Цитаты из книги Сиятельный

Лучшая защита — это нападение. Не я это придумал, но мысль стоит того, чтобы повторять ее почаще. Хотя, если разобраться, на самом деле «лучшая защита» — не попадаться.

Быть высоким далеко не столь привлекательно, как полагают иные завистливые коротышки

Безмерная мощь – вот что на деле олицетворяло творение Николы Теслы. Мощь и безопасность. Клокотавшая вокруг энергия могла разорвать в клочья и развеять в прах любое инфернальное создание. Любой, пусть даже самый могущественный демон за пару секунд сгорит здесь в благодатном огне электрических разрядов; не просто низвергнется в преисподнюю со слегка подпаленной шкурой, а будет уничтожен раз и навсегда. От электричества нет защиты, электричество сильнее магии!

Не город, а мечта археолога. Но вот делать в таких условиях подкоп – затея гиблая.

Жизнь научила меня не игнорировать свои страхи, сколь надуманными бы они не казались.

Праведный гнев и корыстолюбие - воистину адская смесь.

Хочешь узнать от свидетеля что-то полезное – либо запугай его до полусмерти, либо задавай правильные вопросы.

А то, что во многих знаниях – многие горести, умные люди подметили уже давно.

Деньги – это кровь империи, все остальное вторично.

...Страхи отравляют. Сам по себе испуг мимолетен, но его последствия могут проявляться долгие годы...

— Зачем было стрелять через подушку? — удивился он, когда один из сыщиков выполнил это распоряжение. — Какой в этом смысл?
— У меня новый костюм, не хотел забрызгать его кровью, — признал я.

Некоторые вещи нельзя спускать даже друзьям, хоть воображаемым, хоть нет.

...если длинная череда благородных предков чем-то и наделяет, так это здоровым цинизмом.

Прекрасное и ужасное столь тесно сплетаются здесь воедино, что с ходу и не отличить одно от другого. И никаких стыков, никаких острых граней, одни лишь оттенки и смазанные полутона. Одна лишь серость.

Ночник должен гореть, ставни – быть запертыми, а на прикроватной тумбочке – лежать заряженный пистолет.

Новый Вавилон, столица Второй Империи; одновременно и сердце государства, и язва, разъедающая его изнутри.

Новый Вавилон – удивительный город! Жизнь не замирает в нем ни днем ни ночью, а прекрасное и ужасное столь тесно сплетаются воедино, что с ходу и не отличить одно от другого. И никаких стыков, никаких острых граней, одни лишь оттенки и смазанные полутона.

– Лисы, ниндзя, душители Кали – все они простые убийцы, никак не связанные с преисподней. Зловещая репутация – вот и все, что у них есть. На дворе – конец девятнадцатого века, черт побери! Лео, время магии ушло!

Месть? Бросьте! Месть – это нечто эфемерное, а пятьсот франков – это пятьсот франков.