я увлеклась чтением одной сыктывкарской газеты. Сейчас вспомнила в ней два интервью: одно со стариком, которому больше 80 лет, каждый день носившим камни на берег, чтобы укрепить обваливающуюся землю, иначе провалится кладбище с могилами его односельчан и родителей; а второе со старушкой, всю жизнь собиравшей смолу, каждый день обходя делянки, несмотря на погоду, медведей и волков. Простой и мало кому, кроме них самих, нужный труд, но перед ними вечность, а перед нами, бегущими куда-то и зачем-то, еще только миг. Может, и мы до вечности дорастем.

Давно хотела прочитать эту книгу но всё не доходило до неё дело в книжном. Всегда выбирала что-то другое. Нашла аудиокнигу, которую читает В. Ливанов и решила, что нужно слушать, иначе никогда до неё руки не дойдут.
Старик и море, море и старик, рыба, мальчик.
Устала я от этой книги, хотя жалко было и старика и мальчика, бедных, несчастных, голодных людей. Какое доброе сердце у мальчика. Мне кажется, что только у нуждающихся людей могут быть такие добрые сердца.
Но тем не менее слишком растянута эта история, поэтому оценка 8 из 10.

Текст, конечно, скучный. Но его идейная сторона, пожалуй, стоит того, чтобы его рассмотреть.
Аннотация уверяет нас, что повесть - гимн стоицизму: побеждай проигрывая. Но старик отнюдь не ударил бы в грязь лицом и не утратил бы человеческого достоинства даже в том случае, если бы отказался от ловли этой рыбы, от тщетной борьбы. Тем более, что после он так легко махнул на всё рукой.
Тут что-то не то. И почему: "Старик и море"? Это наводит на мысль об особом отношении, установившемся между ними, о тайнах чувства. Море, мир - это система, и старик вписан в неё.
Я прихожу к тому выводу, что борьба в этом тексте - вовсе не стоицизм, а борьба за любовь. Посмотрите, старик постоянно оглядывается на своего любимого бейсбольного игрока, на мальчика, который плавал с ним, общается с рыбой, утверждает что убьёт её, несмотря на то, что любит. Он не себе что-то там доказывает. Кто уверен - не доказывает, а кто доказывает - у того комплексы. Старик сражается за то, чтобы его можно было любить.

Вы, возможно, мне не поверите, но летом 2020 года я прочёл эту книгу впервые. Да-да, безусловно, какие-то основы сюжета я знал. Старик-рыбак отправляется в море, ловит большую рыбу, сражается с ней бесконечно, и, в конце-концов… гибнет в этой борьбе.
Вот так я представлял себе сюжет этой книги до недавнего времени. И ещё, как мне казалось, книга очень тяжёлая в психологическом плане. Мрачная, что ли… И поэтому читать её меня вовсе не тянуло.
А тут вдруг собрался, и прочёл. И, знаете что? Книга мне очень понравилась! Прекрасный язык. Несмотря на некую однообразность (море, кругом только море, да лодка, да в лодке — старик, да рыба, где-то глубоко, на том конце лесы…) книга скучной совсем не кажется. Читаешь, и всё переживаешь за старика: «выживет?» — «не выживет?».
Короче, если вдруг не читали — читайте обязательно. Книга небольшая, много времени не займёт, а удовольствие вы, почти наверняка, — получите.